Часть 4
Пришел день, когда они договаривались встретиться, чтобы он проверил, как заживает татуировка. Дима был в салоне с самого утра, хоть она должна была прийти только после обеда. Он сидел у себя за столом, что-то бездумно чертил в блокноте, но мысли всё равно возвращались к ней. К Кире. Было в ней что-то неуловимое. Не только внешне — да, она была красива, это сразу его выбило. Каждый раз, когда напротив оказывался красивый человек, особенно тот, кто смотрел в глаза чуть дольше, чем нужно, он терял почву. Замыкался. Становился странным, дерзким, даже флиртующим. Это его было защитой. И иногда он сам не успевал понять, когда переходил грань. Как будто мозг решал за него, как держать дистанцию.
Когда дверь зазвенела и она вошла, ему показалось, будто в помещение ворвался свежий воздух. Кира выглядела просто, но интересно. На ней был светлый свитер и серая куртка, волосы собраны в низкий хвост, лицо слегка усталое. Её взгляд зацепился за него у стола. Он привстал и чуть усмехнулся:
— Ну здравствуй, красавица. Как там наша татуировка?
Она чуть приподняла бровь. Скептически.
— Красавица?
— Что? — Он развёл руками, но в голосе уже слышалась неловкость. — Констатация факта.
— Ага, — коротко бросила она, проходя к креслу. — Странно ты выражаешься.
— Я вообще странный, — отозвался он, — Ты это быстро поняла.
Она молча сняла куртку, закатала рукав. Он подошёл ближе и бережно взял её руку, осматривая зажившую кожу. Всё было чисто, хорошо затянуто, без воспалений.
— Заживает идеально, — сказал он. — Даже шелушения почти не было. Молодец.
— Спасибо. — Её голос был тихий, но ровный.
— Значит, придерживалась моих инструкций. Приятно, когда красавицы послушные.
Она снова подняла взгляд. На этот раз дольше. И явно не в восторге.
— Ты флиртуешь? — спросила она вдруг. — Или просто всегда так общаешься?
Он не ожидал. На секунду замер.
— Прости... это защита. — Он говорил почти шёпотом. — Когда не знаю, как себя вести. Особенно с такими, как ты.
— С какими?
— Которые сбивают с толку. — Он пожал плечами. — Это не оправдание. Просто объяснение.
Она ничего не сказала. Просто отвернулась. Молчание между ними уже становилось неловким, когда её телефон завибрировал на столике. Незнакомый номер.
— Извиняюсь, — сказала она и сняла трубку. — Алло?
Пауза. И её лицо резко изменилось.
— Ты с ума сошёл? Как ты вообще нашёл мой номер?
Голос её стал резким, ледяным.
— Я сказала тебе, всё. Я уехала не просто так. Ты не имеешь права мне звонить. Понял?! ... Нет, мне всё равно, где ты! ... Я не вернусь. Отвали от меня, ты не понимаешь слова «нет»?
Она отключила, положила телефон рядом и тяжело выдохнула. Плечи дрожали, взгляд остекленел. Дима молчал, но всё в нём сжалось. Он опёрся рукой на стол, словно взвешивал каждое слово.
— Ты в порядке? — спросил он наконец. Голос — низкий, спокойный, но с заметной тревогой.
— Всё нормально, — отрезала она.
Он не отступал, но говорил осторожно:
— Кто это был?
Её глаза мгновенно вспыхнули.
— А тебе-то что? — резко, почти зло. — Мы что, друзья? Или знакомы дольше, чем пару часов?
Он промолчал.
— Ты не знаешь меня, Дима. Не лезь туда, куда тебя не просят. И вообще, ты странный. Ты был другим в первый раз — спокойным, внимательным. А потом начинаешь бросаться «красавицами», приглядываешься, как будто ждёшь, что я сейчас растаю. Нет. Я не такая. Я выросла по-другому. Мне это не близко.
Она встала, накинула куртку.
— Спасибо за татуировку. За работу. Но я больше не приду.
Он остался стоять. Ничего не ответил. Только взглядом провожал её, пока дверь не закрылась. А внутри — сжалось. Не потому что он ожидал другого, а потому что, как всегда, не смог — нормально. По-человечески.
—Ну вот... Сам виноват, —проговорил он сам себе.