Глава 7. Чара.
Я открыл глаза. Оказалось, что я уснул. Причём не дома в кровати, а на той самой поляне. Я пощупал карман, где был свёрток, чтобы убедиться, что это всё было наяву. Он был на месте. «Что ж, теперь я не успокоюсь, пока не открою все тайны моей таинственной подруги.», - подумал я.
Пришёл домой. Мама поинтересовалась тем, как прошла ночь. Но я быстро отвертелся, рассказав про неожиданный "переезд" Чары. На диване спал брат. Выражение его лица во сне выражало грусть и тоску. Скорее всего он неплохо получил за вчерашний инцидент. Не буду говорить ему, что под одним из костюмов был его брат.
Время узнать историю моей Чары.
Я не хотел тревожить Миссис Истон, но решил, что газеты мало, что дадут, поэтому сначала стоит поговорить с ней. Старушка сидела на лавочке, вглядываясь в кусты роз, цветущих прямо под забором её двора, и тихо что-то напевала.
- Доброе утро, Миссис Истон.
- О, Кевин! Ты так рано встал или вовсе не ложился спать?
- Сложно объяснить…
- Ну ладно, не буду мучать тебя вопросами. Но, судя по тебе и твоему встревоженному лицу, ты и сам хочешь задать мне несколько.
Всегда поражался догадливости старушки. Она словно Шерлок Холмс: всюду применяет метод дедукции и наблюдения. Но теперь мне было неловко начать с вопроса про Чару сразу.
- Миссис Истон, скажите, почему именно розы? На вас халат с розами, во дворе у вас розы, на обоях, и даже вашу собаку зовут Роза!
- Просто произнеси слово «роза». Это же символ нежности. Когда я смотрю на розу или её изображение, мне становится так легко и просторно на душе.
- А второе по нежности слово у Вас — это «чары»?
Старушка замолчала и, широко раскрыв глаза, смотрела на меня, но я продолжал.
- Вашу дочь звали Чара, да, Миссис Истон? Можете рассказать о ней и её смерти подробнее?
- Не знаю, как ты додумался до этого, но да… И я могу рассказать, но лучше это сделает личный дневник Чары, он был найден рядом с ней. Она вела его до последней секунды своей жизни. Возьми его. Вечером вернёшь.
Я ушёл, перед этим обняв старушку, и направился в домашнюю библиотеку. Там я сел на диван и начал читать дневник.
"30.10. 1966.
Доброе утро, мир.
Уже завтра Хэллоуин, а это значит, что я снова пойду за сладостями. Ура, ура.
Жаль только…мама разрешит заниматься этим лишь пару часов. В то время как остальные дети продолжат веселиться и собирать сласти, устраивать ночёвки и ходить к другим на вечеринки, я буду неловко уходить домой, придумывая дурацкие отговорки, лишь бы одноклассники не засмеяли меня.
А если и домой приду не ровно в 20.00, придётся ещё и там оправдываться. Вечно не могу расслабиться из-за мамы и её кошмарных указаний. "
"31.10. 1966
Как же я её ненавижу. Я только встала с кровати, тут же получила в лоб из-за того, что вчера забыла подмести под своим столом. Теперь я могу повеселиться всего полчаса на празднике. Этого хватит, чтобы обойти только пять соседних домов.
Зато я сшила себе кошачьи ушки. Они здорово подойдут к моему любимому жёлтому платью.
Я забыла дома часы. НО! У меня столько крутых сластей в корзине. Как я рассчитала ранее, пять домов – ровно 27 минут на обход + 3 минуты на путь до дома. Я точно успею.
Мама накричала на меня из-за того, что я забыла часы дома. Я немного просчиталась и пришла позже на десять минут. Она спрашивала так много, я так потерялась от её вопросов, что она решила, что говорю ей неправду. Я убежала. Теперь она меня не найдёт.
Я нашла такое крутое место. Где-то я его видела. Вроде мы тут снимали пару лет назад репортаж с одноклассниками. Тогда я видимо не задумывалась, какое это место красивое. Тут клён и озеро. А главное – тут абсолютно никого нет, я могу посидеть тут в полном спокойствии и послушать звуки цикад.
Вот если появится у меня друг, которому я смогу доверять каждым кончиком пальца, то я точно отведу его сюда. Если ему понравится здесь, то он точно самый настоящий мой друг. Я никогда его не брошу.
Уже 3.00 ночи, а я сижу на поляне. Нет криков и лишних терзаний.
А вдруг…мама возьмёт фонарь и найдёт меня по следам. Может она нервничает и стоит вернуться…Господи, я такая ужасная. Зачем я убежала…можно же было просто поговорить. Хотя она не слушает меня и мои слова, сомневаюсь, что она услышит их сейчас.
Дорогой дневник, я начинаю задыхаться. Я плачу и задыхаюсь, мне тяжело держать себя и эмоции в руках. Я…………………………………"
Положил дневник на диван. Подступили слёзы. Вот почему Миссис Истон не хочет говорить об этом. Она знает, что виновата. Но поняла она это очень поздно. Слишком поздно. По старушке не скажешь, что она может быть такой, какой она описана в дневнике Чары. Сложно поверить. Но я видел, с какой любовью она относится не только к детям, но и к каждой травинке. Она осталась одна, и это научило её истине, которой не было в её голове раньше. Она хотела убежать от своих проблем, выплёскивая их на невинную Чару, которая тоже убежала, но убежала дальше настолько, что не вернулась.
Жаль, что не оказался тогда рядом с Чарой. Жаль, что не жил в 1966 году. Ей нужен был я…
«Чара, если ты меня слышишь, прости свою маму. Она всё поняла. Я обещаю, что буду рядом с ней и всё для неё сделаю. Всё будет хорошо, Чара. Я помню всё, что ты сказала мне там у нашего клёна. Ты пришла в мою жизнь неожиданно, и я рад, что ты была в ней. Обещаю, найду друзей, попробую вернуть благоразумие брата и не позволю ему так обращаться со мной.»
Я открыл ящик отреставрированных моей семьёй газет. И тут же случайно перевернул ящик с ярлыком «1966 год».
Из него вылетела страница. Нужная страница. Я прижал её к сердцу.
На первой странице была фотография Чары, а над ней заголовок «Чара Истон исчезла в Ночь всех Святых». Я приклеил к этой странице листочек клёна, что дала мне Чара. Положу себе в комнату на память о ней.
Я многое вынес из этой истории. Надеюсь, Чара теперь спокойна и счастлива. Надеюсь, где-то там в раю она сидит возле нашего клёна и смотрит на меня. Теперь всё встанет на места. Теперь я не буду бежать.
Конец.