Love or Friends?

«Дворик,  улыбающееся лето, два лучших друга, что сидят и беседуют. Но девочка здесь на этот раз не слишком искренняя. Она не хочет расставаться на такое долгое время, но должна. И с каждым разом, когда она понимает, что все ближе и ближе движется к разговору, ей становится тяжело на душе. Никому бы не хотелось расставаться с лучшим другом, с которым ты дружишь с трех лет, и пусть он подшучивает над тобой.

― Ну, а что тут такого? ― удивляется явно подрастающий парень, который меняется не только внешне, но и в целом. ― Пончик, отвечай! ― щелкает он пальцами перед ней, пока она смотрит в одну точку.

― Зейн, знаешь, я так могу и обидеться, ― обиженно произносит тринадцатилетняя девочка, и поворачивается спиной к парню.

Она явно больше не та маленькая девочка с хвостиками. А он ― не маленький мальчик, любящий ее защищать.

― Да ладно, ― хмурится Зейн. ― Нам всего-то по тринадцать-пятнадцать лет, а я просто шучу, ― весело смеясь после каждого слова «Пончик», говорит Зейн.

Ну что поделать, если ты очень сильно любишь пончики?

― Ну и что? ― широко раскрыв глаза, смотрит на парня девочка. ― Ты постоянно надо мной издеваешься, ― выпучив нижнюю губу, произносит брюнетка, ― Не думаешь, что мне надоесть это может?

― Не-а, ― отрицательно мотает головой Зейн.

Повернувшись с полным разочарованием на лице к Зейну, девочка сказала:

― Спешу тебя обрадовать, ― брюнет приподнял брови вверх, ― со следующего года я не буду приезжать, ― она вздыхает. Ей самой не хочется прощаться. ― Найди для своих шуток другого близкого друга.

― Почему? ― разочарованно спрашивает брюнет.

На секунду Леман даже показалось, что он жалеет о том, что говорил.

― Я буду готовиться к экзаменам, а потом к колледжу, ― вновь обратив взор своих глаз на парня, говорит девочка.

― А тут нельзя? ― не представляя свою жизнь без нее, говорит парень.

― Можно было бы, ― девочка вновь вздыхает, ― если бы мы были в Лондоне, но не в Бредфорде, ― смотря куда-то в сторону, ответила Леман.

― Я буду без Пончика? ― вытаращивает свои глаза парень.

Тяжело вздохнув, Леман сказала:

― Зейн! ― топает ногой она, словно маленькая обиженная девочка. Она же и так является маленькой обиженной девочкой. Ну как тут не улыбнуться? ― Все, я уезжаю! ― заявляет она.

Зейн удивленно вскидывает бровями. На минуту ему даже кажется, что это ― правда. Но встряхнув голову и откинув дурные мысли в сторону, он сказал:

― Ладно, прости меня, пожалуйста, ― Леман не поворачивается. ― Ты же не обиделась?

Тут Леман все-таки поворачивается.

― А ты бы не обиделся?

Зейн хмурится.

― Почему я должен обижаться? ― спрашивает он, вглядываясь в глаза подруги.

― Ну, ― надувает губы девочка, ― Представь ситуацию...? ― она не знает даже, что сказать.

― Давай, представляю, Пончи-и-и-и-и-и-к, ― смеясь, протягивает парень.

Выпучив нижнюю губу, Леман смотрит на своего друга. Ну почему он так делает?

― Ты ― парень пятнадцати лет, и для своего возраста весишь нормально, ― смотря по сторонам, начинает девочка. ― Ну, ты в нормальной, физической форме, ― кивая после каждого слова, продолжает девочка.

Не смотря на свои тринадцатые годы жизни, у нее очень хорошее, развитое, и удивительное мышление.

― Ну, и? ― Зейн бросает в рот жвачку, предлагая еще одну Леман.

― Нет, спасибо, ― вежливо отказывается она. ― И... Вдруг приходит твой лучший друг, с которым провел все детство, ― она вновь останавливается, ― И твой друг начинает издеваться над тобой, называя тебя «Пончиком», как ты и не любишь, какова будет твоя реакция? Как ты отреагируешь?

Зейн задумывается. Ему не очень-то нравится их разговор, но... Все же, каково это?

