СКАЗКА

В его голосе я поняла, что он больше не будет предлагать мне пойти на свидание, но Чонгук продолжал держать мою руку. 
- Простите, но мне нужно… 
- Почему? – Оборвал он меня. – Почему ты не хочешь провести со мной время? Ответь. Это никак не повлияет на то, останешься ты здесь или нет. 
Я долго, молча, стояла, смотря на него. Стоит ли мне сказать правду? Или просто уйти от разговора? Что, если он не сдержит своего слова, и меня уволят? 
- Простите, но мне нужно работать. – Я не решилась. За эти деньги, что я буду получать, через несколько месяцев я смогу расплатиться с долгами. Свобода – это единственное, чего я хочу. 
- Отлично! – Он был расстроен и даже зол. Отбросив мою руку, он брезгливо хмыкнул и ушел. 
В какой-то момент, когда я продолжала уборку, мне стало жаль Чонгука. Возможно, он и не испытывает ко мне ничего, но он все же нашел в себе силы просто уйти. Не оскорблять меня, и не говорить, что теперь моя жизнь станет адом, и даже не сказал, что увольняет. Он просто ушел. Это большее, чем я могла ожидать… 
Самый лучший способ крепко заснуть – это работа, от которой валишься с ног. Я даже не успела принять душ, а уже оказалась на кровати. К счастью, я вспомнила, что не сняла форму, поэтому с трудом поднялась и переоделась. 
Утром я была в хорошем настроении. Вчерашний вечер вылетел из головы, когда я вышла во двор. Огромные клумбы цветов были повсюду. Приведя их в божий вид, я отправилась готовить завтрак. Но на кухне готовка шла полным ходом. Чонгук стоял у плиты. На нем была черная кофта, поверх которой он еще и фартук серого цвета надел. Я не могла не улыбнуться его выражению лица. Очень сосредоточенно, он мешал что-то в сковороде. Он поднял взгляд и улыбнулся, что было крайне странно, если вспомнить наш вчерашний разговор. 
- Привет! Как спалось? – Спросил он веселым голосом, подкидывая сковороду вверх. 
- Здравствуйте! Хорошо… А вы как? – Я не знала, что сказать. Я все еще была в шоке от его появления. 
- Ужасно. Всю ночь глаз не сомкнул. 
- По вам не скажешь. – Я скептически скривила губы. 
- Да, я все же уснул под утро, только после того, как взглянул на тебя. 
- Простите? 
- Почему ты постоянно извиняешься? Перестань это делать, мне не нравиться. 
«…только после того, как взглянул на тебя». Черт! Я же не заперла дверь. 
- Садись, сейчас мы будем есть, - он подмигнул мне и начал лазать по кастрюлям. 
- Простите, но я… 
- Ты еще не ела. Так что не отпирайся. Не бойся, травить я тебя не собираюсь. Мы будем есть то, что ты приготовила вчера, я лишь сварганил десерт, - Чонгук снял фартук и начал накрывать на стол. 
- Я сама все сделаю. – Я подскочила к нему, но он отпихнул меня в сторону своим тазом. 
- А ну брысь, не то укушу, - он цокнул зубами и выхватил у меня из рук тарелку. 
Мне ничего не оставалось, как стоять и смотреть за ним. Он был таким жизнерадостным, что даже заразил меня своим оптимизмом. 
Мы ели молча, но не было ощущения дискомфортна. Чонгук иногда ловил мой взгляд и весело улыбался, или махал мне ложкой. По утрам я ем немного, а Чонгук много, но слишком быстро, поэтому мы закончили одновременно, когда он пошел за своим десертом, то я услышала тихое хихиканье. 
- Смотри, сейчас будет магия, - он обернулся ко мне, держа в руках коричневую тарелку с содержимым, похожим на сладкий картофель. Он стал переворачивать тарелку, и я напугалась, что сейчас все вывалиться, но оно оставалось внутри при любых его манипуляциях. 
Я рассмеялась. Громко. Было странно, я не узнала свой смех. Я так давно не смеялась, что даже думала, что разучилась это делать. 
Чонгук смотрел на меня, и мне казалось, что сейчас тарелка выпадет из его рук. Он улыбнулся такой улыбкой, которую можно прочитать даже в глазах, если не видишь губ. 
- Мне нравиться твой смех, - произнес он завороженным голосом. – Давай есть. Я уверен, тебе понравиться. 
После того, как мы закончили завтрак, Чонгук помог помыть посуду и куда-то скрылся. Я приготовила завтрак для остальной части семьи. Это утро было для меня самым волнительным. Все время, что я ухаживала за столом, я боялась, что Мики расскажет родителям о вчерашнем, но она и словом не обмолвилась. Это было к счастью. Потом все разошлись, и дом остался пустым, а я продолжила уборку. Работы еще было выше крыши. Но то, что я увидела, повергло меня в шок. Чонгук мыл полы в гостевых комнатах. У меня даже челюсть ненадолго отпала. 
