Второе дыхание.

Снова этот чёртов запах.

Резкий, удушающий аромат спирта, хлора и антисептиков. Он въедался в кожу, прочно застревал в ноздрях, казался невыносимым, но, что хуже всего, - слишком знакомым.

Аврора с трудом соображала, что происходит. Ее сознание словно балансировало на грани сна и реальности, где-то между забвением и пробуждением.

Слишком яркий свет пробивался сквозь веки, раздражал, давил. Где-то рядом пищал монитор, отслеживающий ее сердцебиение. Звук повторялся с равномерной настойчивостью, но в какой-то момент изменился - ритм сбился, стал прерывистым, нервным.

Она опять в госпитале?

***

Долго.
Чертовски долго.

Она не могла ни открыть глаза, ни пошевелиться. Лежала неподвижно, как в ловушке собственного тела, неспособная даже подать знак. В ушах шумели чужие голоса, тихий скрип обуви, шелест одежды. Иногда ей казалось, что кто-то касается ее руки, но она не могла ответить.

Страх поселился внутри, заковывая сердце в ледяные оковы. Она пыталась вспомнить, что с ней случилось, но разум отказывался сотрудничать.

А потом раздался голос.

- Лисичка, держись, скоро всё будет хорошо. Обещаю.

Тепло.

Оно проникло сквозь лед, растапливая его. Мягкое прикосновение губ к ее лбу было таким знакомым, таким родным, что на мгновение ей показалось - всё хорошо. Всё, как раньше.

Пятый.

Только он мог так говорить. Только он мог так целовать - осторожно, трепетно, с невидимой болью в голосе.

Он держал ее ладонь, переплетая пальцы с ее пальцами, будто пытался согреть, вернуть к жизни.

Тепло его рук медленно разливалось по венам, но она всё равно не могла ответить ему, не могла открыть глаза, не могла сжать его ладонь в ответ.

Её организм выбрал предательство - перед тем, как погрузить её в темноту, кардиомонитор взвыл тревожной сиреной. Где-то вдалеке, сквозь гул в ушах, она услышала его крик.

---

Аврора очнулась внезапно.

Горло пересохло до боли, будто там поселилась целая пустыня, а каждый вдох напоминал лезвие, царапающее изнутри. Глотать было мучительно, но паника ушла.

Слабость всё ещё сковывала тело, но она смогла шевельнуть пальцами. Раз. Два. Пять раз. Затем, собрав волю в кулак, медленно открыла глаза.

Яркий свет больничных ламп ударил по зрачкам, заставив зажмуриться.

Где она?

Перед глазами расплывались белые стены, чистые до стерильности. Возле кровати возвышались медицинские приборы - кардиомонитор, капельница, аппарат для подачи кислорода. Всё это напоминало ей о прошлом.

Её пальцы нащупали что-то гладкое и круглое сбоку от кровати. Кнопка.

Интуиция подсказывала, что это вызов персонала, и Аврора, не раздумывая, нажала на неё.

Прошло всего десять секунд, прежде чем дверь распахнулась, и в палату ворвались шесть врачей.

Брови Авроры взлетели вверх.

Они выглядели так, будто ожидали увидеть что-то ужасное - глаза расширены, движения резкие, у кого-то в руках была даже тележка с инструментами и лекарствами.

Первым опомнился мужчина, который, судя по всему, был главным врачом.

- Ложный вызов. Возвращайтесь к работе. - его голос был спокоен, но в нём читалось облегчение.

Персонал нехотя покинул палату, оставив Аврору наедине с незнакомцем.

Она перевела на него взгляд и неожиданно замерла.

Высокий, широкоплечий, с чёткими скулами и выразительными шоколадно-карими глазами, он выглядел... надёжным. От него веяло каким-то странным спокойствием, вызывая доверие, которого она сама не могла объяснить.

Аврора с трудом разлепила пересохшие губы, но голос предал её. Вместо громкого, требовательного вопроса о ребёнке с её губ сорвался лишь хриплый, едва различимый шёпот:

- Что с моим ребёнком?!

Тревога сковала её грудь ледяной хваткой. Ладони дрожащими движениями метнулись к животу. Он был чуть более округлым, чем в последний раз, когда она его касалась. Это было странное, почти пугающее осознание - словно время украли у неё, а тело изменилось без её ведома.

- С ним всё хорошо, мисс Бендерфильд, - раздался спокойный, уверенный голос.

