ХАСКА

С ребятами в кафе мы просидели не долго. Доминика, сославшись на срочные планы, ушла сразу же, как только мы вышли из здания. Брайана забрал его друг на машине, остались только я и Шерл.

— Эмилайн, — обратилась ко мне подруга, опуская взгляд на свои ноги.

Я вопросительно посмотрела на нее, сильнее укутываясь в пальто.

— Есть то, о чем я бы хотела рассказать лично тебе. — Шерл зарылась носом в шарф, все ещё смотря на меня.

Мне ничего не осталось, как пригласить ее к себе домой.

******

Сев на диван, я угостила подругу кексом с чаем и приготовилась к разговору. Девушка явно нервничала, хмуря свои густые, аккуратные брови.

— Знаешь, до этой вечеринки Амелия вела себя не слишком спокойно. Я не могла закрыть на это глаза, поэтому как-то вечером, на день рождении ее брата у нас состоялся разговор. Амелия всегда была откровенна передомной, и у нас не было секретов.

Шерл задумчиво отвела взгляд в окно. Она сделала короткую паузу, но долго ждать не стала.

— Она рассказывала мне, что в последнее время ей неспокойно. Ее что-то тревожило. Она не могла спать в собственном доме, постоянно улавливая странные шорохи, тени и подозрительные шаги. — Шерл тяжело вздохнула, сжимая чашку в руках. — Но началось все это не просто так. И я хочу тебе рассказать, так как кто-то должен знать правду, Эми... Но дай обещание, что никому не расскажешь.

— Конечно, я обещаю тебе. — Долго не раздумывая, я тут же согласилась.

Шерл снова тяжело вздохнула и посмотрев в мои глаза, продолжила:

— В самом начале лета, когда мы все закончили школу, Амелия возвращалась домой после свидания с Роном. На улице был сильный туман, и что-то разглядеть было трудно. Она переходила дорогу, и не заметила машину, которая на большой скорости ехала по дороге. Ее сбило, но машина не остановившись, поехала дальше. — Шерл было трудно рассказывать об этом, ее глаза заслезились, но она все равно продолжила свой рассказ. — Амелия никогда не была верующий. Она часто смотрела мистику, читала мистику и было полностью увлечена только этим. Тогда, лежав на асфальте, с многочисленными переломами, и захлебываясь собственной кровью, она не могла позвать на помощь, и рядом никого не было. Но она не хотела умирать, и от безысходности она, как бы глупо это не звучало, решила обратиться к демону, как это видела во многих фильмах. Амелия поклялась, что ради своей жизни она выполнит любое пожелание дьявола, либо будет служить ему вечно. Но в этот момент ее сердце остановилось.

Я слушала Шерл с широко распахнутыми глазами, и не дыша. Девушка, которая умерла еще летом, радостно обнимала меня в начале учебного года. Мое сознание не хотело верить в эту информацию до последнего момента.

— Мне незачем врать тебе Эмилайн. Но через минуту ее сердце сново забилось. Тогда, как рассказывала мне Лия, перед ней нависало что-то огромное и невероятно ужасное. Я не смогла полностью запомнить все детали, которыми она мне его описывала, но ясно было одно - дьявол услышал её. Кости Лии срослись за секунду, все нормализовалось. После того, как он исчез, в голове Амелии раздался голос. Она слышала его, и чувствовала в своей голове, как будто дьявол залез в саму душу. Она поклялась ему, они заключили контракт, — уже шепотом говорила Шерл.

— Она выполняла все его приказы, она...убивала людей, — с ужасом шептала Шерл. — Но это был не конец. Дьявол не был сыт, и жаждал большего. Тогда Амелия в слезах просила прекратить, но он напомнил о сделке. Либо она живёт и служит ему, либо она умирает.

— Я...не могу поверить, — тихо прошептала я.

— Я тоже сначала не верила, до тех пор...пока Амелия не показала мне зашитую швами пентаграмму во все спину. Она являлась печатью. И в любой провинности, из под швов сочилась кровь, раздирая всю спину Амелии. Она не могла выносить эту жуткую​ боль, и сильно кричала.

— Но что являлось провинностью? — Задала вопрос я.

— Ее рассказ мне.

Я сжала руку Шерл в своей.

— Амелия сама сделала себе же хуже, но она не могла больше молчать. И после вечеринки, когда полиция обыскивала дом, я тихо пробралась в ее комнату. И увидела мертвое тело, прикрученное к стене. Амелия воткнула себе кинжал в сердце, тем самым рассторгнув сделку. Той ночью я заметила странную ауру в ее комнате, будто бы кто-то наблюдал за мной. Но когда я повернулась, что-то прошло мимо меня и исчезло. Я забрала некоторые личные вещи и нашла записку, адресованную мне. В этот момент послышались шаги копов, и я поспешила удалиться. Странно, что они не заметили моих свежих следов и саму меня. Очень странно. Пока я не догадалась, что он скрыл меня. — Шерл сжала свою ладонь в кулак. — Я долго не могла заснуть. Потому что боялась. Боялась, что он придет ко мне. Но во сне я увидела только Амелию. Ее лицо было бледное, в глазах отражалась пустота. Она была в том же платье, в котором и умерла, но на нём не было крови, оно было абсолютно чистым. Амелия сказала, что мне нечего бояться, пока я не договорюсь с ним о чем-то, но она запретила мне этого делать.

По щекам Шерл скатывались слезы, но она сидела неподвижно, смотря в пустоту.

— Она предупредила меня о том, что он зол, но и одновременно доволен. Лия сказала, что он не выполнил свою часть договора. Она должна была остаться в живых, так как выполнила весь договор.

— Стоп, но разве она не должна была служить ему вечно?

— Нет, — твердо ответила подруга. — Та вечеринка была последним пунктом. Она уговорила его спасти несколько людей. И он разрешил. Но как только она поднялась в свою комнату, кинжал, висевший на ее стене, который являлся подарком деда, полетел в ее сторону. Записка, которую я взяла, была пуста. Лия не успела мне написать, но мне кажется, она знала, что ее всеравно ждёт смерть.

Я задумалась. Было много странных несостыковок. Будто бы это не вся часть истории, некоторые недостающие моменты словно являлись пробелами в рассказе Шерл.

— Он ищет новую жертву. — Резко произнесла подруга. — Я боюсь, что он выберет кого-то из нас, тех, кого она спасла.

Последние слова Шерл прогремели в моих ушах, отдаваясь эхом в голове. Мы обе молчали. Но точно знали, что она сказала правду. Мы боялись этого, и скрыть наш страх на лице перед всеми на следующий день мы смогли, но он никуда не исчез. Он по-прежнему грыз наши души, и мы ничего не могли сделать.

Но больше всего я переживала за Шерл. Ведь она первая, кому рассказала об этом Амелия. Но догадки на этот счёт я боялась произносить в слух, и постоянно отмахивалась от них, как от вечно надоедливых мух. Мне и самой не хотелось об этом думать.

И если бы я могла...я бы защитила подругу всеми способами. Но, думаю, чеснок, привязанный к её шее никак не поможет.