Звуки Клавесина
Арамис сидел у витков лестницы, затенённой мягким светом, пробивающимся сквозь окна, украшенные разноцветными витражами. Его взгляд был прикован к фигуре Ирэн, которая сидела за клавесином, её тонкие пальцы, словно изящные стрелы, порхали по белым и черным клавишам, вызывая волны музыки, наполняющие тишину комнаты.
Она была погружена в свою игру, её светлые волосы были собраны в небрежный узел, а несколько прядей, выбившиеся на свободу, мягко обрамляли её лицо, словно лучи солнца, пробивающиеся сквозь облака. На неё была надета простое, но элегантное платье из лёгкой ткани, подчеркивающее каждое её движение. Арамис наблюдал за ней, чувствуя, как её музыка становится частью его жизни, окуная его в мир, где не существовало ни горестей, ни тревог.
Звуки клавесина разносились по воздухе, создавая волшебство, наполняя каждую трещинку старинного замка. Ирэн играла остро, как меч, и мелодия текла с нежностью, принося с собой ароматы цветов, расцветающих в саду за окном. Каждый аккорд был как открытие, способное погрузить слушателя в сладость воспоминаний, переживших время.
Арамис закрыл глаза, позволяя музыке пленить его. В её звуках он слышал вдохновение, радость и даже лёгкую грусть. Каждая нота рождала в его сердце чувство, которое невозможно было выразить словами. Он, казалось, ощущал, как в них скрыты мечты об удивительных путешествиях и ночных беседах под звёздным небом, что, возможно, никогда не сбудутся, но тем не менее дарят надежду.
Когда она закончила, в комнате повисла тишина, которая была такая же веская, как заканчивающаяся симфония. Арамис открыл глаза и увидел на лице Ирэн легкую улыбку, её зелёные глаза сверкали от счастья. Она, возможно, не догадывалась о том, как же сильно её музыка затрагивает его сердце, как отблеск ряби воды заставляет его мечты плыть в сторону её души.
— Ты была великолепна, — произнёс он, поднимаясь с места и приближаясь к ней, как будто бы на протяжении всех этих минут прямо с её мелодиями привязывал свою судьбу.
Ирэн, смущённо улыбнувшись, отложила свои пальцы на клавесин, и в этот момент между ними возникло мгновение, полное ожидания и неопределённости. Арамис подошёл ближе, его сердце билось в такт той мелодии, которая всё ещё звучала в его душе, и он знал, что момент этот — всего лишь начало их общей симфонии