Глава 15
Оргазм был достигнут. Сиэль откинулся на постель, пытаясь восстановить дыхание, но из-за неизвестного происшествия с его телом, все вышло не так, как хотелось. Если не сказать, что все было испорчено.
— Себастьян, — придя в себя, Сиэль принял сидячую позу. Мужчина все это время сидел к нему спиной.
— Ты сам все видел, — мужчина сжал кулаки сильней. — Подобная близость приведет в конце концов к тому, что тьма поглотит тебя.
— Ты что серьёзно?
Пора было свыкнуться с мыслью, что у них не может все быть ладно. Везде найдутся преграды и проблемы. Они только успели свыкнуться с тем прикосновениями без страха на риск, как все вернулось на круги своя.
— Но я не чувствовал той же опустошенности, что и тогда. Ничего потустороннего в себе.
— Ты свою кожу видел?! — вскрикнул Себастьян, но тут же взял себя в руки. — Ты весь почернел как...я.
— Я все это видел. Странно, что не почувствовал, — Сиэль придвинулся ближе, осторожно кладя руки на спину мужчины.
— Ну почему у нас просто все не может быть хорошо? — «ведь вскоре ты уйдешь от меня». Себастьян горько усмехнулся. И правда. Сколько бы Сиэль не убеждал его и не клялся, что никогда не покинет, все же этого обещания ему не сдержать.
— Это не так, — он прижался щекой к спине, руки сцепляя на талии. — Мы что-нибудь придумаем. Обязательно. Главное, не терять надежды.
— Не важно, — мужчина повернулся к парню, крепко обнимая. — Пока ты со мной, ничего не важно. Одно твое присутствие делает меня живым. Тебя я готов слушать вечно. Сиэль, — объятия сжались, — что мне делать без тебя?
Он не хотел сейчас быть сильным. Он был таким многие тысячелетия. Сейчас у него есть человек, готовый принять его слабости. И за это Себастьян благодарен. Сиэль видел мужчину в таком плане впервые. Но он раскрывался. Сам показывал свои страхи.
Сердце заболело. Сиэль хотел подарить свое тепло, свою поддержку. Он осторожно прижал голову мужчины к своей груди, мягко перебирая волосы.
— Все хорошо. Все будет хорошо. Я останусь рядом. Тебе еще надоест меня слушать, — вспомнил давние слова парень, совсем невесело улыбнувшись.
— Я представляю пустой дом, где тебя никогда не будет. Когда я повернусь в своем кресле, ты не будешь сидеть на моей кровати и читать книгу, — мужчина говорил приглушенно, высказывая ему все свои переживания. — Я показал тебе весь мир так необдуманно. Я не оставил ни одного места, что не напоминало бы о тебе.
Сиэль не хотел этого представлять, но иначе не получалось. Трудно было вообразить, как сильно на темном создании, что привязался к человеческому дитя, отразится его потеря. Что с ним будет после?
Мороз бежал по коже. Сиэль с трудом подавил в себе желание передернуть плечами. Вместо этого он оставил поцелуй в макушку, с небольшой задержкой. Что еще он мог сказать в ответ? Ничего. Он может лишь выслушивать и успокаивать своим присутствием.
Мужчина усмехнулся, не дождавшись ответа. Это в стиле Сиэля — дать спокойно выговориться. Вот только сказанное вслух убивало сильнее, чем в голове. Себастьян отстранился от парня, возвращая на свое тело одежду.
— Себастьян...
Парень чувствовал себя как никогда брошенным. Пусть существо и стоит рядом, но то как он быстро отошел, оделся, и даже не взглянул в сторону... Если Себастьян опять решится держаться в стороне, Сиэль завоет на луну. Ибо повторно такое он не вынесет.
— Малыш, — мужчина вернул одежду и на Сиэля, перед этим очистив тело. — Я никуда от тебя не денусь.
Себастьян вновь упал на кровать рядом, тяжело вздыхая. До этого парень и не заметил, как сидит, затаив дыхание. Только снова заключив мужчину в объятья Сиэль выдохнул.
Вскоре и вовсе стало клонить в сон. Время было поздним.
