Глава 4. Предсказание на кофейной гуще
- Ты… шутишь, - я даже рассмеялась такому заявлению. Бог. Да конечно!
Чонгук изогнул одну бровь. Весь его вид говорил о надменности и оскорблении.
- Я не шучу.
Я сняла стул с парты и села на него.
От его слов я вообще не могла остановить смех. Его лицо нужно было сейчас сфотографировать, чтобы показать всем, каким он может быть… А почему нет? Я быстро достала телефон и сделала снимок.
- Что ты делаешь? – Его брови нахмурились лишь еще больше.
- Пытаюсь запечатлеть этот момент, - наконец, смех потихоньку переставал разрывать мою грудь. – Ты хоть представляешь, как сейчас нелепо это звучит? Ты – Бог? Тогда чур я Пасхальный Кролик.
Его бровь изогнулась еще больше. Она, случайно, сейчас не отвалится?
- Тебе нравятся кролики?
Это был немного странный вопрос в данной ситуации, но я ответила:
- Да. Они милые… и пушистые.
- Хм, - Чонгук приложил руку к подбородку, а затем косо взглянул на меня. Вокруг его зрачка появился белый ободок. Я только наклонилась вперед, чтобы убедиться, не показалось ли мне это, как у меня на руках оказался кролик. Белый, пушистый. И штук двадцать таких уже бегали по аудитории.
Я была в ступоре. Два сверхъестественных случая в один день – это слишком.
- Откуда ты вообще их взял?
- Думаю, они появились на какой-то ферме. Я просто ненадолго их… позаимствовал.
Я перевела взгляд на милое существо, проводя по нему рукой. Малыш был довольно ручным.
- Говорят, кроличье мясо вкусное. – Задумчиво проговорила я, вдруг вспомнив слова Холли.
Кролик резко испарился, словно его и не было. Я подняла взгляд на Чонгука. Он был немного ошеломлен.
- Живодерка. – Он покачал головой.
Я лишь улыбнулась, обтряхивая ладони от шерсти.
- Что плохого в том, что я люблю мясо? Я, по крайней мере, не отрицаю убийство животных, чтобы их съесть.
- Так что ты решила? – Вдруг перевел он тему.
Я огляделась по сторонам, надувая щеки.
- Думаю, - я расхаживала по комнате, приближаясь к двери, - тебе придется мыть здесь самому. – Я быстро помчалась к выходу, но двери резко захлопнулись прямо перед моим носом. – Какого черта? Ты чуть меня не прибил!
- Грешные всегда должны быть наказаны. – Его улыбка сейчас больше напоминала демоническую, нежели Бога.
- А я смотрю ты прям святой. Где ж твой нимб над… - Не успела я договорить, как нимб и правда появился. Я топнула ногой. Эти их штучки меня сегодня доведут.
- Я задал тебе не этот вопрос. – Святящееся желтое кольцо пропало.
- Я знаю. – Сложив руки на груди, я почувствовала, что должна защищаться. – Я с тобой целоваться не собираюсь. Даже не понимаю, зачем тебе это нужно?
- Я Бог, детка, я должен творить хорошие дела. К тому же, все девчонки западают на меня с первого взгляда…
Дальше я даже слушать не стала. Кто сказал, что Бог весь такой из себя правильный? Он избалованный, самовлюбленный, эгоистичный…
- Какие еще слова ты придумаешь для моего описания?
Я оглянулась.
- Класс! Ты, как и он, можешь читать мысли?
- Говорила с Тэхеном? Быстро он успел подкрасться к тебе. – Чонгук сел на парту, скрещивая ноги в щиколотках. – И нет, мы не читаем мысли. Просто слышим, когда к нам обращаются мысленно. Мы, как бы, ловим свою волну. – Что-то в нем изменилось. Он стал выглядеть… старше, и более серьезно.
- Так… Получается, Тэхен твой сын? Он Люцифер, и все такое…
- Что? – Настала очередь смеяться Чонгуку. – Ты слишком много пересмотрела своего любимого сериала.
- Тогда кто вы друг другу?
- Враги, - сухо ответил он, пожимая плечами.
- Видимо, дальше даже спрашивать бесполезно?
- Начинаешь правильно соображать. - Его тон мне совершенно не нравился. - А ты довольно легко все это переносишь.
- Я дружу с человеком, которая на день рождение заказала себе торт в виде отрезанной руки. Может быть через пару часов я обдумаю все и решу, что свихнулась, но пока что меня это не сильно беспокоит.
Чонгук понимающе махнул головой.