Она резко подняла взгляд. Перед ней стоял высокий мужчина в белом халате и медицинской маске, излучая непоколебимое хладнокровие.

- Вы можете не переживать. Я лично вас осматривал. Я ваш лечащий врач, доктор Родригес. Обучался в лучшем университете Англии, имею стаж работы десять лет и являюсь лучшим специалистом во всём штате.

Его тон был ровным, профессиональным, без малейших колебаний, но в глазах читалась тень сочувствия.

Аврора судорожно выдохнула, гладя живот пальцами.

- Спасибо вам большое...

Её голос был слабым, едва слышным.

Доктор Родригес наблюдал за ней с лёгкой улыбкой, наконец снял медицинскую маску, открывая лицо с благородными чертами.

- Как вы себя чувствуете, мисс Бендерфильд?

Она с трудом сфокусировала взгляд на его бейдже, прежде чем прохрипеть:

- Как будто меня переехала фура, мистер... Родригес.

Голос всё ещё был осипшим, словно горло было покрыто наждачной бумагой.

- Это абсолютно нормально, - спокойно ответил врач.

Его движения были чёткими, отточенными - он протянул ей стакан воды, пододвигая его ближе, но не торопясь, чтобы она не уронила.

- Пейте медленно. Не перенапрягайте голосовые связки.

Аврора с благодарностью приняла воду. Холодная влага стекала по горлу, принося мгновенное облегчение. Она опустила голову на подушку, ощущая, как слабость постепенно уходит.

Доктор наблюдал за ней с лёгким одобрением.

- Не хотите поесть?

Аврора медленно кивнула.

- Хочу.

- Отлично.

Родригес достал рацию с пояса и нажал кнопку вызова.

- Принесите в палату мисс Бендерфильд еду, пожалуйста.

Она слегка приподняла бровь.

- А если бы я отказалась?

Доктор ухмыльнулся, скрестив руки на груди.

- Мне пришлось бы накормить вас через силу.

В его голосе послышались нотки угрозы, но через мгновение он рассмеялся.

Аврора удивлённо моргнула, но затем невольно улыбнулась.

- Я шучу, мисс Бендерфильд, - заверил он, всё ещё весело усмехаясь.

Однако его смех... он был приятным, лёгким, но до боли далёким от того, что был ей так дорог. Почти как у Пятого. Но только почти.

Дверь открылась, и в палату вошла медсестра, толкая перед собой переносной столик. На нём стоял поднос с тарелкой дымящегося супа.

Аврора замерла, наблюдая за этой сценой. В памяти всплыл момент из прошлого - Пятый точно так же приносил ей завтрак, подкладывая под спину подушки и заботливо наблюдая, как она ест...

- Суп? - спросила она, словно очнувшись от воспоминаний.

- Да, - кивнул врач, - он поможет вам набраться сил.

Аврора поджала губы, но взяла ложку и сделала первый осторожный глоток. Тёплый, насыщенный вкус заполнил рот, растекаясь приятным жаром по желудку.

Несколько минут прошли в тишине. Затем она внезапно оторвалась от еды и внимательно посмотрела на врача.

- Почему вы все так забегали, когда я проснулась? Вы выглядели напряжёнными.

Доктор Родригес хмыкнул, склонив голову набок.

- Вы нажали кнопку вызова экстренного персонала, мисс Бендерфильд. Эта кнопка означает, что пациент при смерти.

Аврора чуть не поперхнулась супом, едва сдерживая смех.

- Прошу прощения, что напугала, - усмехнулась она.

- Ничего, бывает, - легко ответил он.

Она отложила ложку и сжала край одеяла пальцами.

- Что со мной произошло? Где я?

- Вы в частной больнице имени Авроры Бендерфильд.

Суп резко застрял у неё в горле. Она закашлялась, чувствуя, как слёзы выступают на глазах. Доктор мгновенно оказался рядом, протягивая ей салфетку.

Аврора широко распахнула глаза.

- Имени Авроры Бендерфильд?!

- Да. До вашего прибытия это была обычная частная клиника. Но через час после того, как вас сюда принесли, мистер Харгривз выкупил её и переименовал в вашу честь.

Она замерла.

- Он... выкупил клинику?! Из-за меня?!

Грудь сдавило паникой, кулаки сжались.

- Мисс Бендерфильд, не волнуйтесь, - врач мягко коснулся её руки. - Переживания могут навредить вашему состоянию.

Аврора с усилием выдохнула, стараясь взять себя в руки.