— Давай-ка спать, — Себастьян сам лег на кровать, откидывая одеяло. — Я буду рядом.
— О, да, — от удовольствия не хватало только мурлыкнуть. Сиэль так давно не засыпал в объятьях. Уже успел забыть какого это.
— Спи спокойно, — обняв парня, мужчина плотнее закутал его в одеяло.
***
На следующий день Сиэль чувствовал, что-либо переспал, либо не доспал. Не ясно, хотелось ли ему побыть в постели еще чуть дольше, или уже выбираться. Как бы то ни было, открыв глаза он застал великолепную картину. Во сне чудным образом он перебрался прямо на Себастьяна и теперь мог наблюдать, как тот лежит с закрытыми глазами. Будто действительно спит.
Сиэль склонил голову, очень легко прикасаясь к коже кончиками пальцев. Если бы он мог, то подарил бы для любимого самый лучший подарок — сон. Тому, кто никогда не мог забыться хотя бы на несколько секунд. Тому, кто чувствовал этот покой лишь на периферии жизни и смерти.
— Мне знаком этот взгляд, — Себастьян открыл глаза, усмехнувшись. — Что-то удумал?
— Ты что же наблюдаешь за мной и с закрытыми глазами?
Конечно, Сиэль это знал, но старался об этом сильно не задумываться, потому что смущало. А сейчас и подавно.
— Я всегда наблюдаю за тобой.
Очевидный ответ. Мужчина вновь прикрыл глаза. Что-то было не так. Плохое предчувствие не желало покидать его сердце.
Это еще один повод, чтобы подарить мужчине покой. Пусть не такой долгий, как у обычных людей, но Сиэль был уверен, что Себастьяну и несколько минутный эффект придется по душе.
— Можешь сказать который сейчас час?
— Почти одиннадцать, — мужчина провел руками по спине парня, прижимая теснее к себе.
Сиэль уперся руками в грудь, но почти сразу же пальцы стали расстегивать пуговицы. Когда он открыл грудь, не сдержал облегченного вздоха. Все восстановилось. Ни следа от вчерашнего удара молнии. Сиэль проверил и на ощупь, словно не доверял одному только зрению.
— Все так, как и сказал.
— Ты еще и сомневался во мне? — с хитрецой в глазах спросил мужчина, приподнимаясь на логтях.
— Скажем так, я опасался, что ты мог приукрасить и тебе понадобится чуть больше времени, — Сиэль потянулся навстречу в примирительном жесте быстро целуя в губы. — Меня пора кормить.
— Конечно, — Себастьян снова завалился на кровать. — На мне готовить будешь, или все же встанем и пойдем на кухню?
— А может ты нас перенесешь? — настолько ленивым Сиэль еще себя не чувствовал. Но перспектива в одну секунду, даже не поднимаясь, оказаться на кухне была весьма заманчивой.
— Совсем тебя избаловал, — шуточно запричитал Себастьян, но тем не менее перенес их на кухню, сразу ставя Сиэля на ноги.
Сразу двойной эффект на бедные ноги. Само перемещение (никак он не привыкнет), и события вчерашнего соития. Сиэль мертвой хваткой вцепился в Себастьяна, боясь просто напросто свалится на пол.
— Держи меня крепче. Моим ногам явно придется привыкать стоять ровно.
— Прости, — мужчина виновато улыбнулся, но тут же подозрительно нахмурился. Это ведь нормально, да?
Самостоятельно стоять парень смог довольно быстро. Указал мужчине свое место за столом, а сам принялся за готовку. Все время процесса он чувствовал странные изменения в себе. Ходить было несколько неудобно, а еще в ногах появлялась слабость.
— Сегодня будем сидеть дома, — расставив все приготовленное на стол, Сиэль и сам с довольным стоном уселся за стул.
Себастьян кивнул, не сводя взгляда с парня. Он наблюдал за ним все время, что тот готовил, пытаясь заметить хоть что-то не подходящее под обозначение «нормы». Но ничего подобного заметно не было. Сначала Сиэль не показывал виду и спокойно уплетал завтрак, но когда закончил, и все еще ощущал на себе пристальный взгляд, не выдержал:
— Что ты во мне увидел не то?