- Ты намерена остаться с ним в сделке? Позволишь ему забрать тебя?
Я потерла рукой лоб.
- Я не знаю… - Я тоже села на парту. - Зачем Тэхену вообще забирать меня?
- Это тебе лучше спросить у него, Рози. – Волосы упали на бок, когда он склонил голову. – Но, если захочешь сбежать от этого, пока у тебя еще будет такая возможность, приходи, – улыбка Чонгука приманила мой взгляд к его губам. На секунду я представила, что было бы, если бы я согласилась… Вопреки ожиданиям, что от одной этой мысли мне станет плохо, я вдруг подумала, что не стану исключать этот вариант. Ведь, если что-то действительно начнет происходить, мне понадобится помощь, чтобы освободиться… - И я помогу. – Подтвердил он мои мысли. А я все еще пялюсь на его губы! – Тебе сложно устоять перед моим очарованием. – Его тон вновь стал игривым. Он поднял швабру с пола и бросил в меня. К счастью, я сумела ее поймать. – За работу!
- А не проще ли использовать свои силы… или что там у вас, чтобы здесь убраться?
- Ты что-нибудь слышала про «злоупотребление властью»? Пока я на Земле, мне лучше творить лишь легкие чудеса, а не мыть полы в школе. – Он скривил рожицу, и я улыбнулась. Было все-таки в нем что-то легкое и простое. – Я идеален.
- Хватит уже копаться в моей голове!
- Здесь я бессилен, - он уже начал протирать деревянный пол. – Твои «волны» сами беспрепятственно поступают ко мне.
- Значит, - я ненадолго замерла, - все, что люди просят у тебя…
- Я не исполняю их желания, если ты об этом.
- Но это странно. Столько людей сейчас поклоняются тебе, а ты моешь пол и даже не знаешь, как решить уравнение по химии.
Чонгук бросил на меня тяжелый взгляд и подошел.
- Кто бы говорил. Сама то не останешься на второй год?
Это буквально вывело меня из себя. Хватило мне сегодня нотаций брата.
- Ты даже… - Я решила припомнить ему все, что он натворил, но не успела. Я стояла, а потом в следующую секунду уже лежала на парте. Чонгук нависал надо мной. Его карие глаза почти полностью превратились в сияние. Но он быстро заморгал, и они вернули нормальный облик. Эта ухмылка настораживала. – Отпусти меня! – Проговорила я, когда он прижал мои плечи к столу. Я ожидала, что он что-то ответит, но он продолжал молчать, медленно наклоняясь вниз. Его лицо уже было настолько близко, что я не могла видеть ничего, кроме его глаз, взгляд которых упал вниз. И я знала куда он смотрит. Эта тишина наводила лишь больше беспокойства. Одна его рука убрала волосы с моего лица и замерла у шеи. Чонгук поймал мой взгляд, заглядывая внутрь меня, в мою душу. Его ресницы затрепетали и опустились. Дыхание касалось моих губ. Я тоже закрыла глаза. Прошло несколько секунд, прежде, чем я поняла, что он выпрямился и отошел.
Открыв глаза, я почувствовала себя, как облитой холодной водой. Почему так холодно?
Посмотрев на Чонгука, я зажмурилась. Я что, серьезно собиралась позволить ему поцеловать себя?
- Именно так, крошка. – Его улыбка была волчьей.
- Так чего же ты не поцеловал? – Я села, сжимая руками кроя парты.
- Чтобы ты потом заявила, что я поцеловал тебя против воли? Нет. Когда решишь, что делать со своей судьбой, тогда мы можем продолжить начатое.
Я чувствовала себя опозоренной. Он насмехается надо мной. Я сомкнула руки в кулаки и пнула по полному ведру с водой. Оно перевернулось, и жидкость попала на ноги Бога.
Я чувствовала себя гораздо лучше, когда уходила и слышала вслед его ругательства.
***
- Бабушка! – Закричала я, бросая сумку на пол и кидаясь в ее объятия. – Почему ты не позвонила, что приезжаешь? Я бы тебя встретила.
- О, моя дорогая! – Она сжала в своих шероховатых руках мои ладони. – Я хотела, но Дилан сказал, что у тебя какие-то дела в школе, поэтому я не стала тебя беспокоить.
Я одарила брата испепеляющим взглядом. Он пил сок. Из-за стакана я заметила улыбку. Затем он повернулся и куда-то ушел.
Мы прошли в гостиную. Бабушка много расспрашивала про школу, про парней, про подруг…
- Точно! – Я выхватила телефон. – Холли ведь очень ждала, когда ты приедешь.