― Паршиво, ― говорит Зейн серьезным тоном.

Леман, приподняв брови, слегка улыбается. Она думает, что Зейн, кажется, ее понял.

― А теперь представь, каково мне бывает, да еще и в обществе, ― с надеждой на понимание в голосе, говорит она.

Зейн вздыхает, хмурясь. Чего она добивается? Жаль, что он так и не понял.

― Ну, ладно тебе, ― говорит он, подходя к ней.

― Нет, Зейн, прости, но реально, ― говорит она, отодвигаясь от него. ― Тебе пятнадцать, а такой самодовольный, ― качая головой и вздыхая, говорит подруга.

Зейн усмехается. А что еще сделать в его случае?

― Хм, ну конечно.

― Зачем же это ты усмехнулся? ― приподняв бровь, говорит девочка и смотрит на парня.

― Ну-у-у-у, ― протягивает он, ― я же красавчик, ― не скажешь правду, зачем эта довольная ухмылка.

― Ладно, Зейн, ― поняв, что он так и не извинится, Леман встает с лестницы. ― Я вещи пошла собирать, ― оповещает подруга, подходя к двери, ― Но когда смогу приехать в Бредфорд ― не знаю, ― она заходит домой, прикрывая за собой дверь.

Было поздно что-то менять. Но Зейн не хотел в это верить. Хоть он и сделал кое-что по глупости, но он же не мог это больше держать в себе. И сейчас у него был единственный выход ― попробовать поменять что-то в аэропорту.

* * *

Стоя в зале ожидания, пока родители разбираются с билетами и багажом, девочка прощается с Донией, Валией и маленькой малышкой Сафой. Остается один лишь Зейн, с которым они уже более пятнадцати минут стоят в сторонке и тишине, не зная, что сказать, и не зная, что говорить. Но хорошо, что Зейн, хоть и чуть-чуть, но осознает свою вину.

― Я не понимаю, ― начинает Зейн, ― прости, я обидел тебя, ― вздыхает он.

Леман молчит. На ее глаза наворачиваются слезы, но она всячески пытается остановить их поток, потому что она не плачет. И не за плачет. Она не должна.

― Я... ― только и говорит девочка, но не знает, как продолжить.

Из колонок раздается голос об оповещении того, что нужно выходить к взлетной полосе.

― Леман, пожалуйста, останься? ― неуверенно говорит Зейн, пытаясь поверить в то, что его подруга сейчас просто шутит.

― Не могу, Зейн... ― вздыхает она и берет сумку со стула.

― Но почему? ― грустно говорит Он.

Ощущение, что он сейчас тоже заплачет.

― Потому что... Поздно, ― она вздыхает. ― У меня школа начинается скоро, да и у тебя тоже выпускной класс будет, ― начинает перечислять она.

― Но... ― кусает губу он.

Леман вздыхает, говоря ему эти чертовые, будто проклятье, слова:

― Прости, если судьба, то увидимся, ― говорит она и, поспешно крепко обняв его, убегает к самолету, махая девочкам в последний раз.

Слезы все же полились, но только тогда, когда она села в самолет.

― Посмотрим, ― произносит Зейн, сжимая кулаки и смотря в след улетающему самолету.»

* * *

"Спустя шесть лет"

― Леман? ― удивленно восклицает Зейн, не веря своим глазам.

Это же просто самая неожиданная, невероятная, лучшая неожиданность. Казалось, он и хотел с ней увидеться, но в то же время и нет. Что произошло?

― Да, а мы знакомы? ― интересуется девушка.

Правда, что-то произошло. Как можно не помнить друга детства? Зейн в удивлении смотрит на нее.

― Это я, Зейн, забыла меня? ― слегка улыбается парень.

Услышав до боли знакомое имя и вглядевшись в эти глаза, Леман не поверила своим ушам. В груди что-то кольнуло, когда она вгляделась в его уже повзрослевшие, изменившиеся глаза, черты лица... И странно, что она так и не понимала, слушая о том Зейне Малике, которого видела почти каждый день в экране.

― Зейн?! ― сумка выпадает из ее рук, и она бросается на шею к парню. ― Прости, я... Не узнала тебя, правда, прости, ― говорит она, обнимая его все крепче и крепче.

