Реальный десятый класс

Я сдержано беру твою руку и молча веду за собой по густому вечно зеленому лесу. То, что ты прячешь свое лицо – говорит о многом, а то, что мы здесь вообще вдвоем, идем туда, куда скажу я – говорит о еще большем. Ты начал верить мне, определенно. Интересно, в чем суть ТВОЕЙ жизни? Ладно, как-нибудь узнаю.
Сквозь ветки и листья деревьев, я вижу очертания света. И очертания того, куда направлялась вместе с тобой, чтобы помочь тебе прийти в себя и отдохнуть за пределами смерти.
Смерть – вот, что так сильно тянуло тебя ко мне, держало поблизости - это была не я, но теперь я точно знаю, что сейчас ты здесь не из-за смерти, а именно из-за меня. Я знаю, что ты любишь меня, что я нужна тебе и что ты рядом не из-за моего запаха, который ужасно сладкий, но он полностью совпадает с запахом смерти, которой ты так раньше желал. Теперь ты желаешь меня, теперь я твой центр внимания, от меня веет сладостью, да, смертью тоже, но для тебя теперь только сладостью всемирного ветра и мокрого асфальта.
Мы вот-вот выйдем из лесу, и он может запросто исчезнуть, если я захочу. Почему? Потому что я владелец данного мира, где нет смерти и все происходит с точностью так, как хочу я. Это мой мир, и я здесь правитель. Ты в гостях, милый.
О, мы вышли и повеял другой запах, запах моря, к которому я привела тебя, ведь знаю, что шум воды и сама вода тебя успокаивает. Меня, порой, тоже. Я остановилась, повернулась к тебе и мягко, но слабо улыбнулась. Ты хмуро смотришь на меня, ты все еще не в себе, но скоро станет лучше, я обещаю.
Я снова развернулась и повела тебя дальше - теперь по высоким камням, которые к берегу плавно сменяются мелкими камушками. На одном из высоких камней остановилась, повернулась к тебе и посмотрела в глаза, чувствуя, как ветер усилился и волосы теперь небрежно затмевают мое лицо. Ты поправил их, заправив за мои уши. Наконец-то ты возвращаешься в себя, мой мальчик, скоро совсем станет лучше, я обещаю еще раз.
Снова развернулась и аккуратно спрыгнула с того самого высокого камня, могла бы упасть, но ты держишь меня за руку – не могла бы упасть. Подошла с тобой прямо к берегу. Расторгла сплетение рук и сняла массивные кроссовки с ног, кстати, я теперь ношу только массивную обувь, чем-то она меня начала привлекать. Снова сплела пальцы рук и зашла в прохладную воду по щиколотку. Легко потянула за собой, но ты почему-то уперся и не пошел. Я немного наклонила голову в недоумении и посмотрела глубже в глаза.
- Не хочу.
Не расстроившись сильно, расцепила руки вновь и обернулась, глядя на уже немного взволнованную морскую воду. Морская вода и меня привлекала почти всегда, я обожала море в детстве. Только несколько лет последних я не любила воду. Любую. Морскую особенно, так как она волновалась. Почему же не любила? Потому что вода с легкостью проникала мне в уши (морская из-за волн еще быстрее) и причиняла мне боль. Я часто болела отитом.
Что же. У меня есть козыри в рукаве. Взяла тебя под руку и повела вдоль берега. Через пару минут ходьбы по камушкам, к каким мои оголенные стопы довольно быстро привыкли и подстроились под их колкость, начал через градиент появляться пирс. Такой уже старый, но выглядит более, чем величественно. По бокам покрыт мхом и налипшими водорослями.  Аккуратно поднялась, потянула тебя за собой, не получив отказа. Теперь шагаю по пирсу вместе с тобой прямо к морской глади, прямо к горизонту, который скоро станет темно-оранжевым, ведь закат уже совсем скоро. Ветер снова ударил по лицу, но не стало больно или холодно, стало приятно, это же я его создала, конечно же. Прикрыла глаза на несколько секунд, в это время стараясь прочувствовать каждый выступ под стопой и каждый шорох волн или взаимодействия ветра с лесом, что не исчез все-таки, а остался позади.
Подходя ближе к краю пирса, открыла глаза и вдохнула побольше этого ядерного и прелестного запаха моря, что смешался с твоим – родным и молчаливым. Аккуратно села на край пирса и свесила ножки, почему-то заметив, как кожа ощущает себя под джинсами, материал которых чуть тяжелее сгибается, чем в любых других. Кожа чувствовала себя, на удивление, просто прекрасно.
Ты стоял надо мной и смотрел вперед.
- Присядешь рядом?
- Нет, я не хочу.
