Глава 1.
Кассандра Паркер.
Мои крепко зажмуренные глаза распахиваются и первое что я вижу — это копна черных волос у себя под носом. А ещё я не чувствую своих ног. Странно. Я что, летаю? Или это и есть Ад? Потом мои глаза поднимаются и, я смотрю на розовое небо, от которого только что ушли солнечные лучи. Все это происходит в одну секунду.
После, я начинаю брыкаться и понимая, что меня держат крепкие руки. Тогда я начинаю паниковать сильнее и начинаю пинать «существо» с черными волосами.
— Эй!, — слышу грубый голос и моментально замираю, затем — Успокоилась?,— говорит он.
Когда незнакомец опускает меня на твердую поверхность крыши, до меня все доходит со скоростью света. Крыша. Закат. Мысли. Шаг вперёд. И крепкие руки, что хватают меня.
Мои глаза заливаются кровью и я во весь голос кричу этому наглому псу:
— Что ты сделал? Какого хрена ты меня спас, придурок?!
Он смотрит на меня как на дуру и заявляет:
— Неужто говорить умеешь? Я уже думал, что поседею пока до тебя дойдет. Но поправочка, я тебя не спас, только потом не смотри на меня как на героя, ок?
Моему возмущению нет предела, я сейчас лопну, упаси его Бог от моей бомбы. Хотя нет.
— Я буду смотреть на тебя, как на героя, что-ли?! С ума сошел? Я едва себя держу, чтоб не задушить тебя! — кричу я опять. Но после небольшой паузы уже спокойней, но с частым дыханием, говорю — Ты, хоть знаешь, как трудно на это решиться? Ты, хоть понимаешь, через что я прошла? Конечно, нет. Тогда какого хрена лезешь не в свое дело, а?!
Мне абсолютно плевать кто он такой.
— Только не надо тут устраивать цирк из сопливых мелодрам. И не надо кричать на меня, и так смотреть — тоже не надо. Трудно решиться? Так, на кой черт ты полезла прыгать с многоэтажки, а?!
— Не твое дело!, — огрызаюсь я. И мне вдруг стало обидно за его слова, на глаза начали наворачиваться слезы и я отвернулась назад. «Не плакать. Только не плакать.» — повторяю я про себя.
— Что отвернулась, трусиха? Что, правда не нравится? — насмешливым голосом протянул он.
Трусиха? ТРУСИХА?! Это он меня так называет? Сейчас посмотрим кто трусиха, а кто – нет. Быстро, уверенными шагами дохожу до края небоскрёба и смотрю вниз. Тут же смотрю наверх и ступаю одной ногой. Хватит с сегодня цирков, не буду церемониться. Но в ту же секунду опять поднимают меня на руки, и также неожиданно ставят на пол. Глубоко вздыхаю и резко поворачиваюсь назад и смотрю в его глаза. Воздух электризуется, я замечаю, что стою в опасной близости от него, и отхожу на два шага назад.
Вскидываю голову назад, чтобы посмотреть на него. Потому что он очень высокий. И только теперь замечаю, насколько он красив. Нахмуренные черные брови. Серые глаза, в которых отражается синевато-голубое небо, обрамлены темными длинными ресницами. Прямой нос. Полноватые, на вид сочные, губы.( О, Боже, о чем я думаю?) Острый подбородок. А ещё у него есть несколько шрамов. Но они добавляют особую шарму в его красоту. Один прямо над правой бровью, ещё один — под левой щекой, третий — под подбородком.
«Ох, мечта каждой девушки» — подумал бы любой человек. Но увы, он не герой, кто будет тебя спасать, и не принц на белом коне. Он просто мудак. Ладно, красивый мудак.
— Очаровал тебя, да? — нет, я ошиблась самовлюблённый, красивый мудак. Испортил такой спокойный момент, которого в моей жизни становится все меньше и меньше.
— Пффф... Не смеши, пожалуйста. — И теперь замечаю, что он меня тоже сканирует. Иначе никак. Но я решаю проигнорировать его. Я уже более-менее успокоилась. Поэтому устало говорю:
— Что тебе нужно? Кто ты такой, вообще? Когда ты уйдешь и, я, наконец, смогу спрыгнуть с этой чертовой крыши?— Он фыркает на последнем предложении.