Кажется, что старая дружба вернется вновь. Все будет так же, как и было раньше. Но жаль, что Леман не знает того, что произошло с ним за эти шесть лет. Что он устроил тогда, шесть лет назад, на второй день после ее ухода. Как он не мог поверить, что она не приедет к нему. Не прилетит, не засмеется с ним, не будет обижаться из-за этого слова. Он долго привыкал. Он долго менялся. И теперь он не даст ей переделать его. Поменять в прежнего Зейна. Это будет крайне сложно, даже невозможно. Но что, если Зейн сам не знает, какого было ей? Как она не могла без него? Как ей его не хватало? Он же тоже многого не знает.

― Привет, ― слегка улыбнувшись и приобняв подругу, говорит он.

Он не хочет, чтобы его планы рушились. Он не готов к этому. А зная ее, она на это способна.

Отойдя от друга, Леман в удивлении посмотрела на него. Она сразу почувствовала в нем холод. И речь не о состоянии температуры тела, а о сердце. Этот холодный взгляд, натянутая улыбка ― все не его. Они и сами не замечают, как засматриваются друг другу в глаза, чтобы понять что-то, что поймут только они. Зейн видит в этих глаз то, как Она скучала по нему, но... Он не может. Он просто не может.

― Леман? ― выходит в коридор миссис Малик. ― Ты чего здесь осталась? ― посмотрев на сына, женщина начала понимать. ― Ну, Зейн, ты бы пригласил ее войти, что же как не родные-то? ― удивляется миссис Малик, указывая Леман войти и помогая ей с чемоданами.

Девушка вошла и осмотрелась. Вокруг было довольно-таки уютно. У самого входа, с правой стороны стояло трюмо, на котором в миленькой вазе стояли розы, а рядом был ночник. Если посмотреть прямо, то можно увидеть арку, перейдя которую можно повернуть направо и выйти во двор, к заднему дворику; а если повернуть налево, то можно попасть в широкую и красивую гостиную, а заодно и войти в белую дверь и попасть на кухню. Почти что ничего не отличается от Бредфорда.

― Леман, проходи на кухню, не стесняйся, ― произнесла миссис Малик из кухни.

Разувшись и оставив сумку на трюмо, но забрав телефон, чтобы позвонить родителям, Леман прошла на кухню.

― Э-эм, миссис Малик? ― осторожно позвала ее Леман.

― Да? ― мило улыбаясь, произнесла она.

― Можно мне отойти? Просто я позвонить хочу родителям, ― она грустно улыбнулась.

И она даже не замечает, что за ней очень внимательно следят.

― Конечно, передай всем от меня привет, ― улыбнулась миссис Малик, вновь продолжая что-то мыть.

― Спасибо, ― сказала девушка, выходя из кухни и проходя в гостиную, к окну.

* * *

Поговорив с родителями, Леман повернулась и наткнулась на глаза. На те глаза, в которых прочитала то, что заставило ее сердце больно сжаться. Ей, скорее всего, все просто кажется. Он не изменился по отношению к ней, нет. Это ей просто кажется. Повернувшись, Зейн уходит. И ничего не говорит.

Жаль, что нет.

Проходя на кухню, Леман заметила, как миссис Малик хмурится. Что-то не так? Ей самой интересно.

― Зейн? ― заметив, что с ним что-то не то, позвала его мама.

― Да, мам? ― подняв безразличный и теплый по отношению к родным взгляд, отзывается он.

― Что-то не так? ― интересуется миссис Малик.

― Нет, мам, все в порядке, ― врет Зейн.

Ничего не в порядке. Как все может в порядке, если приехала она? Нет, он ее любит, да, он скучал, но он не был готов к этому. Тем более, он только привык к жизни без нее. Он только собрался. Он не может так просто рассыпаться вновь, разбиться. А она не может просто взять и сломать всю систему снова.

Но она, черт возьми, может, и Зейн знает это.

― Леман? ― улыбается миссис Малик. ― Садись, сейчас кушать будем, ― она расставила тарелки, задумываясь о том, что бы подать к столу. ― Итак, кто что будет? ― интересуется она.

― Пиццу, ― заявили спускающиеся Валия и Сафаа.

Миссис Малик ожидающе посмотрела на Зейна и Леман.