— Ничего, — покачал головой Себастьян, но взгляда не отвел. Что не так? Он сам не мог понять.
Если не ответил сам, придется выпытывать ответ. Правда, сейчас Сиэль этого совершенно не хотел. Это странно даже для него, ведь он всегда докапывается до истинны. Отогнав ненужные мысли, он встал из-за стола. И тут же захотелось сесть обратно. Ну, или скорее добраться до мягкой поверхности.
— Что с тобой? — мгновенно среагировал мужчина, оказываясь рядом с парнем.
— Что со мной? — переспросил несколько удивленно, и все же прислушался к своим ощущениям. Но ничего странного не было. Сиэль пожал плечами. — Ничего серьёзного. Просто чувствую усталость в ногах.
Себастьян выдохнул. И правда. Чего это он так переполошился? Но как бы он не успокаивал себя, что это просто паранойя, он не отходил от Сиэля ни на шаг, и они вновь вместе лежали на кровати.
***
Сколько бы времени не прошло, они не выходили дальше комнаты, пролежали почти полдня. Когда просто в тишине, а когда болтая на темы не о чем. Уже ближе к вечеру Сиэль не мог сдерживать зевки. Было слишком рано для сна, но он не мог сопротивляться. Глаза сами закрывались.
— Себастьян, я хочу спать.
— Хорошо, — мужчина вновь нахмурился. Слабость парня становится очевидной. Он приобнял его за талию, прижимая к себе.
Присутствие постороннего не было какой-то неожиданностью. И гость знал это. Он явился в полночь, когда бы мальчик не смог увидеть. Но кого ждала Тьма. Существо появилось словно из неоткуда, остановилось в самом дальнем углу, словно не хотело беспокоить хозяев своим присутствием.
— Ты бы не пришла просто так, — холодно заметил Себастьян, убирая со лба парня пару прядей.
— А тебя предупредили о моем визите, — существо сделало несколько уверенных шагов, пока не остановилась возле кровати. Взгляд синих бездонных глаз перешел от бывшего собрата к лежащему в его объятьях ребенку. — Мы можем поговорить не здесь?
Мужчина осторожно поднялся с кровати, не проронив и слова. Ожидание чего-то ужасного било по голове. Себастьян кивнул, переносясь во двор дома.
— Для начала позволь спросить, — Божество вышло вперед, и заданный вопрос был задан, устремив взгляд на полную луну. — Какие планы у тебя на этого ребенка? Ты знаешь и без моих слов, что человеческий срок жизни очень короток. Так ответь мне.
— А какие у меня могут быть планы? — мужчина не сводил взгляда с гостя. — Я не могу продлить его жизнь.
— Но ты думал об этом, — Божество так и не сдвинулось с места и голос еще был все так же тих и спокоен. — Не правда ли?
— Говори прямо, — Себастьян подошел ближе. Ему не нравилась эта недосказанность.
— Ты знаешь, это не в моей компетенции. Каждое создание, будь то человек или Божество, должен решить все сам. Я же могу только направить, — Божество наконец обернулось, и взгляд ее был серьёзен как никогда. — Приглядись к мальчику.
На секунду в глазах мужчины отразился испуг и неверие. Больше не слушая Божество, Себастьян мгновенно оказался рядом с кроватью парня. Его подрагивающая рука медленно накрыла лоб Сиэля и в туже секунду мужчина, словно подкошенный, упал на колени. Этого не может быть. Это не правда. Нет... Нет! Нет!
Себастьян схватился за голову, сильно оттягивая волосы. Если бы он заметил раньше! Осмотрел парня еще утром... Он бы успел, но не сейчас. Тьма пожирала ребенка, разрушая изнутри. Его было поздно спасать.
Мужчина буквально подорвался с места, крепко обнимая обреченного на скорую смерть парня. Он уткнулся носом в его плечо, надрывно и глубоко дыша. Это его вина. Он не доглядел, как собственная сила уже убивала Сиэля на протяжении всего дня, что они так беззаботно болтали. Он мог успеть спасти его...
