Недомолвки (Рейтинг: G)
[Поддержать меня - 5536914039703933 (Тинькофф)]
Мой тг-канал: нечестивый рай
Песни для прочтения::
• Red Cloud — Windhand
• NASDAQ — Dope Smoker
Некоторое время назад до событий прошлой главы...
Артём застыл на краю кровати, пальцы плясали нервную дробь по колену. Из ванной доносился плеск воды, заглушая тихое мурлыканье девушки. Этот звук, обычно бальзам на душу, сейчас лишь усиливал леденящий узел тревоги, скручивающийся в животе.
Она… С её глазами, полными солнечного света, с улыбкой, способной растопить арктические льды, с заразительным смехом, от которого расцветало всё вокруг. Они были вместе – лишь миг, но этот миг был соткан из счастья, из понимания, из обжигающей страсти, говорящей о вечности. Он чувствовал, как она прорастает в него, глубже жизни, видел в ней свою судьбу. И вот, эта хрупкая идиллия затрещала под ударом.
Всё началось несколько дней назад, с едва заметной отстранённости в её взгляде, с лёгкой задумчивости, омрачавшей её обычно беззаботное лицо. Он списывал это на усталость, на груз накопившихся забот, но червь сомнения уже прогрыз себе путь в его сердце.
Сегодня, когда она скрылась за дверью ванной, он не выдержал. Зная, что предаёт её доверие, нарушает священные границы её личного пространства, он взял её телефон. Пароль – дата её рождения, незыблемая, как клятва верности, – открыл ему путь к её секретам. Они обменялись паролями как знаком бесконечного доверия, чтобы в любой момент подурачиться, пофоткаться на телефон друг друга. С замирающим сердцем он открыл Telegram. Зачем он это делает? Это неправильно, нечестно…
И там, в переписке с контактом под именем "Ростик", он увидел её. Фотографию Ростислава, известного стримера по Dota 2, с самодовольной ухмылкой смотрящего прямо в душу. Подпись: "Как дела?".
Мир вокруг Артёма пошатнулся, краски поблекли, словно кто-то выключил свет. Ростислав… Он слышал о нём, она говорила, что иногда смотрит его стримы. Они даже вместе смеялись, смотря его стрим, созваниваясь по видеосвязи. Но чтобы она с ним переписывалась… Когда, где они успели найти общий язык? Разум отчаянно кричал "Остановись!", но…
Сердце бешено колотилось в груди, пересохшее горло не пропускало ни капли воздуха. Он пролистал переписку дальше. Нежные стикеры, намекающие, что это они вдвоем, двусмысленные комплименты, общие шутки, понятные лишь им двоим, сообщения о встречах. И между строк – тень, едва уловимая, но оттого ещё более болезненная, намекающая на что-то большее, чем просто дружеское общение.
Он чувствовал себя преданным. Не просто преданным, а растоптанным, униженным, вывернутым наизнанку. Она – вдруг ставшая незнакомой, чужой, скрывающей от него целый мир.
Вода в ванной затихла. Артём судорожно выдохнул и положил телефон на место. Он не успел. Она вышла из ванной в чёрном шёлковом халате, с влажными волосами, рассыпавшимися по плечам. Посмотрела на него и одарила своей обычной, лучезарной улыбкой.
– О чём задумался? – с невинным любопытством спросила она.
Артём смотрел на неё, словно видел впервые. Он видел её красоту, чувствовал её запах, помнил каждое мгновение, проведённое вместе. Но теперь, за этой привычной оболочкой, он видел ложь.
– Нам нужно поговорить, – его голос дрогнул, сорвался.
Она нахмурилась, почувствовав перемену в его настроении.
– Что случилось? Только не говори, что бросаешь меня, — легко смеется она, подходит и садится рядом с парнем на край кровати.
– Я залез в твой телефон.
Её лицо мгновенно изменилось. Улыбка исчезла, сменившись растерянностью и испугом. К щекам прихлынул румянец, глаза забегали в поисках спасения.
– Что… что ты имеешь в виду?
– Я видел переписку с Ростиком.
В комнате повисла тишина, густая и давящая, словно надгробная плита. Она опустила глаза, избегая его взгляда.
– Артём… я… это не то, что ты думаешь.