― Да, пожалуй, пиццу, ― кивая после каждого слова, вместе произнесли Леман и Зейн.

Миссис Малик улыбнулась.

― Ладно, но какую?

― Смешанную, ― в унисон сказали друзья... Да, друзья, ― И побольше колбасок, ― вновь вместе сказали они. ― Ты тоже такую любишь? ― опять удивленный тон, и опять же вместе. ― Ну, да, ― оба друга пожимают плечами, улыбаясь.

― Ну, тогда ждите минут двадцать, скоро будет готово, ― отложив телефон в сторону, сказала женщина.

― Отлично, ― улыбаясь, сказала Валия, ― пойдем? ― протягивая руку девушке, говорит она.

― Пойдем, конечно, ― улыбается девушка, ― но куда? ― вскидывает бровями она.

― К нам в комнату, ― улыбается уж очень подрастившая Сафаа. ― Поверь мне, она больше не полна теми обоями, ― улыбается она.

Весело рассмеявшись, Леман кивнула, и посмотрев на миссис Малик, кивнула девочкам. Она просто взглядом спросила ее, не против ли сама женщина. Но откуда же Леман могла знать, что Зейн следит за каждым ее движением? Правильно, она не замечала. Поднявшись с девочками в комнату, Леман погрузилась в свою атмосферу. А Зейн в свою, садясь на заднем дворе, и смотря куда-то вдаль. Уж очень обеспокоенный он... Телефонный звонок отвлекает Зейна. Посмотрев на дисплей телефона, он улыбается.

― Привет, Ли, ― улыбается Зейн, усаживаясь поудобнее.

― Ну, ты как? ― сразу понятно, что друг тоже улыбается. ― Познакомился с знакомой незнакомкой? ― усмехается Лиам.

― Ну-у-у, ― чешет затылок парень. ― Познакомился, и не просто, ― его лицом овладевает легкая улыбка, смешанная с усмешкой.

― И? ― в предвкушении интересуется друг, смотря в глаза своей девушке и улыбаясь, ― Что случилось? Ты влюбился? Или она слишком старая? Или что? ― завалил вопросами Зейна Лиам.

― Дружище, подожди, ― смеясь над глупыми вопросами друга, говорит парень.

― Неужели...

― Нет, Лиам, ничего не говори, а то я знаю, что ты можешь придумать, ― предупреждает Лиама Зейн, тем самым прервав его.

― Она хуже, чем Перри? ― договаривает шатен.

Зейн морщится.

― Куда уж лучше, ― улыбается он, вспоминая ее удивленный взгляд еще тогда, когда она увидела его тогда, когда они встретились, спустя такое долгое время. ― Я думаю, что это и не сравнить, как, ― продолжает Зейн, не переставая видеть ее перед собой.

― Эй-эй, что происходит? ― смеется Лиам. ― Неужели наш «Одинокий Волк» влюбился?

― Ты знаешь, когда это будет возможно, поэтому не надо мне тут лясы точить, ― грустно усмехается Зейн.

― Ха, хорошо, ― говорит Лиам, гладя по голове Локи. ― Пойдем сегодня куда-нибудь? ― интересуется он.

― Не-е-ет, сегодня не получится, ― чешет затылок Зейн.

― Почему это? ― хмурится Лиам.

― Эй, ты забыл? ― удивленно вскидывает бровями парень. ― Если помнишь, сегодня должна была приехать мамина... Наша знакомая? ― смеется он.

― Блин, точно же, ― поддерживает смех Лиама Зейн. ― Ну и что теперь?

― Ну и? ― раскрывая рот в удивлении, говорит Зейн. ― Она меня не помнит, вот что теперь! ― откидываясь на спинку кресла, говорит он.

― В смысле, не помнит? ― удивленно моргает Лиам. ― И почему не получится?

― Вот не знаю, ― пожимает плечами парень, ― Потому что сегодня хочу все разузнать.

― Ну, тогда мы завтра к тебе зайдем? ― говорит шатен, приобнимая свою девушку за талию.

― Конечно, буду ждать! ― улыбается Зейн. ― Окей, пока, дружище! ― сбросив вызов, Зейн продолжает всматриваться вдаль, все время все отрицая про себя.

* * *

Тем временем, в комнате у девушек своя веселая атмосфера. Чего они только не делали!