Сон оборвали. Сиэль не до конца осознавал что происходит, его просто сжали в мертвенной хватке, даже болезненной.
— Ч-что?.. — окончательно придя в себя после резкого пробуждения, парень осторожно обнял Себастьяна в ответ. Такой резкий порыв был ему не присущ. Если подорвали так неожиданно, значит случилось что-то очень серьёзное. — Себастьян, в чем дело?
Мужчина не ответил, зарываясь носом в волосы Сиэля. Сердце рвалось на куски, душа сгорала от осознания, что во всем виноват он сам. Сиэль по его вине по проживет даже свой земной срок.
— Себастьян, не пугай меня, — парень попытался отстранится, чтобы посмотреть на мужчину, но тот ему не позволил, усилив хватку. — Да что происходит? Пожалуйста, не молчи, — в душу закрадывались самые что ни на есть ужасные картины, Сиэль разрывался от непонимания и беспокойства.
Себастьян открыл было рот, но лишь сильнее затрясся в беззвучном рыдании не в силах произнести и слово. Как сказать любимому, что тот не проживет и нескольких дней, по вине того, кого он принял и понял. Кого полюбил, когда все ненавидели...
Себастьян зажал рот рукой. Он не мог сказать этого сейчас, потому что и сам все еще отказывался верить.
— Се... ба... стьян! — с каждым слогом Сиэль пытался вырваться и под конец ему это удалось. Он в одну секунду вновь оказался рядом, приподнялся на кровати (несколько возвышаясь) и осторожно, но быстро схватил лицо мужчины в свои ладони. Одного взгляда хватило, чтобы парня пробила дрожь, глаза распахнулись в изумлении.
Он увидел слезы. Не те, что были раньше. Глаза почернели, но слезы не были такими же черными. Нет. Они были прозрачными. Как у любого человека.
Что? Что могло произойти, если он находится в таком критическом состоянии?
Сиэль всерьёз начал задумываться, что вскоре должно произойти нечто ужасное, после чего их жизнь никогда не станет прежней. И от собственных догадок и подозрений стыла кровь. Не хотелось знать, не хотелось выслушивать, но и оставаться в неверии было невыносимо. Сиэль осторожно прислонился своим лбом о лоб мужчины.
— Себастьян. Пожалуйста, скажи, что ты таишь. Я прошу тебя. Не своди с ума молчанием, — пальцы нежно стерли дорожки слез. Если бы еще было возможно унять собственную дрожь.
— Прости меня, малыш, — мужчина дрожащей рукой коснулся щеки парня, — прости, прошу тебя.
Мужчина закрыл глаза, но успокоиться было невозможно. Он умирал. Его малыш умирал с каждой секундой. В голове невольно возникали картины. Счастливые картины их жизней.
Вот Сиэль со счастливой улыбкой указывает на звезды и доверчиво тянется к нему, так что сердце замирает. А вот они уже гуляют по лесу, узнают место, где им предстоит прожить долгое время. И опять это нежное, доверчивое прикосновение к когтистой руке.
И следующая картина. Монстр, склонившийся над бездыханным телом парня, не оправдавший доверия этого светлого ребенка. Убивший собственными руками. Себастьян словно сломался изнутри. Издав неясный хрип, он открыл глаза, смотря на ожидавшего ответа парня.
— Ты умираешь. Из-за меня.
Новость не сразу дошла до сознания парня. Да и как такое может уложиться в голове? Руки соскользнули. Сиэль просто сел обратно на кровать, на несколько секунд выпадая из реальности. Состояние шока, неверия и элементарного страха. Все навалилось огромным комом.
Мужчина закрыл руками лицо, сгибаясь пополам.
В голове как щелчок прозвучал. Откуда взялась эта шокирующая новость, как могло так произойти, и что будет после? На каждый вопрос Сиэль нашел ответ. За исключением одного. Последнего. Самого жуткого и не предсказуемого. И страх съедал не столько за собственному раннюю гибель, как за состояние Себастьяна.
