[3]
Спустя год Чимин стал совершеннолетним, и они втроём поселились в доме Чимина, а дом Юнги пока пустовал, они не хотели сдавать его в аренду или продавать, потому что там было столько воспоминаний и столько тепла. Они не хотели, чтобы кто-то стёр всё это. Они теперь жили втроём и было у них всё хорошо. Дядя Чимина обеспечивал их деньгами и помогал во многом, даже не возражал, когда племянник с другом начали работать с полицией, помогая следователям своими силами, узнавая всё у призраков. Это опасно, настолько, что были моменты, когда она злилась на них и обрушивала свою ярость в виде какого-либо несчастного случая. Тэхён не раз помогал им своими силами и советами, за что парни ему очень благодарны. Они жили так три года. Чимин поступил на музыкальный факультет и Тэхён пошёл за ним, следом и Юнги, когда пришло время поступать. Они брали себе совмещённые пары по максимуму и были всем довольны.
Когда Чонгуку сказали, что к нему приставят какого-то внештатного помощника в расследовании текущего дела, то он подумал, что над ним просто прикалываются, пока к нему на месте преступления не подошли два человека, один из которых выглядел странно. На его глазах была плотная шёлковая лента чёрного цвета, ладонь крепко цеплялась за ладонь его спутника и не отпускала, а второй стоял спокойно и даже не реагировал на парня сбоку на всё его верчение головой по сторонам и прочие заморочки. Чонгук уверен, что этот человек с лентой ничего не видит, но не выглядит таковым, постоянно крутится, словно пытается что-то поймать глазами, которые закрыты. Когда они подошли к Чону, странный парень продолжал держаться за руку своего приятеля, или друга, Чонгук не знает, да и уверен, что ему это совсем не интересно.
— Добрый день, это Чон Чонгук, он расследует это дело, — к ним подошёл начальник Чонгука — Ким Намджун, и представил неприветливого следователя, показывая на того рукой. Чон был уверен, что не издал ни единого звука, но слепой парень повернул голову точно в его сторону, словно проследил взглядом направление руки мужчины.
— Пак Чимин, — представился один из них, но у Чонгука появилось внезапное желание услышать голос и имя другого парня. Он словно услышал его мысли и заговорил:
— Мин.... — но его прервал Чимин, сильнее сжав бледную ладонь в своей. — Шуга.
— что с тобой ? — прозвучало в голове Юнги голосом Чимина, который недобро смотрел на Чонгука, опасаясь будто он может что-то сделать, что пошатнёт то равновесие, которого они еле достигли, после некоторых недавних обстоятельств. Юнги тоже напрягал следователь, он его совершенно не чувствует, несмотря на то что стоит напротив.
— всего лишь минутная слабость, — ответил Шуга другу, отворачиваясь к качелям, возле которых всё ещё лежало тело подростка. Чонгук следил за действиями незнакомцев, не прекращая удивляться с Юнги. Его начальник самодовольно улыбнулся, замечая на вечно невозмутимом лице Чонгука тень удивления. Чон видел в Шуге что-то необычное и признал, что парень интересен и не так прост, каким мог показаться с самого начала. Он бледен, молчалив и слишком худой для кого-то его возраста и этому не стоит удивляться, потому что есть то, что не позволяет ему быть как все другие люди — его глаза. Чимин крепко держал друга за его тонкую ладонь, боясь отпустить от себя хоть на шаг, его сильно напрягал Чонгук, от которого с опаской и ужасом отлетали в сторону все призраки, населяющие эту площадку. Если бы Юнги увидел его ауру, то сказал бы с полной уверенностью, что Чонгук очень опасный человек, несмотря на то что он полицейский и должен быть, по сути, человеком хорошим.