Ты продолжал упорно глядеть на воду, так же, как и я, вслушиваясь в каждый шорох. Я резко подумала, что оказалась неправа, и ты вовсе не любишь меня и все еще чувствуешь мой сладкий и манящих, характерный только мне, запах смерти. В горле появился ком и горечь, как от сигарет без этих дурных капсул, ненавижу их, блевать хочется. В груди загорелся болючий синий огонь, и я встала, принимаясь теперь, с какой-то злостью на саму себя, стаскивать всю одежду, бросая ее к твоим ногам. 
- Что ты делаешь?
Ты, похоже, был немного взволнован, ты все же любишь меня, я уверена.
Пожала плечами, продолжая снимать остатки одежды. В итоге осталась только в трусах, не стесняясь показать тебе свою грудь. С остатком кома в горле и горечи во рту отошла спиной прямо к краю пирса. Пристально смотря в твои зеленые прекрасные глаза, закрыла свои, слилась с теперь сильным ветром, почувствовав спиной, что, похоже, скоро начнется шторм, упала спиной назад в бурлящую воду, в полете выпуская весь воздух. От такого, смертельный мой запах, естественно, увеличился и ты точно почувствовал его, потому что перед моими закрытыми глазами была картина, как ты поднимаешь мою одежду и с настоящим страхом смотришь в прозрачную воду, выискивая мое тело, которое осталось без воздуха перед погружением в глубь с головой.
- Твою мать, что ты сделала?!
Ты кричал в воду, но знал, что это впустую, ведь в воде, а на такой-то глубине - я не услышу тебя. Мое тело уже ударилось спиной о дно и оставалось лежать там. С закрытыми глазами я наблюдала, что ты замешкался и не знаешь, что тебе делать, ведь прыгнуть в воду за мной ты, конечно, можешь. Но потом ты можешь не выбраться, ведь мой запах смерти все еще в голове у тебя, он тебя и потопит, не лезь, у меня все хорошо. Верь мне, милый. 
Лежала на дне, чувствуя, как рассудок покидает меня. Сейчас я упаду в обморок и все закончится для меня. Почему так вообще случилось, я не должна была прыгать? Да нет, должна была, кажется. Где же подвох. Что же мне делать. Это мой мир, значит я решаю умереть мне или остаться в живых. Раз это мой мир, я могу сделать что угодно. И я знаю каков мой следующий шаг.
Я открыла глаза и без воздуха попыталась закричать от дикой боли, что слишком неожиданно пронзила ноги. Они болели так, как никогда, такой боли наверняка еще никто на этой планете не ощущал. Отсутствие воздуха дало о себе знать, и я провалилась в сон, уже не зная, что там с тобой на берегу и что со мной и моими ножками, которые были поражены адской болью.
Вдруг я снова увидела тебя, ты снился меня, пока я не понимала где я и что со мной вообще – жива ли я. Я видела, как ты растерянно смотрел в воду, держа мою одежду. И в какой-то момент ты изменился в лице и подошел прям к краю пирса. Ты злобно скомкал всю мою одежду и бросил ее посильнее в воду, надеясь, что она дойдет до того места на дне, где уже покоилось мое, как ты думал, мертвое тело. Твое лицо выражало страшное безразличие – самая страшная эмоция. Твои глаза былипустыми, зрачки сильно расширились, ты развернулся и быстро пошел прочь. Думаю, ты посчитал, что я бросила тебя. В этот момент я осознала, что не подчинила свой же мир себе. Если перестаешь верить в настоящее – оно перестает быть настоящим, в этом была моя ошибка. Я потеряла контроль и тем самым тебя. Я чувствовала, что по щекам покатились обжигающе горячие слезы. Они горечью разбудили меня, и я со страхом резко распахнула веки.
Я все еще была под водой, но легкие, что очень странно, были наполнены воздухом, и чем больше я дышала – тем лучше чувствовала себя. Не понимала, откуда воздух, я же в воде, а воздух все не заканчивался. Невозможно. Но так прекрасно. Все вокруг меня было в темно-розовом неоне, что иногда медленно переходил в фиолетовый. Потом обратно в розовый и иногда лишь в зеленый. Я аккуратно и медленно подняла голову и увидела поверхность морской воды, которая уже успокоилась. Оттуда проникал легкий свет, но неон нравился мне больше, и я опустила глаза, осмотрела дно рядом с собой. Ты не ошибся – попал прямо в точку. Смятая и полностью мокрая одежда каким-то образом оказалась на дне, она зацепилась за камень и ждала, пока я заберу ее. Жаль кроссовки, они остались на берегу. И вообще, какого черта я думаю о кроссовках и где мои ноги, почему я их не чувствую?
Сердце бешено заколотилось в груди, заболело, дыхание сперло, и я начала судорожно оглядываться, ища своих любимые ножки, которые ты когда-то очень любил. А теперь ты ушел, оставив меня на дне. Я посмотрела на место, где должны были быть аккуратные белые пальчики. Там были не они.