― Леман, ― лежа и отдыхая после всех развлечений, говорит Валия, ― ты знаешь, где будешь учиться?

― Нет, к сожалению, я не знаю, ― вздыхает она. ― Ну, как не знаю? Знаю, что колледж. Знаю, что вы мне поможете найти его, но где и как ― не знаю, ― улыбается Лими.

― Тогда радостная новость? ― улыбается Сафаа.

Леман в предвкушении и с замиранием сердца смотрит на подруг. Что творится?

― Что за новость? ― интересуется она.

― Мы, ― кивают девушки. Леман вместе с ними. ― Будем, ― снова кивки, ― Учиться... В одной школе, ― Леман в шоке останавливается, пока девочки визжат и радуются. Просто ее радости нет предела. Но... Это очень неожиданно, ― Эй, Лими? Ура-а-а-а-а! ― веселится Валия, прыгая на кровати.

У Леман над головой, будто, включают желтую лампочку. Она только сейчас опомнилась. Леман начала визжать вместе с девочками, прыгая.

― Вы не представляете, насколько хороша, даже отлична эта новость! ― восклицает Леман, заключая девочек в объятия.

Когда, наконец, с объятиями было покончено, и девочки опять сидели и тихо разговаривали, как Сафаа вспомнила:

― Но, так как мы младше, чем ты, будем учиться в разных классах, ― она вздохнула.

Девушка, тепло улыбнувшись, сказала:

― Ну, ничего, у нас же перемены есть! ― услышав это, глаза Сафы и Валии загорелись.

― Точно ведь! ― воскликнула Валия, вновь обнимая Леман. ― Мне... Нам тебя не хватало, ― грустно улыбается она.

― Мне тоже, ― зажмурившись, чтобы не заплакать, сказала Лими.

― Девочки-и-и? ― раздался голос мисс Малик с первого этажа.

― Да, мисс Малик? ― отозвалась Леман.

― Идите кушать, ― чувствовалось, что женщина улыбается.

Спускаясь на первый этаж, каждая из девушек думала о своем: Леман, к примеру, о том, как вкусно пахнет; Валия, почему они не слышали звонка, а Сафаа ― искала подтверждения своим странным, казалось бы большинству, мыслям.

― А когда доставили пиццу? Почему мы не слышали звонка? ― нахмурилась Валия, садясь за стол.

― Ага, услышишь от вашего визга, ― фыркнул, уже сидящий за столом, Зейн.

Леман не понравились его слова. Вновь этот тон, этот взгляд, этот холод. Она начала хмурится. Что с ним произошло? Почему он так резко изменился? Наверное, самое шокирующее, что узнала девушка ― изменение своего друга.

― Зейн? ― позвала его миссис Малик из кухни.

― Да, мам? ― повернувшись, он тут же получает подушкой от Валии.

Невозможно не за смеяться, увидев недоуменное лицо парня.

― Получил? ― еле сдерживая смех, прищуривается Валия.

― Ну, мы с тобой еще поговорим, ― прищурено посмотрев на сестру, сказал Зейн. ― Мам, ты с ними заодно? ― будто маленький обиженный мальчик, говорит парень.

― Ага! Даже не надейся, певчик, тоже мне, ― ответно прищуривается Валия, переключая свое внимание на две большие пиццы.

― Ну, я не знала, зачем они хотят, чтобы я позвала тебя, ― мило улыбнулась женщина, нарезая последний кусочек пиццы.

Зейн начал саркастически смеяться.

― Очень смешно, Валия, ― проговорил Зейн, понимающе посмотрев на маму.

Все начали есть. Зейн не переставал следить за ее движениями, за ее действиями; как она откусывает кусочек от пиццы, как она аккуратно все прожевывает, вовремя протирает рот салфеткой ― кажется даже, что у нее это заучено так же, как и у принцессы. Принцессы... Слегка встряхнув головой, Зейн отогнал эти мысли, понимая, насколько глупыми они выглядят.

― Леман, расскажи нам все, ― голос мамы заставляет Зейна обратить свое внимание на реальность и оторваться от своих мыслей.

Леман потупила взгляд. Неудобно переспрашивать, но что делать, если не понимаешь, о чем именно рассказывать?