Юнги оторвался от Чимина и пошёл в нужную ему сторону под настороженный взгляд друга и возмущенный, но не менее удивленный взгляд следователя. Пак хоть и повернулся вслед, но не пошёл за ним, предпочитая в этот момент стоять как можно дальше, но он не уходит никуда и не отворачивается, потому что должен быть уверен, что Шуга не пострадает. Чонгук смотрел на Юнги, на то, как он уверенно идёт, перешагивает детские игрушки, обходит песочницу и встаёт перед качелями, даже не перед телом, а именно перед пустой качелей и присаживается на землю, пачкая в пыли свои джинсы. Чимин сглотнул, замечая то, что почувствовал Юнги. Внезапно полицейские замерли, потому что качели начали раскачиваться, заставляя Юнги отпрянуть. Чимин подскочил к нему, заметив, что парень ушиб о нечто невидимое для всех, но не для него, руку.
— Всё хорошо? — спросил Чимин, помогая другу отойти подальше, после чего всё стихло, а полупрозрачная фигура вновь опустила голову, сжимая цепи качели в своих ладонях крепче. Юнги, «не отрываясь, смотрел» на сверхъестественную фигуру. Чтобы обратить на себя внимание, Чимину пришлось самому повернуть голову друга к себе, взяв двумя пальцами за подбородок. Шуга приоткрыл удивлённо рот, хмурясь от осознания произошедшего. Он так разошёлся, что взбесил призрака и Чимин это понимал, увидел последствия.
— Всё плохо, — ответил Юнги, направляясь к телу и Чимин спас его от лопаточки, что полетела ему в голову, резко дёрнув за руку на себя. Та фигура снова подняла голову и смотрела злым взглядом на Юнги, но он продолжал идти, хоть его и пытался остановить Чимин, схватив за запястье. Шуга словно ушёл в другое измерение, где основной целью было — подойти к телу, что, собственно, он и делает сейчас.
— Что ты ему сказал? — спросил шёпотом Чимин, всё же останавливая друга от необдуманных действий. Юнги замер, услышав:
уходи.
— Я хочу помочь тебе! — закричал Шуга, заставляя фигуру затихнуть и покачать головой, лицо его потемнело и обрело пугающий образ. Чимин встал перед Шугой, зная, что другу угрожают сделать очень больно. Чонгук не вытерпел этих странностей и сделал несколько шагов в их сторону с намерением прогнать их с места преступления, но призрак это воспринял, как угрозу себе, он словно не осознавал, что видят и слышат его только двое, хотя было что-то ещё, заставившее бояться приближения Чонгука. Чимина откинуло назад, а Юнги пригнулся, зная, что раз Чимина нет рядом, то ему сейчас что-то в голову прилетит, не прогадал. Чонгук остановился и удивлённо посмотрел на Чимина, упавшего на спину в нескольких метрах от Шуги. Юнги сел на корточки, дотрагиваясь до земли ладонью, ощущая энергетику Чимина, и потому успокоился.
—вставай и два шага вперёд,нагнись и протяни руку, — Чимин решил, что хоть так что-то сделает, раз валяется практически без чувств, придавленный невидимой рукой. Его душа вышла из тела, чтобы помочь Юнги, но он не боялся, что в его тело войдёт другая, на его шее висит амулет. Юнги повернул голову к голосу, понимая, что сделал Чимин и почему его голос звучит не в голове, а где-то сбоку. Парень поднялся и сделал, как сказал ему Пак, но на моменте, когда он должен был сесть, на него налетела та фигура и сбила с ног, заставив вскрикнуть от боли в местах, где его кожи коснулись обжигающе холодные руки. Призрак навис над Шугой, придавливая за плечи к земле, полупрозрачная рука сдавила шею, обжигая нежную кожу своим прикосновением и вырывая из горла сдавленный хрип боли. Чимин помог избавиться от помехи в лице озлобленного призрака, толкнув того в сторону и отвлекая от Юнги. На шее остались слабые ожоги по форме небольших ладоней, которые Юнги слегка потёр, зная, что так делать не стоит, но сейчас он не думал ни о чем здравомысленном.