Рыжая-бесстыжая//deepins

Я заметила, что осень пахнет особенно. Не только мокрым асфальтом, не только прелыми листьями, а какой-то… меланхолией, что ли. Или предчувствием. Так пахнет, когда что-то меняется.

За окном моросил дождь, не противный, не холодный, а такой, от которого хочется завернуться в плед и держать кружку чего-то горячего. Я сидела на подоконнике у окна, в той самой футболке Вани, в которую он меня переодевал после девичника. Уже выстирала, конечно. Но возвращать пока не собиралась. В ней было уютно. А ещё в ней был он.

После встречи с отцом прошла почти неделя. Всё было… спокойно. Даже слишком. Мы с Ваней виделись через день, как и договорились. Он приходил в зал к вечеру, здоровался, улыбался той своей лукавой, чуть хулиганской улыбкой, и кивал в сторону тренажёров:

— Ну чё, мучить меня будешь, тренер?

— Конечно. Ты же любишь страдать, - отвечала я и чуть прищуривалась, будто оцениваю его выносливость.

Он делал вид, что страдает. А потом приносил мне шоколадку. Или пачку сушек. Или банан. Как в детстве, будто.

Сегодняшний день начался как обычно. Сначала пары. Потом бегом в душ, собрать волосы в пучок, натянуть форму, и в зал. Я пришла немного раньше, перекинулась парой фраз с Торри, она как раз уходила. Лиза кстати, тоже устроилась в тот же в спортзал что и я, но сегодня не работала, а Ева писала, что на дежурстве.

Я неспешно убирала гантели на место, когда дверь хлопнула, и на входе появился он. Капюшон накинут, волосы чуть растрёпаны от дождя, а с куртки капает.

— Ты как мокрый щенок, - я усмехнулась, не оборачиваясь полностью.

— А ты как строгая училка. Сдавать зачёт? - подмигнул он, стаскивая капюшон и отряхивая воду.

Мы начали разминку. Он уже знал последовательность, но всё равно иногда притворялся, что забыл. Чтобы я поправила. Чтобы прикоснулась. Чтобы, может, задержала взгляд. Я делала вид, что не замечаю. Но сердце иногда пропускало удар.

На четвёртом подходе на пресс он вдруг остановился, тяжело выдохнул и посмотрел на меня снизу, лежа на коврике.

— Ты сидишь на мне, как надзиратель. А я ведь страдаю.

— Ты страдаешь, потому что я считаю честно, - я скрестила руки на груди. — Не моя вина, что ты ленишься.

Он приподнялся на локтях, улыбнулся. Я обернулась за секундомером. И в этот момент он внезапно потянул меня за руку.

— Ваня! - воскликнула я, теряя равновесие.

И вот я уже лежу на нём. Его руки по бокам, не давят, но будто обнимают. Его грудь подо мной, тёплая, сбивчиво вздымается от дыхания. А я… я растерялась. Опять. Это опять повторяется..?

Между нами было меньше сантиметра. Его глаза как весеный лес после дождя: зелёные, глубокие, тёплые. Он смотрел прямо на меня. Я не могла отвести взгляд.

— Ты… - начала я, но он мягко приложил палец к моим губам.

— Ш-ш-ш… не говори.

Он наклонился чуть ближе, и я уже знала, что будет дальше. Губы встретились, осторожно, несмело, как будто впервые. И в то же время… как будто очень давно этого ждали.

Но недолго. Я отстранилась, едва успев отдышаться.

— Ваня… нам нельзя.

Он выдохнул. Но не отпустил.

— Я знаю. Прости. Просто… хотелось. Очень..

Я встала, отряхнулась, стараясь не смотреть на него.

— Давай… забудем, хорошо?

— Как скажешь, тренер, - ответил он чуть тише.

Весь остаток тренировки прошёл в молчании. Не глупом, а просто мы оба переваривали. И только у двери, когда он уже собирался уходить, Ваня вдруг повернулся:

— Рыжая… я всё ещё пытаюсь загладить вину. Знаешь ведь, да?

— Знаю, -  кивнула я. — Ты уже почти справился.

Он улыбнулся, и ушёл, оставив после себя запах дождя и шоколада.

***

Позже, уже дома, лёжа на кровати, я долго смотрела в потолок. Почему-то в голове всплывал не поцелуй. А совсем другое.

«Уже нашёл, русявый…» – вспомнились я свои слова из той прогулки.

А ещё, его лицо в тот момент, когда он понял, кто я. Его детская улыбка. Его голос, полный вины и надежды. Обещание, данное у песочницы.

Сейчас он его выполнял. Без пафоса. Просто был рядом. Приносил шоколадки. Ждал, пока я закончу смену. Шутил, заботился, молчал, когда нужно было молчать. И всё это… было больше, чем просто дружба.

Но мы же договорились забыть. Верно?

Я улыбнулась сквозь лёгкое щемящее чувство. На прикроватной тумбочке лежала очередная шоколадка от него. С запиской. Опять Сашу заставил подкинуть. А в записке было написано корявым, но милым почерком:

«Ты заслужила. Только не забудь поужинать, а то злая будешь. Русявый.»

Я закрыла глаза. Всё внутри было спокойно. И немного… страшно.

Потому что, кажется, я начинала влюбляться.

__________
хых)