― Э-эм, миссис Малик, ― начала она. ― Извините, конечно, но я бы хотела узнать: что именно рассказать? ― девушка посмотрела на улыбающуюся миссис Малик.

― Не извиняйся! ― с заботой сказала женщина, вспоминая детские годы, ― Помню твою эту детскую привычку! ― все моменты пробегают перед глазами. Будто вчера было. Женщина вновь расплывается в улыбке. ― Как в школе училась? Куда поступать будешь? Какими судьбами здесь?

Леман сглотнула. Ну конечно, столько вопросов!

― Э-эм.. Ну, я увлекалась рисованием, как вы все знаете, ― улыбнулась Леман, оставляя кусочек пиццы на тарелке. ― В школе училась хорошо, отличный ей была, ― она вновь улыбнулась, ― Но потом уже пришло время колледжа и нужно было решать, куда поступать. Я решила поступить в художественный. И, когда я там училась, часто проводились конкурсы, если выиграть которые, можно улететь в любую точку мира и продолжить учебу там, ― пока Леман рассказывала, Зейн внимательно следил за ней. И лишь одна мысль не покидала его голову: акцент, манера говора ― ничего не изменилось. Незаметно для всех, даже для смогу себя, он закусил губу, уделяя немного больше времени ее не очень-то пухлым губам. ― Однажды, в нашем колледже прошел конкурс лучших талантов, ну, этот же, туда меня зачислил мой преподаватель, ― она опустила глаза, улыбаясь. ― Раньше я отказывались, не знаю, просто не хотела. Думала, что бессмысленно. Затем, было объявлено, что победитель из каждой области поедет в Лондон. Ну вот, как-то так, ― закончила свой рассказ девушка.

― А что ты нарисовала? ― опередив всех, спросил Зейн. Он явно был заинтересован в рассказе девушке.

Леман улыбнулась ему. И отпив немного сока, сказала:

― Я нарисовала логотип в виде бесконечности, в конце которой было написано «Directioner».

Зейн выпучил глаза так широко, насколько это было только возможно.

― Ты шутишь? ― только и смог выдавить из себя парень.

― Нет, а что? ― на хмурилась Лими.

― Просто, мы ― группа One Direction. Очень известны. Значит, получается,ты ― наша фанатка? А почему не фотографируешься, автограф не просишь? ― подозрительно посмотрел на подругу парень.

― А мне только песни ваши нравятся, ― беззаботно пожала плечами девушка.

― Даже так, ― сглотнув, ответил парень.

― Ну, да, ― прожевав и потерев ротик салфеткой, ответила Леман. ― А что не так? ― поинтересовалась она, взглянув ему в глаза.

Пауза. Еле убрав свой взгляд от пленительных ее глаз, Зейн отвечает:

― Нет, все в порядке, ― Леман, улыбнувшись, посмотрела на миссис Малик, которая предлагала ей еще один кусочек.

Леман не отказалась.

― Леман, а куда поступить хочешь? ― отдав тарелку с двумя кусочками пиццы девушке, спросила она.

― Я хочу поступить в "High School Of Art Of London", спокойно сказала Леман, вновь беря столовые приборы в руки.

Зейн поперхнулся.

― Зейн, ты в порядке? ― поинтересовалась миссис Малик.

Что-то странное происходит с ее сыном. Но что?

― Да, все нормально, ― он улыбнулся маме, ― Ты что, ― обратился он к подруге, ― тоже туда собралась? ― приподнимает брови в удивлении он.

― Да, но что значит тоже? ― на хмурилась Лими, взяв в руку стакан с соком.

― Я тоже туда хочу, ― слегка улыбнулся парень.

― Вау, поступишь, ― удивленно, но искренно произнесла Леман.

― Конечно, это же ― я, ― самодовольно произнес Зейн, на что начала смеяться Сафаа.

― Самоуверенный индюк! ― докончила она.

Почему-то, брат и сестра не ладили. Они знали причину, но какова она была?

― Эй! ― воскликнул Зейн. ― Буду щекотать... Долго щекотать, ― хитро улыбнулся Зейн.

Так мило было наблюдать за ними.

― Ага, если догонишь, ― показала брату язык Сафаа.

* * *

Ужин был съеден, все, как в старые времена, сидели и смотрели фильм по телевизору.