– Правда? А что я должен думать? Что ты просто дружишь с известным стримером, который называет тебя "красоткой"? Что вы обмениваетесь невинными шуточками? Я прочитал всю переписку.
– Мы просто общаемся, – пробормотала она, всё ещё не поднимая глаз. – Ничего больше.
– Просто общаетесь? И почему ты мне об этом не рассказывала? Почему скрывала?
– Я… я боялась, что ты не поймёшь, — кладёт руку парню на бедро, прося его взглянуть на нее.
– Мне казалось, мы всегда были честны друг с другом, — разочарованно сказал он, отводя взгляд в сторону окна.
– Я не хотела тебя расстраивать, – она положила свою ладонь на его плечо, но он тут же сбросил её прикосновение.
– Ты думала, что если я не узнаю, то всё будет хорошо? Ты глубоко ошибаешься. Хуже всего – ложь.
– Какого чёрта ты вообще лазил в мой телефон? – вскрикнула она, и слёзы покатились по её щекам, размывая тщательно нанесённый макияж. – Чтобы ты знал, между нами ничего не было!
– Тогда что это? Что это за флирт, комплименты, секреты, шутки, понятные только вам? Ты думаешь, я слепой?
– Я просто… хотела немного внимания. Его внимания. Мы пересеклись на вечеринке, и всё как-то… закрутилось. Я чувствовала себя одинокой, а с ним было так… тепло.
– Одинокой? Я же был рядом. Я поддерживал тебя, делал всё, чтобы ты была счастлива, старался стать твоей опорой. И ты чувствовала себя одинокой?
– Я знаю, я виновата, – рыдала она. – Мне не стоило такое утаивать. Прости меня, пожалуйста.
Артём смотрел на неё, на её заплаканное лицо, и чувствовал, как его сердце разрывается на части. Он хотел её обнять, успокоить, сказать, что всё будет хорошо. Но он не мог. Ложь, словно непреодолимая стена, встала между ними.
– Я не знаю, что мне делать, – сказал он, и в его голосе звучала глухая боль. – Я, как дурак, думал, что нравлюсь тебе и это взаимно…
– Дай мне шанс, – умоляла она. – Я всё исправлю. Я больше никогда не буду от тебя ничего скрывать. Я не хочу терять нашу дружбу…
Артём молчал, глядя в её безутешные глаза. Он видел в них страх, раскаяние, надежду. И он понимал, что ему предстоит принять самое сложное решение в его жизни.
– Дружбу? – произнёс он наконец с горькой усмешкой. – Так ты значит это называешь. Когда тебе это нужно, прибегаю, лобызаемся, проводим время вместе не как друзья… И то же самое ты делаешь и с ним?
Он резко встал с кровати и вышел из комнаты. Он не знал, куда идёт, что будет дальше. Он знал только одно – его мир, мир, который он строил вместе с ней, рухнул, оставив после себя лишь руины. И теперь ему нужно было собрать осколки, или начать строить новый, без неё.
Он вышел на балкон, жадно вдохнул прохладный ночной воздух и посмотрел на звёзды. Они мерцали в небе, далёкие и равнодушные к его боли. Он чувствовал себя таким же потерянным и одиноким, как одна из этих звёзд, затерянных в бескрайней вселенной.
Он стоял на балконе долго, очень долго. Он думал обо всём: об их прошлом, об их будущем. Он вспоминал все счастливые моменты, все улыбки, все объятия. И он понимал, что не хочет терять её. Он не мог представить свою жизнь без неё.
Но он также понимал, что не может просто забыть о том, что произошло. Ложь оставила глубокую рану в его сердце, и чтобы она зажила, потребуется время. И доверие, которое было разрушено, придётся восстанавливать по кирпичикам, вкладывая в каждый из них частичку своей души.
Когда он вернулся в комнату, она всё ещё сидела на кровати и безутешно плакала. Он подошёл к ней, опустился рядом и осторожно обнял её. Она прижалась к нему, и её слёзы промочили его чёрную шелковую рубашку.
– Я прощаю тебя, – прошептал он, чувствуя, как её тело сотрясается от рыданий.
– Спасибо, – ответила она, захлёбываясь в слезах.