Что с ним будет, когда Сиэля не станет? Не имелось даже представления. Это нереально было вообразить. Насколько сейчас он убивает себя?
Сиэль обратил внимание на сгорбленного мужчину. От увиденного его сердце обливалось кровью. Он мягко навалился сверху, обнимая как можно осторожнее и нежнее.
— Как ты можешь, — убито прошептал он, вздрагивая сильнее. — Как можешь...
Нежность парня даже после всего... просто уничтожала. Казалось, сердце, что теперь едва билось, остановится совсем. Да и он был готов, если прекратится сумасшедшая боль.
— Ты взваливаешь всю вину на себя, — объятья стали сильнее. — Мне страшно, Себастьян. Я боюсь умереть. Но еще сильнее я боюсь то, что будет с тобой... — голос задрожал. Первые слезы скатились по щекам.
— Не умирай, — отчаянный шепот и сильные объятия мужчины. — Не умирай...
Не было смысла в этих словах, но Себастьян не мог смириться. Не мог.
Его усадили на колени, сжимая в сильной хватке. Дрожащими руками Сиэль уцепился в ответ, обнимая за плечи и шею. Объятья — лучший способ скрыть эмоции на лице. Не видеть искаженного болью. Не видеть слез, а только чувствовать, как падают горячие капли.
Конец пришел слишком быстро. И по такой глупой ошибке. Они оба несут ответственность. Но как же все внутри переворачивается, сжимается и разрывается на части. Не укладывается в голове. Сумасшествие.
Сил не осталось больше. Хотелось исчезнуть. Слезы все не переставали течь из глаз. Тело болело от силы, которая сжалась внутри испуганным зверем. Осознание, что через пару дней он не сможет обнять Сиэля, прижать к себе, услышать его мелодичный смех... Мужчина хрипло застонал. Внутри словно разбился хрупкий хрустальный замок мнимого счастья. Он навечно вынужден остаться в одиночестве.
Их чувства были разделены. Страдание существа передавались и человеку. Но в душе Сиэль понимал, что не сможет узнать и сотую долю того страдания, что испытывает сейчас и будет испытывать в последующем, после его смерти, Себастьян. И от того чувства разлетались осколками стекла. Вера в светлое будущие уничтожено. Сердце закололо сильнее. Душевная боль смешалась с физической. Сиэль чуть сильнее сжал плечи мужчины, зажмурившись.
Сколько дней им предстоит терзаться в муках агонии?
— Малыш, — мужчина отстранился, но объятия не ослабил. — Тебе лучше лечь.
Голос убитый и безжизненный, пустой и ничего не выражающий взгляд. Сиэль не мог на это смотреть. Так по-детски хотелось зажмуриться и замотать головой, лишь бы не видеть состояния существа. Ходячего трупа. Иной ассоциации не находилось. Больно на душе, больно на сердце, больно смотреть, больно осознавать. Везде чертова боль.
— Себастьян, посмотри на меня, — умоляюще попросил, прикасаясь к щеке. Взгляд направлен сквозь. В нем не отражается ничего. А вскоре и вовсе заволокло тьмой.
Мужчина послушно сфокусировал взгляд на парня, а из горла непроизвольно вновь вырвался тихий стон. Брови изогнулись, рот поджался. Он не мог долго смотреть на Сиэля. Теперь, когда осталось так не много.
Пальцы слегка коснулись щеки мужчины. Снова парень ощутил болезненные удары. Не нужно было ходить вокруг да около, что выяснить откуда происходят эти боли в сердце с перерывами. Оно и без того терзалось в душевных муках, теперь же и физическая боль не давала спокойно выдохнуть.
Сиэль не хотел показывать виду, лишний раз своим состоянием убивать Себастьяна, но это нестерпимо. Он послушно лег обратно на подушки, утягивая за собой существо. Он не отпустит его теперь ни на секунду.
Себастьян лег рядом. Казалось, любое движение отдает болью в сердце. И осознание, что эта боль не имеет отношение к физической не спасало совершенно. Мужчина крепко прижал к себе парня, будто пытаясь хотя бы так заполнить огромную дыру внутри.