Я отправила сообщение подруге, чтобы она пришла, когда освободиться. Та появилась у дверей дома уже через пятнадцать минут.
Я затормозила ее у прихожей.
- Как свидание?
- И не спрашивай. – Она отмахнулась рукой. На ней уже была обычная черная кофта и черные джинсы. – Даже не знаю, что теперь поможет мне забыть этот ужас, – она вдруг замерла в дверях на кухню. – А, нет, знаю.
Я улыбнулась, предполагая, что подняло ей настроение. Но я ошиблась. Бабушки на кухне не было. Но там был мой брат… с обнаженным торсом. Я скривила губы.
- У нас гости вообще-то. Иди оденься.
Дилан посмотрел на меня. Его волосы были влажные от душа, полотенце висело на шее, а в руке он держал поднятую к губам бутылку волы. Какое-то время он смотрел на меня, а потом перевел взгляд на Холли, и не его лицо появилось выражение, типа: «Это она то гость? Она бывает здесь чаще нас самих».
Подруга пихнула меня в бок, и я ойкнула.
- Ты чего?
- Не смей лишать меня подобного зрелища, - прошептала она мне, не отрываясь от Дилана.
Я осмотрела брата. Ну и что в нем сейчас такого? Я его без рубашки чуть ли не всю жизнь вижу. Но, кажется, для Холли это выглядело иначе. Я была уверена, что, если ей сейчас дать волю, она бы уже облобызала его руками.
Фу!
Я встрепенулась и направилась в гостиную, таща ее за собой. Она что, не понимает, что потом Дилан будет доставать меня ее поведением?
Увидев бабушку, Холли хоть немного оторвалась от лицезрения на стену кухни, будто она могла видеть насквозь нее.
Мы пили кофе из Индии, которое привезла бабушка, как вдруг подруга попросила ее погадать нам.
- О, девочки. Я так давно уже этим не занималась, не уверена, что все вспомню…
- Ну, пожалуйста! – Заканючили мы в два голоса.
- Ладно-ладно. – Бабушка рассмеялась. Ее темно-рыжие волосы повыпадали из высокой прически, обрамляя сапфировое колье на шее. Она перевернула наши чаши, и взяла в руки мою.
Тут в комнату вошел брат… И снов без рубашки. Я чуть не кинулась закрывать Холли глаза… ну, или подтирать слюну.
- Чего ты сюда пришел?
Он подошел к дивану и взял футболку, висевшую на ее спинке, показывая мне.
- Хватит разбрасывать свои вещи, где попало!
- Ты чего бесишься? – Он разом надел на себя одежду, и уголки губ Холли сразу опустились вниз.
И правда. Чего? Я и сама не знала, как это описать.
- У нее сложный период в жизни. – Ответила за меня подруга. Сквозь макияж на ее щеках было видно слабый румянец. И это совсем мне не понравилось. Почему?
Дилан ничего не сказал в ответ, а лишь приподнял брови.
Когда он ушел, бабушка спросила:
- Что за сложный период?
- Она связалась с одним необычным парнем. – Вновь проговорила Холли вместо меня, проводя руками по воздуху. – Кстати про парня. У Дилана отличная фигура. Он что, занимается?
- Может уже хватит говорить про моего брата?
- Точно занимается. Потому что такие мышцы сами собой не появятся. – Она смотрела куда-то вдаль, сложив ногу на ногу и подперев подбородок рукой.
- Мы же собирались послушать, что…
- Вот бы побывать на его тренировках…
- Холли!
- Что? – Когда она встретила мой взгляд, то сразу же замолчала. – А. Так что там с Рози? Какое у нее будущее?
- Кхм, - бабушка крутила белую чашечку в руках. – Вижу двух мужчин. Оба разные. – Она подняла на меня взгляд. – Из-за обоих будешь плакать. Но, - морщинистые пальцы очень быстро перебирали фарфор, - будешь стоять перед нелегким выбором.
- Между тем, кого из мужчин выбрать? – Шепотом поинтересовалась подруга.
Бабушка не ответила на этот вопрос. Она издала вздох.
- Много страданий выпадет на твою долю, девочка моя, и много боли. Придется тебе пройти все до конца… или погибнешь. – Я никогда не видела ее карие глаза такими уставшими.
- Так с кем она останется? – Не унималась Холли, пока я обдумывала слова бабушки. – Или, - ее взгляд переместился на меня, один уголок губ приподнялся, - сразу с двумя?
- Один, - ответила бабушка серьезно на этот глупый вопрос. – Но пожалеешь о своем выборе…