Глава 31
Проснулась от того, что самолет упал в небольшую воздушную яму, и желудок подкатил к глотке. Потребовалось несколько секунд, чтобы вспомнить, где нахожусь и что случилось. Пэрис лишь глубоко вздохнула, удобно устроившись у меня подмышкой, в ее случае связь с реальностью была полностью потеряна.
Мы лежим с ней в одном из отсеков с креслами, которые превращаются в кровати, в бизнес джете Сина. Он несет нас через Южно-Китайское море в Акрос, и я ничего не могу с этим поделать. Между нами теперь может встать только авиакатастрофа, которую я, конечно, могу организовать, но не особенно хочу.
Закатное солнце настойчиво пробивается сквозь не до конца закрытую шторку иллюминатора, и окрашивает теплым светом полумрак салона, отделанного оранжево-кирпичным бархатом, словно мы снова в шестидесятых. Плавные линии и мягкие ткани, премиальный хлопок наволочки под моим затылком. В других обстоятельствах я бы восхитилось тем, как это красиво и элегантно, но сейчас эта комфортная обстановка вызывает лишь раздражение.
Как только я проводила глазами машину с абсолютно злым и расстроенным Аресом, все внимание было отдано девочке, которая сейчас мирно посапывает рядом, подложив одно ладошку под щеку словно ей пять. Мне было абсолютно все равно на слова, вылетавшие изо рта Сина, пока стремительно я сокращала расстояние и буквально врезалась в Пэрис, заключая в объятия.
Она начала плакать в ту же секунду, чем разорвала остатки моего черствого сердца в клочья. А я шептала ей в волосы «прости, прости, прости» столько раз, что кажется, мы успели проделать половину пути до аэропорта, пока наконец она не перестала всхлипывать у меня на плече.
То, что Син был шокирован разворачивающейся картиной, было видно невооруженным взглядом. Его глаза лихорадочно прыгали с меня на малышку и с каждой минутой нашего взаимодействия непонимание, как эмоция, расцветала все более ярко на его лице. Он будто не мог поверить в то, что выбрал верный рычаг давления.
Мы ничего с ним не обсуждали, не перекинулись даже парой слов, пока покорно забралась в его самолет, сжимая руку Пэрис, до того, что ее пальцы белели. Прикосновение к ней не давало мне разрушиться. Точнее разрушить все вокруг.
«Думай о цели» - слова голосом Ареса возвращали меня к реальности, где задачи стояли шире, чем просто разорвать на мелкие куски сопровождающих меня людей.
Я собираюсь не оставить ничего после себя, а это требует времени и терпения. А еще железной воли, чтобы не разбить лицо, которое прямо сейчас смотрит на меня, заглянув за перегородку, отделяющую нас с Пэрис от остального салона. Син высокий, так что мне видны даже его накаченные серфингом плечи. Он хмурится и опускает голову к одному плечу, так что челка падает ему на лоб.
- Ты проснулась?- шикаю на него с неподдельно злостью, и он в ответ закатывает глаза, но продолжает на пол тона тише.- я планировал поесть, не желаешь присоединиться?- кидаю взгляд на ребенка, который не шелохнулся и снова смотрю на него.- Нам надо поговорить, а она маловероятно, что очнется до того, как мы приземлимся.
- Откуда ты знаешь?
- Возможно, - нехотя растягивает он, смотря в сторону от меня.- я не давал ей нормально поспать последние два дня.
Это настолько предсказуемо, что я только недовольно вздыхаю, и встаю, аккуратно перекладывая Пэрис, на освободившееся место. Оглядываюсь, понимая, что кроме телефона у меня и вещей то нет. Даже паспорта, что переводит мой потенциальный побег из страны, практически в разряд невозможного.
Син галантно открывает передо мной дверь, и указывает открытой ладонью на столик между двух мягких диванов, в несколько шагах, как будто пространство самолета может позволит нам какой-то другой вариант. Так что просто понуро плюхаюсь на сидение, окинув обстановку незаинтересованным взглядом, фокусируюсь на парне, устроившимся напротив.
- Шампанского?-
- Мы что-то празднуем?
- Твое возвращение.
- Себе можешь тогда налить. Мне бы чего-то покрепче.
- Как ты не спилась то за это время?
