-8-
ЭТО БЫЛА НЕИСТИННАЯ ЛЮБОВЬ… ДА И НЕ ЛЮБОВЬ ВОВСЕ...
-8-
Ничего не происходило.
Ни в том плане, что прям ничего. Чонгук продолжал мягко прикасаться к моим губам, вот только я даже не пыталась совершить попытки отстранить его от себя.
Сердце гулко стучало в груди, а мысли затуманивались.
Чонгук склонил голову набок. Его глаза приоткрылись, но он не разрывал контакта. Он отвернулся таким образом от других. Никто не мог видеть, как его глаза потемнели, стали почти черными. Я ожидала, что на этом все закончиться, но Чонгук опустил веки, теснее прижавшись ко мне. Кончик его языка прошелся по моим зубам, касаясь края губ, и я вздрогнула, ощутив, как дрожь пробежала по всему телу, а пальцы онемели.
Чонгук оторвался от меня так же неожиданно, как и поцеловал. Он вновь сидел прямо, и взгляд его блуждал по нашим друзьям.
- Достаточно эффективное доказательство?
Я быстро заморгала. Он сейчас действительно произнес слово «эффективные» в данном контексте?
Лили раскрыла рот. Я уже думала, что жизни Чонгука придет конец, но она вдруг завизжала, прижав ладошки к щекам. От таких криков люди за соседними столами обернулись на нас. Не то, чтобы они и до этого не смотрели… Особенно после того, что Чонгук устроил.
По моим щекам поползло тепло. До меня только сейчас дошло, что все это время… Все время! Мы сидели на глазах у такого количества людей и целовались... Хотя это и поцелуем нельзя назвать… Я то в этом точно не учувствовала.
Боясь поднять взгляд от пола, я попыталась подняться с колен Чонгука. Он не позволил. Парень не смотрел на меня, но я ощутила, как его мышцы напряглись.
Я стала крутиться на месте, чувствуя ужасную неловкость, и не зная, куда мне деться. Хотелось сказать что-то вроде: «я в уборную», или «мне срочно нужно к психологу, подлечить мои и без того слабые нервы», и смыться отсюда, чтобы все сидящие здесь люди вообще забыли о моем существовании.
Намжун рассмеялся, откинув голову назад. Он выглядел довольным, и меня это поразило. Но его брови опустились вниз, а в глазах прочиталось понимание и сочувствие, когда он взглянул на меня.
- Как насчет того, чтобы искупаться и отметить? Несколькими километрами ниже есть озеро, можно поехать туда после обеда.
Все вдруг резко переключились на эту тему. Но у меня было предчувствие, что ненадолго. Возможно, они пока еще просто жалеют мои чувства, но уже совсем скоро мы с Чонгуком станем центром дружеских подначек и издевок.
Оставшееся время завтрака я сидела с пунцовым лицом, чувствуя иногда на себе взгляд Чонгука, что очень сильно напрягало, и лишь больше заставляло краснеть.
Уже в холле, направляясь до ближайшего магазина местных сувениров, мы встретили женщину, хозяйку дома. Она сообщила, что комнаты, которые бронировались изначально, теперь свободны, и мы можем без проблем туда переселиться. От такого известия мне даже дышать как-то стало легче.
***
- Мы пойдем, посмотрим, что можно взять на ужин к костру, а ты давай живее, копуша. – Лили захлопнула дверь.
Я осталась одна в комнате. Мне ели как удалось дотянуть время. Я посмотрела на свой купальник, разложенный на кровати, не понимая, как вообще умудрилась когда-то его купить.
Что я планировала делать? Проще было вообще отказаться от плаванья в озере, но я знала своих друзей, и знала, что все равно они устроят какую-нибудь подставу, чтобы затащить меня в воду. Поэтому первоначальным (и по сути единственным) планом было – надеть купальник под одежду. Я могла была сказать, что мне холодно, или сморозить еще какую-нибудь глупость, которая ни к чему бы ни привела… Да! У меня совершенно не было плана.
Но время все шло, а я продолжала стоять, что могло привести к возвращению кого-то из девчонок.
Я стянула тонкий свитер через голову, смотря прямо перед собой.
Ни при каких условиях не смотреть вниз.
Я так решала проблему – просто пыталась о ней забыть… Но тут ощутила поцелуй Чонгука на своих губах, словно он произошел лишь несколько секунд назад.
Я зажмурилась, пытаясь избавиться от глупых мыслей. Но они так и зудели у меня в голове, как муха над ухом.
Все еще держа свитер в руках, я подошла к зеркалу. Посмотреть лишь раз… но было так сложно решиться на это.
Я закрыла глаза, а потом резко открыла их, глядя вперед.
Я видела в отражении, как дрожат мои губы. Лицо и шея – были привычной картиной, но ниже… Тело, словно, было не моим, возможно, из-за того, что я слишком давно не смотрела на себя так.
Шрамы на руках были лишь маленькой частью большой картины. Бледная кожа, сморщенная от ожогов, розовые шрамы порезов обрывались под лямками на плечах, но продолжались по спине. Живот был покрыт знаками и письменами.
Я вздрогнула и согнулась пополам, вспомнив, как получала каждую из этих отметин. Кожа снова горела, будто я проживала все это заново сейчас.
Позади что-то стукнуло. Я резко обернулась. Окно был распахнуто. Занавески извивались мягкими волнами… Чонгук сидел на корточках, глядя на меня, а потом медленно поднялся. Его взгляд пробежался по мне от самых кончиков брюк до лица.
Я быстро прижала к себе кофту, так сильно сжав зубы, что заболела челюсть.
- Кажется, - Чонгук приподнял брови, - я ошибся комнатой.