― Мисс Малик, тут такое дело, ― посмотрев на время, Леман продолжила, ― Мне пора домой, но дом свой я еще не видела, но папа говорил, что мне его покажут, ― растерянно говорила она.

― Ой, деточка, давай все завтра утром сделаем? ― смеясь, спросила женщина.

― Но тогда где я останусь? ― все еще в растерянности смотрела она на свою вторую семью.

― У нас! ― весело закричали девочки девочки.

― Но я же вам помешаю, ― начала отнекиваться Леман.

Зейну нравилось видеть ее такой. Такой... Простой и такой... Прежней.

― Нет, не помешаешь! ― воскликнула Валия, ― Останешься со мной в параллельной комнате. Она для специальных, лучших гостей, ― хитро улыбаясь, произнесла девушка.

― Ого, какая честь для меня, спасибо большое, ― смущенно улыбаясь, произнесла девушка. На самом деле, она могла бы отнекиваться, но отказываться Маликам ― невозможно, ― Но все-таки, я вам много неудобств предоставлю.

― Ничего подобного! ― сказала Сафаа. ― Пошли спать?

― Да, пойдем, ― улыбнулась Леман.

― Приятных снов, девочки, ― улыбнулась женщина, оставляя Зейна также в гостиной, потому что знала, что он спать не будет.

― И вам приятных, мисс Малик, ― произнесла девушка, скрываясь на втором этаже вместе с девочками.

― Ну, что же, это ― твоя комната, ― сказала Сафаа, открывая дверь в комнату с двухспальной мебелью, красивыми длинными окнами и коричневыми шторами под интерьер.

Леман, мягко говоря, была шокирована.

― Комната сделана под мой интерьер, нравится? ― поинтересовалась Валия.

― Шутишь? Конечно нравится! ― восторженно говорила Лими. ― Спасибо большое.

― Ладно, я спать, ― сказала Сафаа, зевая. Приятных снов, девочки!

― Приятных! ― вместе сказали Валия и Леман, оставшись одни.

― Ладно, Лими завтра увидимся? Я тоже пойду, ― зевая, произнесла, Вали.

― Да, конечно, только... Где здесь ванная? ― переминаясь ноги на ногу, произнесла Леман.

― Проходишь вперед, там все, ― улыбается Валия, зевая вновь.

― А-а-а, понятно, спасибо, ― улыбается устало Леман. ― Приятных снов, и за все огромное спасибо! ― сказав эти слова, девушки попрощались и разошлись по комнатам.

Но вдруг, Леман вспомнила, что не взяла свою любимую пижаму с пингвинчиками и спустилась вниз, чтобы забрать их из чемодана, который стоял в коридоре. Когда она спустилась, то увидела, что Зейн сидит один и смотрит телевизор. Она ничего не сказала, просто пошла к своему чемодану и начала искать свою пижаму. Наконец, Леман отыскала свою спальную одежду и собралась вернуться в комнату, как ее остановил вопрос Зейна:

― Ты все еще на меня обижаешься? ― чувствовалось, насколько близко он находится.

― Нет, а что, должна? ― а ведь Леман на самом деле забыла о споре.

Или пыталась?

― Ну, тогда, шесть лет назад в Бредфорде, забыла? ― натянуто улыбнулся он.

― Э-эм, сейчас вспомнила, ― закусив губу, сказала девушка.

Зейн сглотнул. С ним, определено, что-то не так. Да, что такое? Пытаясь прийти в себя, Зейн посмотрел на свою подругу.

― Так ты обижаешься? ― осторожно поинтересовался он.

― Уже нет, ― осмелилась посмотреть в его глаза Леман.

― Э-эм, ― растерялся сам Зейн, ― ну тогда я спокоен, приятных снов, и с приездом, ― улыбнулся он.

― Спасибо, тебе тоже приятных, ― сказав это, Леман улыбнулась Зейну и поднялась наверх.

День был закончен, но не для Зейна. Он думал о том, как Леман изменилась, какой она стала, и даже когда она зашла к ним домой, у него в голове пробежала мысль о том, как она нереально вкусно пахнет. Шоколадом... Молочным шоколадом... Но что-то еще есть в этом запахе, но что? Но он не знал, что Леман тоже их часть, но недопревращенная.