Он не знал, что будет дальше. Он не знал, смогут ли они пережить этот кризис, выстоять и сохранить свою любовь. Но он знал, что он готов попытаться. Он готов дать ей шанс.
…
На следующее утро Артём проснулся с тяжелой головой и опустошенным сердцем. Она все еще спала рядом с ним, но он чувствовал себя отстраненным, словно между ними выросла невидимая стена. Он встал, тихонько оделся и вышел из квартиры. Ему нужно было побыть одному, разобраться в своих чувствах, найти ответы на мучившие его вопросы.
Он пошел в парк, где в этот ранний час не было ни души. Сел на скамейку под старым дубом и смотрел на пролетающие мимо последние золотистые листочки. Все казалось ему таким далеким, таким нереальным, словно происходило не с ним. Он чувствовал себя стариком, уставшим от жизни, разочарованным в любви.
Он достал телефон и открыл переписку с ней. Он снова и снова перечитывал все сообщения, пытаясь понять, что произошло. Как она могла так поступить с ним? Почему она искала внимания на стороне? Что он сделал не так? Точнее, почему на стороне оказался именно он. Как он скатился к запасному варианту?
Он понял, что ему нужно поговорить с ней откровенно, высказать всё, что у него на душе, не скрывая ни боли, ни обиды. Ему нужно было понять, что она чувствовала, о чём она думала. И ей нужно было понять, какую боль она ему причинила, какое горькое разочарование ему пришлось испытать.
Он вернулся домой, когда она уже проснулась. Она сидела на кухне и пила кофе. Подняла взгляд и посмотрела на него виноватым взглядом, полным раскаяния.
– Привет, – сказала она тихо, едва слышно.
– Нам нужно поговорить, – ответил он, стараясь, чтобы его голос звучал ровно и спокойно.
– Я знаю.
Они сели за стол друг напротив друга. Артём начал говорить, с трудом подбирая слова, стараясь передать всю глубину своей душевной боли.
Она слушала его молча, со слезами на глазах, не перебивая и не оправдываясь. Когда он закончил, она тоже начала свою речь. Она говорила о своей неуверенности, о своих страхах, о своей потребности во внимании, о комплексах, которые терзали её душу. Она говорила о том, как она чувствовала себя одинокой, несмотря на то, что Артём был рядом, любил её и заботился о ней. Он протянул ей салфетки и заботливо вытер её насквозь промокшее от слёз лицо.
– Я знаю, что я поступила неправильно, – сказала она, всхлипывая. – Я знаю, что я тебя обидела. Но я не хотела этого. Клянусь, не хотела…
– Тогда почему ты не могла сказать мне об этом раньше? Почему ты молчала и копила всё в себе?
– Я боялась. Боялась, что ты не поймёшь, осудишь, отвернёшься, — она нервно теребила пальцами край стола, другой рукой безуспешно вытирая шмыгающий нос.
Артём смотрел на неё, и он понимал, что она говорит искренне, от всего сердца. Он понимал, что она тоже страдала, что она тоже боялась, что её душа тоже изранена.
– Получается… Тебе нравится лишь Ростик, а я просто попал под руку, пока этот балбес не может определиться со своими чувствами?
– Получается так… Мне очень жаль, – ответила она, опустив голову.
Они оба встали со своих мест и обнялись, и в этот раз Артём почувствовал, что стена между ними начала рушиться, рассыпаясь на мелкие осколки.
Вечером, когда они сидели на балконе и смотрели на звезды, она сказала:
– Не могу представить теперь свою жизнь без твоей раздражающей мордашки, – с робкой ухмылкой произнесла она, потягивая сигарету без фильтра.
– К сожалению, я тоже теперь не представляю жизнь без тебя, – ответил он с притворной грустью. – Шучу, просто не хочу терять такого хорошего саппорта, – он выдохнул ей в лицо струйку дыма, дразня.
Они опирались локтями на перила и наблюдали за мирным ночным небом. Незастекленный балкон имел свои плюсы. Один, но очень важный. Атмосфера.
— А что насчет Кати? Я видела, как она на тебя смотрит, — прошептала девушка, затушив окурок о пепельницу.
— Ой, только в свахи не заделывайся, — небрежно потрепал девушку по макушке Артём, а спящую улицу внезапно заполнил их счастливый смех.
Продолжение следует...