История 4. Желание ангела
Хочу упасть с небес на землю, хотя впрочем, это я уже и сделал однажды. Человечески мир пленителен и я не смог устоять перед соблазном, но это не так уж и плохо. Когда ты – ангел, тебя многое не заботит: ни еда, ни жильё, ни что-либо ещё – ты абсолютно свободен от того, к чему привязаны люди. Но есть сила, которой я не смог противиться.
С самого начала моего существования, пеня приучали любить всех существ, быть беспристрастным и справедливым в своих деяниях, мой разум должен быть чистым и непорочным. Прожив не одну сотню лет, как исчисляют это люди, я побывал в разных странах, эпохах и видел разных людей. Мир то оживал, то утопал в крови собственных жителей, всё окрашивалось в красный, от этого небеса содрогались то в ужасе, то в гневе от таких деяний. Со временем ко многому привыкаешь, но к такому сложно привыкнуть, ведь наш отец всегда скорбел от того, что видел. Ми братья, как и я, слышали крики, стоны и мольбы о помощи от тех, кто был в этом не виновен, но всё равно попадал в этот круговорот хаоса, просты ни в чем не повинные жертвы.
Каждый раз спускаясь на землю, \ ужасался, но в тоже время восхищался тому, чего достигали люди. Многие из крылатых служили посланниками слова божьего, кто-то был просто рожден, чтобы защищать, кто-то был послан для иных целей, которых так много, что всех и не упомнишь.
И вот, когда одно столетие сменилось другим, и так 20 раз, меня послали на землю оберегать новорожденную девочку. Так бывало часто, поэтому для меня не было ничего нового в подобной деятельности. Дети это прекрасные создания, невинные и прекрасные, глядя на них мы всегда радуемся. Ребенок достался мне довольно смышлёный, да ещё и непоседливый, я и не заметил, как начал очень беспокоиться об этой малышке, то с дивана упадет, то в дверной косяк врежется. В целом даже родители не всегда успевали за ней следить, поэтому вмешивался я. Люди называют подобное мистикой, как только ранее это всё не называли, но это неважно, в любом случае у всех в душу закрадывались нотки чего-то необъяснимого. Кстати, до трех лет, этот ребенок всегда видел меня, это наш маленький секрет, о котором люди догадывались. Я всегда её успокаивал или смешил, чтобы она не плакала, и получалось у меня это отлично.
С каждым годом она становилась старше, мы начали отдаляться друг от друга. Она со временем перестала видеть меня во все, но я по-прежнему выполнял приказ о защите. Не всегда имелась возможность уберечь её, ведь человек сам ответственен за то, что он делает, и только путём принятия собственных решений, они способны достичь совершенства. Знаете, это как с металлом, кузнец куёт кусок стали до тех пор, пока не получит из него щит или меч, то что ему угодно, так и с людьми, посылая трудности и какие-либо обстоятельства в жизни каждого, отец хочет увидеть, как простой «кусок стали» превратиться во что-то прекрасное. Хотя не всегда это происходит, так как задумывалось, то ломались, то ржавели, то вовсе выбрасывали себя куда-то в бездну, надеясь, что кто-то сверху осчастливит их внезапным богатством, или сделает всё за них. Одни, то молились, то роптали и винили во всех своих неудачах и проблемах, лишь единицы подымались и продолжали идти вперед, такие в итоге и получают свою награду.
Также было и с этим ребенком, я не мог оградить её от всех бед и несчастий, но мог направить по нужному пути. Иногда, ей было больно, иногда, радостно, но поразительно она не винила всевышнего или кого-то ещё в своих бедах и несчастьях, для этого были люди и причины, а затем и следствия тех или иных действий. Хотя иногда бывало, что она взывала к небесам и просила о помощи, но только просьба была о том, чтобы её лишили чувств, в особенности любить, от этого чувства она хотела избавиться больше всего. Безусловно, я знал причины таких просьб и такого поведения, но я не мог ничего поделать, даже утешить было мне не под силу.
Когда ей исполнилось 17 и многое свалилось на её плечи, испытывая ее, как только моно, ведь по задумкам испытания делают только сильнее, к тому же людям посылают тех испытаний, с которыми они не могут справиться. Да, некоторые не справляются, но это только из-за их лени, неуверенности или надменности, что кто-то должен за них всё сделать, а им остается только пожинать плоды чьих-то усилий.
Я не мог выдержать этих страданий, поэтому пришел к ней во сне. Находясь всегда рядом с ней, я не мог прикоснуться или что-то сказать, чтобы поддержать её, поэтому я отправился по другую сторону человеческой реальности. Беспокойство и трепет души отражались во всех этих снах, именно там я и искал её.
Светло-голубое небо затянутое серо-белыми тучами, старые дома в которых нет ни единой души, узкие улочки, словно вены, в этом городке, вот только они совсем безжизненные. Мои ноги устремляют меня всё дальше, вглубь этого таинства, следуя внутреннему зову, чтобы найти её, чувство страха пульсирует в этом пространстве, осталось только найти её. Дойдя до центра, этого небольшого городка, в поле моего зрения попала толпа людей, которые бурно что-то обсуждали, порой кричали, в этот момент где-то вдалеке мелькнул знакомый для меня силуэт. Без всяких сомнений, я последовал за ней. Она словно обезумевшая металась в этих улочках, безостановочно кто-то звала и плакала. Ей страшно, так страшно, что она временами спотыкалась на ровном месте, падала, затем вставала и вновь стучалась в двери.
Стремление защитить всё сильнее, когда она осталась совсем одна, мы наконец-таки встретились лицом к лицу. Наши взгляды встретились, вот только момент был не радостный, она по-прежнему дрожала от страха. Я касаюсь её шеи, даруя покой и умиротворение. В этом безумном мире, где мы встретились, всё только тянуло к разрушению, да и спокойствия здесь не найти. В итоге, я забрал её в другую часть, в специальные белоснежные, словно первый снег, хоромы и постель, на которую уложил ослабевшую душу. Касаться волос, кожи так приятно, когда она спит, то прекрасна, внутри меня что-то начало приятно согревать, думаю, это люди называют счастьем, ранее мне подобного не доводилось испытывать. Новое ощущение, да и это мгновение в целом что-то пробуждали во мне, так что я хотел, чтобы это мгновение длилось, как можно дольше. Думать, испытывать и желать подобного, наверное, грешно, но ничего с этим поделать не могу.
Любить и защищать, мой долг превратился в рвение собственной души, то ради чего я готов был остаться с ней навечно. Поэтому, теперь я искал возможности встретиться с ней, коснуться её и услышать, как она зовёт меня, где-то внутри она всегда чувствовала меня, именно поэтому среди тех домов она искала меня, а никого-то другого.
Никогда не искала защиты среди людей, всегда боролась со всем сама, и только я всегда знал правду, поэтому все, что остаётся это защищать и иногда, в её снах приходить и дарить то тепло, которого так не хватает в мире людей. Пусть и не часто, но в самые трудные минуты, наши души встречались по ту сторону, и каждый из нас молча говорил о том как сильно дорожит этими встречами.
Оставаясь с ней, всю её человеческую жизнь, я готов ко всему, но всё же надеюсь, что однажды наши миры столкнуться уже навсегда, и мы сможем во всеуслышание сказать то, что лежит печатью на наших сердцах и устах.