Unloved

Спрыгнув с кровати, я рванула в спальню Чона.
— Вставай! Быстро!!! — крикнула я, ворвавшись в комнату и подбежав к кровати парня.
— ЁнУ, а потише никак? — ответил хриплым голосом Чон и приоткрыл глаза.
— Я требую, чтобы мой адвокат тоже присутствовал во время составления договора!
— Одного нотариуса хватит. Всё, иди... не мешай мне спать.
— Отдай мне мой телефон!
— Да что ж ты такая громкая? Дай поспать!
— ТЕЛЕФОН!!! — заорала я, склонившись над Гуком. Видимо получилось очень громко, потому что из-за моего вопля, Чон подпрыгнул на месте.
— Ты больная?!!! — развернувшись, крикнул Чонгук.
— Отдай. Мне. Мой. Телефон! — произнесла я и протянула руку в сторону парня.
Рывком схватив меня за запястье, Чон приблизился ко мне и тихо прошептал на ухо.
— Если ты окажешь мне одну очень приятную услугу, я отдам тебе телефон. Как тебе такое?
— Отвали от меня, придурок!
— Не беспокойся. Тебе тоже будет хорошо....
— У тебя хоть что-то кроме этих мыслей в голове бывает?
— Рядом с тобой?
— Идиот! — крикнула я на парня и выдернула руку.
— Хах, дурочка невнимательная. Ничего вокруг себя не замечаешь? Телефон твой давным-давно лежит у тебя в комнате. Что, любовь ко мне застилает тебе глаза?
— Что за хрень ты несёшь?
— Почему же сразу хрень? Вот сама посуди, ...ты проснулась в такую рань и сразу же прибежала ко мне. Разве это не любовь?
— Плевала я на тебя с высокой горки! Придурок! — как же он меня бесит!!!
Выбежав из спальни Чонгука, я направилась к себе. Стоило мне зайти в комнату, как я сразу же увидела лежащий на прикроватном столике телефон. Когда он успел его принести сюда? Только не говорите, что этот дебил снова заходил ко мне в комнату пока я спала!
Схватив телефон, я сразу же набрала мистера Мин (это наш адвокат) и, объяснив ему ситуацию (не вдаваясь в подробности, которые ему не следует знать), попросила приехать в поместье Чон через час. К счастью, за работу мы платим ему достаточно, чтобы он мог бросить все текущие дела и приехать к месту назначенной встречи.
Следом я набрала номер отца. Мы так долго с ним не разговаривали.
— Здравствуй, доченька, — по ту сторону телефона послышался радостный голос отца.
— Пап... привет, — внезапно на моём сердце стало безумно тяжело, выступившие слёзы закрыли пеленой взор, а ком подошедший к горлу перекрыл дыхание. Услышав голос родного человека, я почувствовала себя беззащитной маленькой девочкой, которую сильно обидели.
— Как ты там, милая? Готова к завтрашнему дню? Хочешь, я приеду к тебе?
— Пап, мне здесь... — как же мне здесь плохо, пап. Я безумно хочу домой. Я хочу в твои крепкие объятия. Хочу ощутить твою защиту и любовь, твою заботу и тепло. Но, не думаю, что будет правильным говорить тебе это. Не думаю, что ты должен знать, каким ублюдком оказался Чонгук... ты ведь о нём другого мнения, пап. Узнав правду, ради меня, ты порвёшь все связи с семьёй Чон, отменишь свадьбу, и, в результате, ты, пап, потеряешь то, чему отдал половину своей жизни, то, ради чего ты так долго работал. Я не могу так поступить, ...прости, — ...мне здесь хорошо.
— Родная моя, ты плачешь? Что-то произошло? — услышав нотки беспокойства в голосе отца, я постаралась взять себя в руки.
— Нет, пап, ...это эмоции. Просто, я сейчас очень эмоциональна...
— Милая, ЁнУ, я знаю насколько ты не хоч...