- Что вы делаете? – Я прошла аккуратно, чтобы не пачкать помытое. 
- Веду уборку. Разве не заметно? – Он почему-то был серьезным. 
- Но вы не должны! Это моя работа! Верните мне швабру, - я протянула руку, но Чонгук повернулся ко мне спиной. – Прекратите! Вам ведь сейчас нужно в университет! 
- Я сам знаю, что мне нужно, сейчас я хочу быть здесь. 
- Прекратите это, прошу вас! 
- А если прекращу, скажешь, почему не хочешь идти со мной на свидание? 
- Это не имеет никакого значения… 
- Для меня имеет. Так ты скажешь, или нет? 
- Вы мне не нравитесь! – Если меня из-за этого уволят, то я точно потом поймаю его в темном переулке. 
- Я не в твоем вкусе? – Чонгук приподнял одну бровь. 
- Нет, я просто не люблю бездельников. 
- А то, что я сейчас делаю… 
- Вы делаете это, чтобы подбить ко мне клинья. Вы живете на всем готовом. У вас есть деньги, чтобы учиться, но вы не ходите в университет. – Меня распирало. Я уверена, что потом пожалею о том, что сказала. – Вы можете добиться в жизни многого, даже не приложив больших усилий, но вам лишь бы гулянки устраивать, да за красивыми девочками бегать… 
- Ты тоже красивая! – Он улыбнулся, опираясь на швабру, как на посох. 
Мои щеки резко налились кровью. Пока я ему пытаюсь объяснить суть жизни, он тут непонятно о чем думает. Я быстро выдохнула, и протянула руку к швабре. 
- Отдайте. Вы сказали, что прекратите, если я назову причину. 
Чонгук посмотрел на мою руку, и протянул швабру, но вместо того, чтобы отдать ее, он перехватил мою руки, притянул ее к своему лицу и поцеловал. Мои глаза увеличились на столько, что я боялась, что они сейчас выпрыгнут. Я резко отдернула руку назад, но Чонгук крепко сжал ее и не отнимал своих губ. Когда он, наконец, поднял свою голову, то выглядел опять веселым. 
- Сегодня, да, я прекращу. Но я не хочу, чтобы ты перетруждалась. – Он переложил ручку швабры в мою руку и вышел. 
Я прижала швабру к груди. Только не сейчас! Не вздумай! Мне нельзя сейчас плакать. Но Чонгук первый, кто за долгое время пожалел меня. Все эти годы убеждений себя, что я сильная, рухнули в один миг. Но я не дала слезам выйти наружу. Я не могу позволить себе такой роскоши. 
*** 
На следующее утро я отправился в универ. И что я делаю? На что я готов пойти, чтобы она была со мной? Нужно расчертить границы, но сейчас мне казалось, что я могу сделать для нее все. После учебы я не вернулся домой и даже не пошел на вечеринку. Я пытался найти работу, но это оказалось сложнее, чем я думал. В итоге смог устроиться грузчиком. В тот момент пришлось завязать с курением, так как сложно отлучаться через каждые двадцать минут. 
С Эммой я старался видеться меньше, я не хотел давить на нее. Тем более что, когда она меня видела, то сразу начинала краснеть. Раньше такого не было. Иногда я делал работу вместо нее, но так, чтобы она не замечала. Однажды она меня поймала, так пришлось бежать и прятаться, чтобы опять не выслушивать ее уговоры, чтобы я так больше не поступал. Не знаю. Раньше я думал, что это скоро пройдет, но чем больше времени я смотрел на нее, тем больше мне его не хватало. Меня стали посещать странные мысли, которых раньше не было: костюм, белое платье; совместный завтрак, обед и ужин. В общем то, над чем раньше я никогда не задумывался. 
И вот, спустя месяц, мне выдали первую зарплату. Я думал, что можно подарить Эмме подарок, но так и не смог определиться, так как не знал ее вкусов. 
- Привет! Занята? – Я подошел к ней, когда она обрезала цветы. 
- Здравствуйте. Да, немного. Вы что-то хотели? Разве вы не должны быть сейчас на учебе? – Она опять раскраснелась и опустила глаза. 
- У меня каникулы. Может, и тебе устроим? Всего лишь один день. – Добавил я, когда она уже собиралась отказываться. – Я настаиваю. Ну, пожалуйста. На счет работы не волнуйся, я уже все придумал. Мы поедим с водителем, он скажет, что машина сломалась, и вы долгое время не могли вернуться. Не переживай, он согласен. 
- Я не думаю, что это хорошая идея. 
- Эмма, - я взял ее за руку. 
- Ладно, - она быстро освободила свою руку. – Но только не долго, хорошо?