Часть 7
– Присаживайся, – Дима почесал затылок и указал на кресло. Его голос звучал устало, но не отстранённо.
Кира села, сжав в руках коробку. В груди снова зашевелилось волнение, как перед чем-то важным.
– О чём хотела поговорить? – спросил он, глядя на неё спокойно, чуть с прищуром.
– Я... – она нервно вздохнула. – Я не нахожу себе места. Мне очень стыдно перед тобой...
– Из-за чего? – брови Димы чуть приподнялись, но выражение лица не изменилось.
– Из-за того, как я тогда тебе ответила. Резко, грубо... Наверное, я тебя обидела. Прости. Правда. Мне очень неприятно от этого. Просто сейчас у меня сложный период. Я понимаю, это звучит как дешёвое оправдание. Но я правда не знаю, как по-другому это объяснить. Прости.
Дима на секунду опустил взгляд, как будто переваривал её слова, потом посмотрел на неё мягче.
– Ты серьёзно? – он чуть усмехнулся. – Я не обижен. Всё хорошо. Честно. Это ты меня прости, если показалось, что я влез не в своё дело.
– Тебе не за что извиняться. – Она покачала головой. – Ты просто проявил уважение... А я вспылила. Вот, – она протянула коробку, – в знак примирения. Вкусности.
Дима взял коробку, посмотрел на неё с любопытством.
– Да не стоило... Макаронсы? – он хмыкнул. – Это очень мило.
– Я знаю, это, наверное, выглядит глупо. И ты вряд ли вообще ешь такое. Просто хотелось сделать что-то доброе.
– Успокойся, всё окей. Правда. – Он чуть наклонился к ней и на секунду задержал взгляд. – Мне очень приятно, что ты пришла. И даже с коробкой сладкого. Хотя ты могла ничего не приносить. Но знаешь что? Теперь у нас есть повод попить чаю.
– Можно, – Кира кивнула, впервые за весь разговор улыбнувшись.
– Или ты предпочитаешь кофе?
– Как когда. Но сейчас чай, пожалуй, будет лучше.
Дима поднялся, достал две кружки и начал заваривать чай. Аромат жасмина и чего-то мятного вскоре наполнил пространство. Они устроились на диване, макаронсы оказались удивительно вкусными, а разговор постепенно перешёл в лёгкий. Личные темы остались в стороне, будто оба на время решили отодвинуть всё тяжёлое вглубь.
– А сколько тебе лет? – вдруг спросил он, глядя на неё поверх кружки.
– Двадцать четыре. А тебе?
– Двадцать семь. Так ты, считай, ребёнок по сравнению со мной.
– Ой, только не начинай, – Кира скрестила руки. – Три года разницы, и уже «ребёнок»?
– Хаха, ладно, не обижайся, – он засмеялся и поднял руки в шутливом жесте примирения.
– Тебе двадцать семь, но выглядишь максимум на двадцать. Честно.
– Могу я это считать комплиментом?
– Думаю, да, – улыбнулась она.
– Тогда спасибо, – сказал он и подмигнул.
Вечер незаметно перетёк в ночь. За окнами уже темнело, город гудел вдалеке, а в тату-салоне было тихо и уютно. Кира взглянула на часы и, неохотно, начала собираться.
– Пожалуй, мне пора. Спасибо тебе за чай... и вообще.
– Заходи, если что. Не обязательно по записи, – сказал он чуть тише, как будто между делом.
Они обменялись телефонами. И всё же в этот момент в воздухе повисло что-то чуть большее, чем обычная вежливость. Когда Кира вышла на улицу, она поймала себя на том, что впервые за долгое время ей стало немного легче. Как будто одна маленькая заноза внутри наконец-то вышла наружу.