— Прости, пап, мне пора идти, — спросите, зачем я его перебила? Просто внезапно меня осенило, что Чонгук слишком легко отдал мне телефон, а это означает, что с мобильным что-то не так. Скорее всего, телефон прослушивается. — Увидимся завтра... — не хочу, чтобы Чонгук был в курсе наших с отцом планов.
— До завтра, моя хорошая.
— Целую.
Положив трубку, я села на кровать и дала волю эмоциям, которые пришлось задушить во время разговора. Нескончаемый поток слёз скатывался по моим щекам, а тело изредка вздрагивало. Безумная тяжесть в груди, пронизывающая насквозь боль, состояние полной безысходности и беззащитности прожигали меня насквозь. Почему вся эта история происходит с нами? Чем мы заслужили такое?

Спустя некоторое время, я успокоилась и, приведя себя в порядок, спустилась в гостиную. Зайдя в комнату, я столкнулась взглядом с Чонгуком.
— Что с лицом? — поинтересовался, Гук, смотря на меня.
— Не твоё дело, — видимо, мои глаза и лицо были слегка опухшими от слёз и он это заметил.
— Понятно, — произнёс Чон и принялся заинтересованно читать какие-то документы. Одарив его пренебрежительным взглядом, я прошла в комнату.
Спустя двадцать минут позвонили в дверь. Это оказались приехавшие вместе мистер Ким и мистер Мин. Как оказалось, они давно знакомы и уже не раз работали вместе. С одной стороны меня это обрадовало, всё-таки, это уже сработавшиеся друг с другом специалисты, а вот с другой, где-то глубоко в душе закралась мысль: «А стоит ли им полностью доверять?».
Сев за стол, не теряя времени, мы сразу занялись обсуждением основных пунктов. Не думала, что это окажется такой тягомотиной, но этот документ в будущем сыграет для меня очень важную роль, поэтому к его составлению я подошла со всей серьёзностью и внимательностью. Обсудив пункты, касающиеся перечня объектов имущества, входящего в совместную собственность супругов и перечня имущественных объектов, которые не признаются совместной собственностью, мы перешли к обсуждению особенностей правового режима имущества, в том числе денежных вкладов, ценных бумаг, драгоценностей, предметов роскоши, свадебных и иных подарков, недвижимости, транспортных средств и т.д. Следом мы затронули вопросы условий несения расходов, порядка взаимного содержания и ответственности сторон по обязательствам.
Как таковое имущество, денежные средства, вклады, ценные бумаги и т.п., принадлежащие Чонгуку, меня не интересовали абсолютно, но вот когда мы подошли к согласованию раздела, касающегося условий и причин расторжения брачного договора, вот тут я и огласила один из подпунктов, который обязательно должен быть в этом договоре.
— Одной из причин расторжения брачного договора и прекращения брака является измена, — произнесла я и посмотрела на нотариуса.
— Мисс Хо, что Вы подразумеваете, под словом «измена»? — поинтересовался мистер Ким.
— Насколько я понял, Мисс Хо имела в виду добровольный половой акт между лицом, состоящим в браке, и лицом, не являющимся его или её супругой или супругом. Я правильно Вас понял, мисс Хо? — поддержал разговор мистер Мин.
— Да, всё верно.
— Так вот зачем тебе нужен этот договор, — ухмыльнулся Чонгук. — Я сижу и не могу понять, в чём фишка? Пункты касательно имущества — вполне лояльны для обеих сторон, так же как и пункты, касающиеся денежных средств и вкладов, а подвох оказывается вот в чём?
— Господин Чон, этот пункт вписывается в 99% брачных договоров. В нём нет ничего особенного, — ответил ему нотариус.
— Да, но не в случае с нами, — сказал Чон и перевёл на меня взгляд. — Очень жаль, ЁнУ, но ты никогда не сможешь воспользоваться этим пунктом.
— Поживём — увидим! — ты смотри, говно какое! Думаешь ты самый умный? Ничего подобного, Чонгук. Я сделаю всё возможное, чтобы в ближайшее время прибегнуть к условиям этого пункта.
— Хорошо. Вписывайте, — сказав это, Чонгук улыбнулся и подмигнул мне. Вопрос: как я должна понять эту его улыбку и подмигивание?
