3
Следующий день начался не с кофе — а с мыслей о стриме. Алина проснулась с лёгкой усталостью, но внутренне была заряжена. Вечер в клубе будто вдохнул в неё новые силы, и теперь она не просто хотела стримить — она горела этим.
К обеду она уже всё подготовила: обновила сцену трансляции, протестировала звук, пересобрала OBS, как обычно, три раза — на всякий случай. Сегодня был геймплей — её любимая часть, где она могла полностью раствориться в игре и реакции чата.
Стрим стартовал привычно: пара старых зрителей в чате, пара знакомых ников. Потом подтянулись новые. Число зрителей медленно, но уверенно росло. Чат стал живее, на экране начали мелькать донаты — небольшие, но стабильные. Кто-то шутил, кто-то спрашивал про вчерашнюю тусовку, кто-то советовал игру.
Алина улыбалась чаще, чем обычно. Слова шли легко, будто она общалась со старыми друзьями. Она чувствовала, как между ней и аудиторией возникает та самая невидимая, но крепкая связь.
И вдруг — знакомый звук.
На экране всплыл донат. Большая сумма. Намного больше остальных. Тот же ник. Без фото. Без ссылки. Без всего.
Сообщение:
«Тебе очень шло то чёрное платье.»
На мгновение Алина зависла. Её пальцы перестали двигаться по клавиатуре. В горле пересохло, сердце сделало лишний удар. Чат не понял сразу — сообщение было коротким, донат анонимный.
Она сглотнула и попыталась сделать голос спокойным:
— Ну что ж... кто-то здесь оказался на вчерашней тусовке, видимо, — тихо рассмеялась, но в улыбке была лёгкая тревога. — Спасибо за поддержку. И за... наблюдательность.
Но в голове уже крутились вопросы. Кто? Когда? Почему снова он?
И главное — зачем?
Сердце билось быстрее, но она не позволила себе уйти в размышления. Вместо этого — включила следующую катку. Стрим должен продолжаться.
Но внутри снова появилось это ощущение: как будто кто-то наблюдает. Молча, издалека.
И знает гораздо больше, чем показывает.
Алина сделала паузу. На экране шла загрузка следующей игры, чат продолжал жить своей жизнью, но она смотрела куда-то мимо монитора. Её лицо было серьёзным, задумчивым — слишком не похоже на ту улыбчивую девушку, которую привыкли видеть зрители.
"Он был там", — тихо подумала она. — "Среди всех. Смотрел. Знал, кто я. И, возможно... говорил со мной".
Удивительно, как одно короткое сообщение способно перевернуть настроение. Не то чтобы она испугалась. Но теперь у её воображения был контур. Чёткий. Кто-то из их круга. Кто-то, кто видел её в этом платье. Кто-то, кто не подошёл тогда... но подошёл сейчас. Через экран. Через анонимность.
В это мгновение снова всплыло уведомление.
[DONATION RECEIVED]
Та же крупная сумма. Та же тишина перед звуком. И новое сообщение:
«Прости, что так резко. Не пугайся. Просто не мог сказать это вчера.»
Алина замерла. Секунда — две — три. Внутри что-то сжалось, как перед чем-то важным. Перед разговором, которого боишься, но ждёшь.
Она медленно выдохнула, поправила наушники и, чуть улыбнувшись, произнесла:
— Пугаешь ты меня не донатом, а тем, что так точно умеешь выбирать слова... — она посмотрела прямо в объектив. — Но окей. Не пугаюсь. Пока что.
Чат отреагировал взрывом: одни сразу начали шутить, другие строить теории, кто это может быть, третьи писали, что это романтика в прямом эфире.
Алина же продолжала играть — механически, почти на автопилоте. Мысли крутились не вокруг игры. А вокруг одного человека, который не нашёл в себе сил подойти вчера. И всё равно нашёл способ быть рядом.
Когда стрим завершился и камера погасла, Алина ещё долго сидела в тишине. Свет от монитора отбрасывал на стену её силуэт — напряжённый, сжимающий в руках кружку с остывшим чаем.
Она чувствовала, как в груди нарастает тревога. Пока шёл стрим, было легче — между ней и реальностью стоял экран, чат, весёлые комментарии. Но теперь она осталась одна в тишине. И с этим ощущением, что кто-то смотрит. Не просто зритель. А наблюдатель.
Как будто её реальная жизнь тоже стала частью трансляции.
Она открыла телефон, быстро написала Ане:
«Мне жутко. Аня, а если он не просто зритель? А если это какой-то сталкер?..»
Ответ пришёл почти сразу:
«Что случилось? Он написал тебе что-то?»
«Сказал, что был на вечеринке. Что видел меня. Что не смог сказать это в лицо. И всё это с анонимного аккаунта. Уже второй раз. Мне реально становится не по себе...»
Алина зажала телефон в руках и нервно покрутила прядь волос. Всё казалось сначала просто забавной игрой — внимание, интерес, тайна. Но теперь это напоминало сюжет из фильма, где главный герой не сразу понимает, что за ним следят. Что его личное — уже не личное.
Она встала, подошла к окну и чуть приоткрыла штору. Смотрела на пустой двор, на машины под фонарями. Всё выглядело привычно... но внутри всё сжималось от неуверенности.
Может, это всё ерунда? Просто добрый зритель с деньгами...
Но что, если — нет?
Алина вдруг поняла, что впервые за всё время ей стало страшно быть одной.
Аня не заставила себя долго ждать. Через пару минут пришло голосовое — тёплое, спокойное, с её привычной хрипотцой:
— Али, ну ты чего, солнышко? Да просто чувак стесняется, вот и всё. Ты ж сама говорила, как выглядела — как бомба. Уверена, он в тебя влюбился, а подойти постеснялся. Это не повод думать, что он маньяк. Всё хорошо, правда. У тебя просто начался новый этап — тебя начали замечать. Это нормально.
Алина переслушала голосовое ещё раз. Потом ещё.
Голос подруги действовал как тёплый плед — успокаивал, возвращал ощущение контроля.
Она улыбнулась, чуть склонив голову, и набрала короткое сообщение:
«Спасибо. Я просто реально перепугалась. Сейчас отпустило. Спокойной ночи тебе»
— И себе тоже, — пробормотала она, выключая телефон.
Перед тем как лечь в постель, она села за ноутбук. Зашла в телеграм-канал — её маленькое пространство вне стримов, куда подписывались только те, кто действительно интересовался ею.
Набрала короткий пост:
"Сегодня был невероятный стрим. Спасибо всем, кто пришёл, кто писал в чат и поддерживал. Я вижу вас. И это очень ценно. Добро пожаловать в мою маленькую реальность. Надеюсь, вам здесь уютно."
Поставила точку, добавила фото из архива — с недавнего стрима, где она улыбается, слегка усталая, но счастливая. Нажала "опубликовать".
Потом погасила свет, улеглась под одеяло и закрыла глаза.
Тревога потихоньку растворялась. Завтрашний день обещал быть обычным — и она надеялась, что всё, что произошло, останется просто странным, но приятным эпизодом.
Пусть всё будет спокойно, — подумала она, проваливаясь в сон.