Он усмехается, откупоривая бутылку с глухим хлопком, и довольно вдыхает дымок, которые поднимается от горлышка, затем разливает игристое по бокалам, а я пытаюсь не думать, что стоимость бутылки стремится к одной почке вполне здорового донора.
Движение Сина плавные, и как будто все, что происходит с нами – рутина, и ничего ужасного не случилось пять лет назад, да и сегодня я села добровольна в самолет с ним. Как только он опускает бутылку в ведро со льдом, тут же подхватывает ножку своего бокала, констатируя:
- За встречу.
Залпом выпивает содержимое, не обращая внимание на то, что свой я так и не тронула, только молча перевожу внимание на стол.
Перед нами расставлены изысканные закуски. С ходу угадываю несколько дорогущих французских сыров, вяленное мясо и помидоры, артишоки, оливки и мед, еще одна тарелка с морепродуктами. Я уверена, что это идеально сочетание для вина в наших бокалах, но все равно не чувствую ни намека на голод, хотя сейчас закат, а в последний раз ела я довольна рано утром.
- Прекрати делать вид, что происходящее не тянет на похищение и удержание против воли.- цежу я сквозь зубы, возвращая прямой взгляд на Сина.
Азиат замирает всего на секунду, чтобы понять, смысл, но затем его рот изгибается в саркастической улыбке.
- Ты сама согласилась.
- Какие у меня были варианты? Ты бы убил моего, скорее уже бывшего, парня. Наказал подругу, и мы оба знаем, что дал бы продолжать это делать дальше. Приволок двенадцатилетнюю девочку, чтобы я точно не решилась тебе отказать. Что мне оставалось сделать?
- Твоего парня?
- Это единственное, на что ты обратил внимание?
- Ну то, как он обгладывал твое лицо в машине, конечно навело меня на кое-какие мысли... Помнится, в прошлый раз ты яро доказывала, что между вами ничего нет.- он игриво щуриться, провоцируя меня продолжать обмен колкостями. Конечно, для него все это шутка, а не несколько разрушенных за утро жизней.
- Чего ты хочешь? – мои слова получаются грубее, чем я хотела.
- Сейчас? Чтобы ты поела и расслабилась.
- Позволь напомнить: я тут не по своей воли.
- Возможно, временно.- Я прожигаю дыру глазами в Сине, пока он откидывается на спинку дивана напротив и снова подносит бокал к губам делая большой глоток.- Ты в курсе моих дел с Грю?
- Нет, и мне это не интересно. Он выкинул меня как котенка, который стал раздражать пять лет назад, обеспечив полную изоляцию от этого мира.
- Я бы все-таки сделал пару глотков игристого, как подготовительный. Ты выглядишь совсем не слегка напряженной.- его тон игривый, но не получив ответной реакции, Син просто безразлично пожимает плечами с напускным безразличием. - Тогда, просто немного введу тебя в курс дела: наши с ним отцы преставились и теперь управление Акроса перешло к наследникам.
Он говорит это с большим энтузиазмом, чем ожидаешь от скорбящего сына.
- Тебе мое сочувствие нужно или поздравления?
- Возможно, если ты перестанешь плеваться ядом, то заметишь, что я говорю о наследниках во множественном лице. Грю имеет определенную часть так называемых акций Акроса. Получил по наследству.- моргаю несколько раз, пока до меня доходит смысл сказанного. Это значит, что его отец меня не покупал. И что, возможно, ему не нужно было выплачивать мою дань. Истинное удовольствие разливается по лицо Сина, когда он понимает, что я догадалась.- Но это не контрольный пакет, что его дико расстраивает. Я обещал хотя сравнять нашу долю, если он вернет тебя в семью.
- Не думала, что я так дорога тебе.
- И не только как память, Сайгон.
- Чего тогда сам не приехал? Уверена, Грю с радостью бы рассказал, где живу.
- Видишь ли, взрослые мальчики не любят делится своими игрушками. Думаю, он хотел, чтобы я умолял, а ты – показала истинную преданность своими поступками.
- Я думала, что отдаю долг за свою свободу.
Темно-карие глаза, выделяющиеся на фоне обесцвеченных волос сосредоточены полностью на мне, с тех пор как я села напротив. На секунду, в них проскальзывает жалость. Она дает мне сигнал, что таки наступила на нерв, который и был нужен.
- Это всего лишь его эго. Ничего личного, дорогая.- притворно эротично выдыхает азиат.