- Я здесь... сколько? Два-три дня?

Доктор Родригес посмотрел на неё с лёгким сожалением.

- Три недели.

Её сердце пропустило удар.

- Вы были без сознания всё это время, - добавил он.

Дверь в палату вдруг резко распахнулась, ударившись о стену с глухим стуком.

Аврора вздрогнула, её сердце на мгновение пропустило удар, когда в комнату ворвался Пятый. Он был взъерошен, дыхание сбивалось, словно он бежал сюда сломя голову. Его тёмно-зелёные глаза метались по её лицу, быстро и жадно вбирая в себя каждую деталь, словно проверяя, что она действительно перед ним, что не исчезнет в следующий миг, как призрак.

Его губы дрогнули, словно он хотел что-то сказать, но слова застряли в горле. В следующую секунду он уже был рядом, резко шагнул вперёд и заключил её в крепкие, тёплые объятия.

- Твою мать... - его голос дрожал от напряжения, злости, тревоги и неописуемого облегчения. - Аврора, не смей больше меня так пугать!

Она почувствовала, как его сердце стучит так же быстро, как и её собственное. Её губы приоткрылись, но сказать что-то не получалось - слишком много эмоций нахлынуло на неё одновременно.

Пятый слегка отстранился, но его ладони всё ещё удерживали её руки, нежно сжимая, большими пальцами поглаживая её кожу, словно пытаясь убедиться, что она настоящая, что это не сон, что она здесь - живая, тёплая, дышащая.

Доктор Родригес, понимая, что лишний, тихо вышел из палаты, закрыв за собой дверь.

Аврора, едва сдерживая подступившие слёзы, медленно прижалась лбом к груди Пятого, вдыхая его запах. Он был таким родным... успокаивающим... таким её.

- Что со мной случилось? - её голос был едва слышен, охрипший после долгого молчания. - Доктор избегал ответа...

Пятый медленно вдохнул, его руки скользнули вверх, обхватывая её лицо ладонями, и он заставил её взглянуть ему в глаза. В его взгляде было всё - беспокойство, страх, боль.

- У тебя была сильнейшая угроза выкидыша на фоне стресса.

Аврора замерла, расширившимися глазами глядя на него. Воздух словно вырвали из её лёгких, а мир вокруг пошатнулся. Она резко подняла руку, прикрыв губы пальцами, а затем медленно опустила её на свой живот.

- Но... - голос дрожал.

- Сейчас всё хорошо, - Пятый мягко убрал выбившуюся прядь волос с её лица, проводя пальцами по её виску. Его прикосновение было таким тёплым, таким нежным... - Твой организм ослаб, но мы успели вовремя. Ты была без сознания, пока ребёнок черпал из тебя силы. Теперь с вами обоими всё в порядке.

Аврора закрыла глаза, позволяя этим словам окутать её, как тёплое одеяло. Её пальцы сжались на ткани его белой финки, словно она боялась, что он вдруг исчезнет.

А затем его губы мягко коснулись её лба.

Простой, лёгкий жест... но он успокоил её сильнее, чем любые слова.

Она глубоко вздохнула, пытаясь собрать мысли, и вдруг вспомнила...

- Ты... ты выкупил больницу?

Пятый не отвёл взгляда.

- Да.

- Это же стоило безумных денег, Пятый! - в её голосе было изумление, смешанное с недоумением.

Он только усмехнулся, вновь обнимая её, его тёплые ладони скользнули вниз по её спине, притягивая её ближе.

- Это лишь капля в море моего состояния, - его голос был низким, уверенным, успокаивающим. - Ты - самое важное.

Аврора ощутила, как её сердце сжимается от эмоций. Она прикусила губу и медленно кивнула, позволяя себе растаять в его руках.

- Ты приехал с работы? - спросила его, пока лежала на его груди и обнимала его, словно пытаясь сохранить тепло и спокойствие после долгого дня.

- Да, - кивнул он, его голос был тихим и усталым. - Был на важной встрече в другом штате, но когда мне позвонили и сказали, что ты очнулась, пришлось телепортироваться десять раз.

- Так, поэтому ты был таким запыханным, когда пришёл... - сказала она, откидывая голову, чтобы лучше увидеть его лицо. В её голосе сквозила смесь удивления и лёгкого упрёка.

Он лишь коротко кивнул.