— Какую сумму выплаты вы бы хотели установить в качестве штрафа? Или обойдётесь без этого, а просто расторгнете брак и договор?
— Так как активные счета с вложениями есть как у меня, так и у ЁнУ, думаю, вариант со штрафом нам подходит. Да, милая?
— Да, ...милый, — улыбнувшись кривой улыбкой, процедила я сквозь зубы.
— Думаю, 1 млрд. вон будет достаточно! — ох, нихера себе он загнул! Это же почти 1 млн. долл. США.
— А не слишком ли это?
— Что, боишься, что не сможешь выплатить? — вот же зараза такая!

— О тебе беспокоюсь! — придурок. — Я согласна, вписывайте!
— Итак, измена одного из супругов, является основанием для расторжения брачного договора и прекращения действительного брака между супругами. В случае измены — брак и брачный договор расторгаются, а сторона, вступившая в добровольный половой акт с лицом, не являющимся его или её супругой или супругом, будет обязана выплатить штраф в размере 1 млрд. вон пострадавшей стороне, в течение одного месяца. В случае неисполнения данного пункта договора, возбуждается уголовное дело и передаётся в суд. Дальнейшие сроки и условия выплаты штрафа устанавливает государственный орган, ведающий разрешением гражданских споров и рассмотрением уголовных дел. Всё верно?
— Да, — одновременно произнесли мы с Чонгуком.
— Хорошо. Теперь перейдём к разделам о порядке внесения изменений в соглашение и срока действия документа.

Ещё немного помудившись, мы наконец-то закончили переговоры.
— Договор вступает в силу со дня государственной регистрации заключения брака. Общий срок действия договора, а также сроки продолжительности отдельных прав и обязанностей равны десяти годам, — изначально, был назван срок в 50 лет. Угадайте, кто это предложил? Правильно! Чонгук. — Внесение изменений в договор возможно только с условием присутствия обоих супругов и должностного лица, уполномоченного свидетельствовать, оформлять различные юридические акты и документы, — сказал нотариус и положил несколько экземпляров договора передо мной и Чоном.
Взяв один из экземпляров, я пробежала по нему глазами и лишь тогда, когда нашла необходимый мне пункт, подписала документ. Следом за мной, его подписал Чонгук. На этом наша встреча была окончена.
Когда дверь за нотариусом и адвокатом была закрыта, я взглянула на часы и офигела. На часах было полседьмого вечера. Мистер Ким и мистер Мин приехали сюда в восемь часов утра, получается, мы десять с половиной часов занимались брачным договором? Охереть! Но, думаю, результат стоит потраченных времени и нервов.

Молча выйдя из гостиной, я пошла к себе в спальню. Оставаться наедине с Чонгуком не было никакого желания, я итак слишком долго лицезрела его морду (во время переговоров, он сидел напротив меня). По пути, в коридоре меня догнала Хани.
— Мисс ЁнУ. Скоро должны привезти Ваше свадебное платье и необходимые аксессуары. Так что, будьте так добры, не покидайте свою спальню, пожалуйста.
— Платье? Ну, пусть привозят. Я-то им зачем? — интересно, каким образом Гук подбирал мне платье. Он ведь даже моего размера не знает. Пипец будет смешно, если платье мне не подойдёт! Хахах, представляю заголовки в газете на следующий день... «Невеста наследника известной строительной компании — пу́гало» или «Принц женился на чучеле».... Мне-то пофиг, что обо мне скажут, а вот Чонгук сто процентов взорвётся от злости. Блин, хоть бы платье оказалось мне не по размеру.
— Господин Чон попросил, чтобы Вы находились в комнате.
— А, так это приказ Чонгука? — тогда я уж точно не буду сидеть в комнате. Нахрен надо! — Хорошо, Хани, я поняла. Можешь быть свободна.
— Но, ещё слишком рано. Я могу Вам сегодня ещё понадобиться.
— Не понадобишься. Иди отдыхай.
— Спасибо, мисс. Завтра в шесть я Вас разбужу.
— Но, почему так рано?
