Глава 18 «Джеймс»
«порой любовь - самое сложное чувство»
- Томас, где ты сейчас? — прорычал в трубку парень.
- Где я? — усмехнулся Томас. - С каких пор тебя стало это интересовать, Джеймс? — уже более серьезнее уточнил Томас, ежели спросил друга.
Хоть Томас с Джеймсом знаком немало лет, их дружба сложная из за одного человека - самого Джейса. Дружба это или поверхностное название, сложно сказать, все потому что парень пропадал без вести и часто ругался с Томасом.
Но тем не менее когда они еще были глупыми подростками, то часто были вместе.
- Я заходил к тебе в пятницу, но никого не было дома, и в выходные тоже никто не появлялся. - уже спокойно ответил Джеймс.
- Мы уехали отдыхать, говори чего хотел. — он знал что ему что то нужно.
Между ними повисла минутная тишина.
- Почему ты мне не сказал что у Арианны есть ребенок и муж? — очень тихо и медленно спросил парень.
И они снова замолчали на несколько секунд.
- Я до последнего думал что она сама тебе все расскажет. — тихо сказал Томас, поглядывая в сторону спящих девушек. - Но все что я тебе скажу, так это то что она одна воспитывает вашего ребенка, Джеймс.
И сбросил трубку, оставив этого человека в своих мыслях.
- Томас! Черт, сбросил! - выругался парень прибывая в полном недоумении, его ребенок? - Твою мать!
И тот в спешке побежал к дому к которому совсем недавно приходил с большим букетом рос и огроменной коробкой ее любимых конфет. Он помнил все, каждую деталь и каждую мелочь связанную с Арианной, и он помнил тот день когда бросил ее совершенно мерзким образом.
Джеймс знает какой он ужасный человек, и в том что произошло не винит никого кроме себя и отца который сейчас сидит за решеткой среди крыс и плесени. С тех пор прошло шесть лет где он каждый день хотел найти ее и поговорить с ней, но понимал что все извинения ничего не изменят, как и его самого.
По этому по уши окунувшись в доставшийся бизнес, он разгребая всю эту паршивую лавочку, и продал не нужную ему половину.
Каждую ночь ему снилась плачущая Арианна под сильным ливнем в сером, холодном городе. Каждую ночь она звала его и звала, но он не мог развернуться, ему что то мешало а когда крик становился на столько отчаянным то он просыпался с пеленою на глазах.
Годы шли, Джеймс Смит становился все более светлой и прославленной личностью в светских кругах, но в один день он понял что не может больше жить так. Он хочет услышать вновь ее бархатный, нежный голос. Ему достаточно просто извиниться и услышать что у нее все хорошо, и после этого он снова уехал бы, но встретив точную только маленькую копию Арианны, парень не смог и сдвинуться с места.
Неужели она мне не сказала, не хотела? Или хотела, но не успела? Почему Томас с Амандой и словом не обмолвились о ребенке, это же...и моя дочь тоже.
Черт, почему я так глуп, я столько раз уже говорил что не должен был тогда ее бросить даже что бы сохранить ее жизнь. Я бы ее все равно уберег, ее и нашу маленькую планету. Я разрушил наш мир и нашу вселенную, о боже я такой идиот, и все то что я сейчас делаю, это обвиняю себя в который уже раз - бессмысленно. Я ее оставил, я ей соврал, я сказал самые ужасные слова которые сделали ей больно, в разы больше чем мне.
Я в такой грязи, боже, что же мне теперь сделать, что бы хотя бы обнять свою дочь?
Но как только открылась дверь я увидел маму Арианны, которая молча плакала смотря на меня, на того кто сломал мир ее маленькой дочери.
И я не смог удержаться от ее слез, я не могу себе позволить смотреть и тем более давать повод плакать самой лучшей женщине в этом мире, ведь она родила на свет мою любовь.
Я упал на колени перед ней, полностью плевать на костюм, это не важно. Я просто хочу извинится, высказать свои чувства и признать какой я урод.
Пока она стояла и плакала, Джеймс стоя на коленях склонил перед ней голову и горько плакал, подбирая все те слова, которые терзали его душу все эти годы. Слабак, мерзавец, никто, не достоин прощения и самый ужасный отец, именно такие фразы и слова мелькали в его раскаянии.
Но вдруг, она встала на колени и крепко при крепко прижала к себе парня, нежно поглаживая его по голове. Что то спокойное шепча ему на ухо, они еще долго разговаривали и даже не заметили отца - главу их семьи. Но он не был в гневе, он не пытался прогнать Джеймса, потому что с самого его прихода слышал его исповедь перед своей свекровью, он вырос, он изменился, подумал отец и присел рядом к ним что бы затем крепко обнять двух плакс.
- В нашем доме есть одно негласное правило. — со вздохом поднялся отец. - Как сказала Рене, если кто то плачет, то тот должен будет купить ей торт. — с усмешкой договорил отец.
- Хорошо, обязательно куплю, Рене.