- Знаешь, во время того, как ты лежала без сознания, мне стало тяжелее телепортироваться. В день максимум три-четыре раза, - задумчиво произнёс он, будто вспоминая каждую минуту разлуки, - но как только ты пришла в себя, я опять почувствовал прилив энергии. - Выходит, старик не врал, - добавил он с лёгкой усмешкой, которая сквозила в его глазах.

- Кстати, о старике, что с Реджинальдом? - спросила она, откидывая голову, чтобы видеть его лицо, в её голосе звучало беспокойство о давно заброшенной загадке.

- Он не проявлялся, - качнул головой он. - Мои люди не могут его найти. Он слишком хорошо спрятался и, возможно, даже не в этом времени.

- Ясно, - грустно произнесла Аврора, опуская голову обратно на его грудь, словно пытаясь найти утешение в его присутствии.

Пятый заметил резкое изменение её интонации и добавил:

- Не волнуйся, я дам тебе лично убить его когда мы его найдем.

- Правда? - Аврора с лучезарной улыбкой вскочила и села на колени на кровать перед парнем. Её глаза заблестели от радости, и вокруг неё словно засиял свет, отражая всю невероятную радость, которая охватила её.

- Ты серьёзно? - засмеялся Пятый, щипая её за бедро, - я купил ради тебя целую больницу, а ты радуешься тому, что убьёшь моего отца?

Его голос был наполнен иронией и весельем, тем самым напоминая ей о том смехе, который всегда согревал её сердце.

- Да! - Пятый засмеялся ещё громче, именно тот родной, звонкий, хриплый и низкий смех, который она так любила. От радости Аврора победно подняла кулаки вверх, а затем нахнулась и поцеловала Пятого, передавая всю свою любовь и благодарность в этом мгновении.

---

Прошло ещё две недели.

Аврора не могла перестать думать о том, что делать дальше. Аврора и Пятый должны были снова отстраниться друг от друга, чтобы не вызвать хроноклазм, но их сердца не могли устоять перед притяжением, которое связывало их.

Они оба вернулись к работе. За время отсутствия Авроры её заменяли заместители, и, несмотря на то что справлялись довольно хорошо, накопилось много документов, требовавших её личной подписи. Единственным утешением оставалось то, что он встречал её каждый день после работы, и они проводили вместе время, которое даже персонал Пятого иногда слышал, наблюдая за их тихими разговорами.

Она жила в его новом особняке, который он недавно приобрёл. Особняк был невероятно огромным, и в нём было много рабочего персонала, которому был выделен отдельный корпус. Каждый угол этого дома напоминал о большом мире, в котором им приходилось балансировать между работой и личной жизнью.

Они понимали, что ходят по лезвию ножа, но не могли остановиться. Гармони Авроры бушевали, требуя Пятого так же сильно, как её сердце требовало его.

Оба избегали разговора о её беременности, но этот вопрос был неизбежен. Рано или поздно им пришлось бы об этом поговорить. Пятый старался игнорировать беременность Авроры, а она была благодарна ему, ведь понимала, что он борется с собой и идёт против собственных принципов. В тот день он так и не дал ей ответа, готов ли он принять ребёнка, оставив её в сомнениях и тревоге.

- Пя-я-ть... - прошептала девушка на ухо парню, сидящему за столом на веранде и что-то печатающему на ноутбуке. Она подошла к нему со спины, опустила руки на его грудь и нежно поцеловала его щеку, как будто хотела сказать: «Я здесь».

Она почувствовала, как он улыбнулся, и, захлопывая ноутбук, притянул Аврору к себе, усадив её на колени. Его взгляд был тёплым и спокойным, словно он дарил ей уверенность в завтрашнем дне.

- Да, лисичка? - сказал он, заправляя её локон за ухо, - Прекрасно выглядишь, - добавил он, оглядывая её с ног до головы, словно каждый её штрих был отражением его внутреннего мира.

Она была в светло-розовом, воздушном, не приталённом платье до колен на лямках и в босоножках такого же цвета. Каждый элемент её наряда подчёркивал её нежность и лёгкость, как будто сама весна поселилась в её облике.

- Я хочу тебе кое-что сказать, но обещай не злиться и хорошенько подумать, перед тем как начнёшь кричать, хорошо? - произнесла Аврора, её голос дрожал от волнения, а глаза искрились ожиданием откровенности.

Пятый заметно напрягся. Его кадык дёрнулся, а челюсть стиснулась, выдавая внутреннее напряжение.

- Я постараюсь, - напряжённо произнёс он, - но не обещаю.