— Как почему? Бракосочетание назначено на десять. К этому времени, Вас должны успеть привести в необходимый вид и доставить в церковь.
— Понятно, — хах, как бы смешно это не звучало, но до этого момента, я ведь даже не знала, в котором часу всё начнётся. — Спокойной ночи, Хани.

Взяв в своей комнате пайту, я вышла на улицу и пошла в уже такой знакомый и такой любимый мною сад, единственное место, где я могу быть той, кем являюсь на самом деле. Оказавшись наедине с собой, в спокойном и безлюдном месте, я наконец-то смогла расслабиться. Сейчас меня одолевали чувства, которые, к сожалению, были отнюдь мне не приятны. Эта свадьба, ...почему именно я? Вся эта ситуация сбивает меня с ног и заставляет думать, что никакого выхода у меня нет и не будет. Выйдя замуж за Чонгука, я ведь, смогу с ним развестись? А если нет? Никогда не думала, что чувство безысходности может оказаться таким пугающе выжигающим всё изнутри.
Не знаю, как долго я гуляла, но за своими мыслями я и не заметила, как очутилась у озера. Сейчас оно выглядело совершенно по-другому. Водная гладь красивейшего озера выглядела устрашающе, она словно манила в свои чёрные объятия, заставляя подходить всё ближе и ближе. Крепкие зелёные деревья в лунном свете выглядели, как страшные монстры, которые ещё немного и набросятся на меня. Как же резко меняется это место в зависимости от времени суток. Если днём это место расслабляет, то сейчас я хочу, не оборачиваясь, бежать отсюда. Внезапно нахлынувший страх, заставил моё сердце бешено колотиться. Развернувшись, я сделала шаг, чтобы уйти отсюда, но поскользнулась. Ещё немного и я бы очутилась в холодной воде озера, но кто-то успел меня схватить за руку и дёрнуть в обратную сторону.
— Какого чёрта ты здесь делаешь? — голос парня прозвучал сдавленно и грубо.
— Чонгук?
— Что ты здесь забыла? Отвечай! — крикнул Гук.
— Отпусти! Мне больно! — Чон до такой степени сильно сжал мою руку, что казалось, будто ещё немного и он её сломает.
— Я ещё раз спрашиваю тебя! Что ты здесь делаешь??? — Чонгук выглядел сейчас, как разъярённый, кровожадный зверь, готовый броситься в любую секунду на свою жертву и разорвать её в клочья. Сколько было у нас перепалок, но я, ни разу не видела его таким злым. Его пронизывающий насквозь, враждебный взгляд был чудовищно пугающим.
— Я, ...я, ...просто, — из-за одолевающего меня страха, я не могла произнести ни единого слова.
— Ты должна сейчас находиться у себя в комнате! Почему ты здесь??? — всё не унимался Гук.
— Я, ...я гуляла... — кое-как выдавила я из себя.
— Гуляла? — в глазах Чона загорелся жуткий испепеляющий огонь. — Гуляла?! Чтобы ноги твоей больше здесь не было! Поняла? — произнеся это, парень грубо толкнул меня в сторону дома.
Видимо, силу он не рассчитал... или специально так сильно толкнул... не суть, главное то, что из-за него я оступилась и, упав, сильно ударилась рукой. Зашипев от боли, я схватилась за руку и застыла на месте. Горячие слёзы уже вовсю катились по моим щекам, а дикий страх, казалось, сковал всё моё тело и отнял голос. Что происходит? Это из-за того, что я не осталась в комнате, как он приказал? А не перебор ли это?
— ЁнУ! — крикнул Чонгук и подскочил ко мне. — Прости, я не хотел... — произнеся это, Чон попытался взять меня под руку, чтобы помочь подняться.
— Отвали! — отбив его руку, я самостоятельно поднялась на ноги.
— ЁнУ... — начал говорить Гук.
— Никогда! Слышишь? Никогда больше не прикасайся ко мне! Дерьма кусок! — что с ним? Что это только что было?
— ЁнУ, прости...
— С сегодняшнего дня ты для меня больше не существуешь!