Я так увлеклась рассматривать его, что забыла зачем я здесь, сколько сейчас времени, где я и КАКОГО ЧЁРТА ЗДЕСЬ ПРОИСХОДИТ?
— Вообще-то я тебя спас — аж два раза! — и ты должна сказать мне «спасибо». — Теперь фыркаю я. — А уйду я с крыши с тобой, об этом и не волнуйся, — беззаботно заявляет он, будто не спас человека от суицида, а просто отобрал у маленькой девочки ее куклу.
Как же хочется ударить этого козла. Была бы у меня на руках сейчас сковородка, я бы и не задумываясь отключила бы его и продолжала свое начатое дело до конца. Но сомневаюсь, что этот двухметровый шкаф отключится от одного удара сковородкой.
— О чем задумалась, истеричка? Ты на меня так оценивающе смотришь, будто следующий раз хочешь убрать с дороги. — Он что, мысли читать умеет? Увидев мое изумленно-вытянутое выражение лица, поспешно добавляет — Что прочитал твои мысли, да? Значит хочешь убрать с дороги? Ммм... — теперь он оценивающе смотрит на хрупкую меня с ростом 165 см и ухмыляется — Думаю это будет немного проблематично, не считаешь?
У меня скоро пар с ушей пойдет. Я так злюсь. Ох, как взбешена сейчас.
Я тоже не отступаю:
— Не волнуйся, если до следующего раза доживу и если — не дай Бог! — ещё встретимся, я тебя как-нибудь отключу или уберу с дороги и тогда посмотрим для кого что будет проблемой. — Он закатывает глаза, но ничего не говорит. Я сейчас не на шутку злая, так и руки чешутся кого-нибудь ударить
— Ладно шутки шутками, идём, уже темнеет. Умным девушкам не положено гулять по крыше в такое позднее время, мало ли, может алкаши тож хотят сбросить себя с крыши, а тут стоит девушка, в лёгком белом платье, а остальное я не стану говорить, ты итак поняла. Вот ветер тоже дует, уже прохладно. Если будем так и ругаться, то и рассвет тоже придется встречать здесь. А я ужасно голоден. — ворчит он. Снимает с себя ветровку и накидывает мне на плечи. — Всё, пошли. — Но я упрямо стою на месте. Я просто не понимаю, только что он ухмылялся надо мной, а теперь с холодным безразличием говорит «Пошли», как на свою собаку.
Папа всегда мне говорил, что я слишком гордая и упрямая, чтобы неприкосновенно делать, сказанные людьми, приказы. Из-за этой причины, он всегда говорил мне «Потому что ты моя дочка, и я горжусь тобой!». От воспоминаний во рту появляется вкус горечи, но я сразу прогоняю грустные мысли. «Не сейчас».
Когда я выхожу из транса воспоминаний, понимаю, что он до сих пор стоит напротив, и ждет. А ещё я очень удивлена, что он дал мне ветровку, а сам стоит в одной футболке и можно рассмотреть мускулистые руки.
— Я с тобой никуда не пойду. Если хочешь, можешь уходить, никто тебя не держит. — в знак упрямства, я складываю руки на груди и смотрю на него с вызовом.
— Все равно тебе некуда идти. Если люди едут в другой город, то берут побольше денег и останавливаются в отелях. А не как ты, бродят по улицам и с крыши себя бросают.
Вот тут я не поняла, как он узнал, что я в другом городе и у меня мало денег? Так же, как он знает что я бродила по улицам, пока не было где остановиться? КАК?!
— Откуда ты знаешь? Ты, что следишь за мной? Как ты узнал, МАТЬ ТВОЮ?! — нет спокойствие длилось не так долго. Он смотрит на меня как на умолишённую и указывает рукой на мой рюкзак, что лежит в 2 шагах от нас.
— Мать мою оставь в покое. Твой рюкзак валяется здесь. Не надо быть слишком умным, чтоб понять, что он твой. Да и эти районы я знаю, как свои 5 пальцев и, ты точно здесь не живёшь.
С открытым ртом слушаю его и думаю, не такой уж и тупой он. Или быть может, он что-то скрывает? Может, знает больше чем говорит?
Привет дорогие читатели! Как думаете, он что-то скрывает? Или их встреча не просто совпадение? Не забывайте ставить звёздочки. Приятного чтения!