- Ты уверен, что твое не учувствовало? В чем между вами разница?
Син совсем слегка поддается вперед, сокращая дистанцию между нами, в то время, как я все еще холодно неподвижна. Его взгляд задерживается на моих губах, и я искренне надеюсь, что он вспоминает, как я целовала Ареса пару часов назад. Очень хочется, чтобы он испытывал хоть какую-то боль прямо сейчас.
- Я скучал.
- По словам Грю - он тоже.
- Он знал, что с тобой все в порядке, и дразнил меня все это время, держа на расстоянии. Даже в нашу первую встречу на острове, он хотел, чтобы я вышел из себя, чем не горжусь, но еще раз подчёркиваю: из нас двоих в тебя стрелял не я.
- А что ты хочешь сейчас от меня?
- Сотрудничества. Что ты была рядом со мной, как перевес при равных. Я не держал шепчущих при себе, но Грю развел бардак, и я чувствую очень острую потребность в ком-то из вас.
- И все?
- Ты и сама понимаешь, что это довольно-таки утомительно, быть возле короля греха.
- У тебя есть твоя любимая ведьма, уверена, что место подле занято.
Син резко поддается назад, забрасывая руки на спинку дивана, и я несказанно рада, увеличившемуся между нами расстоянием, добавляя спесивости образу.
- Фэм классная.- Небрежно бросает, имитируя безразличие.- Но говорят, что твой бывший, еще и ее бывший, так что не думаю, что вы подружитесь.
- Если я не захочу?
- Ты уверена, что хочешь проходить через стандартный круг угроз, которые включают издевательства над кем угодно, кроме тебя самой. Неприкосновенность может тоже ранить. – Последние слова он говорит на полном выдохе, словно какую-то молитву. - Я готов выполнять твои условия, сделать твою жизнь в Акросе почти идеальной. Тебе достаточно просто выполнять небольшие просьбы, которые, как бы мне не было прискорбно, будут касаться исключительно бизнеса и не включать в себя сбрасывание одежды.
- Но я буду заперта в твоем питомнике.
- Мы даже это можем обсудить. – он берет паузу, чтобы добавить драматичности моменту. – Король умер. Да здравствует король. А ему нужна королева.
- Я люблю другого.
- Спорим, он об этом не знает, потому что максимум, что ему перепало – твое тело.- Сученок бьет точно в цель и мне требуется очень много усилий, чтобы не рвануть через стол, выколупывать его глаза.- Так что не стесняйся, Сайгон. Что могу сделать для тебя, чтобы тебя меньше тошнило от моей компании?
- Никаких больше наказаний для Лондон, ты отправишь ее обратно к ее хозяину, ребенок будет жить со мной.
- Правила таковы, что у детей отдельное...
- Мне все равно, она будет уходить с утра и возвращаться вечером. Если я увижу на ней хоть один след от побоев, клянусь, что будешь собирать по ошметкам мозги ищеек, которые к ней притронулись.
- Когда ты успела стать такой злобной? – я плохо сдерживаюсь, чтобы оскалить зубы. Син улавливает микродвижение мимики и тут же отступает.- С этого момента никто пальцем не тронет твоих фавориток.
- Никаких ищеек в моих комнатах, их территория заканчивается на пороге, за исключением случаев, когда я буду истошно орать, потому что на меня нападают. Что, как мы понимаем, сильно маловероятно. Никакой видео, аудио или любой другой слежки. – Син набирает воздух в легкие, чтобы возразить, но я лишь слегка опускаю голову к плечу.- Мы должны поработать над доверием другу, а видеокамеры этому не способствуют. Ты будешь таскать меня за собой везде. Грю будет смотреть, но не приближаться. Я не хочу, чтобы он даже пробовал со мной разговаривать.
- Если ты попросишь еще в чем-то его ограничить, я кончу себе в штаны от удовольствия.
- Ты отвратительный.
- А ты не поняла, что за исключением побега, я готов дать тебе практически все.
- И я не могу найти ни одной адекватной причины для этого. Ты держишь меня против воли возле себя, но я как будто могу наслаждаться этим. В чем чертов подвох?
- Я был юным и глупым. Настолько, что не понял, как предал единственную, которая по-настоящему нравилась. С которой было не тошно разделять свой мир. Ты мне нужна как актив, но я не хочу врать, что больше не в чем не заинтересован. Как минимум хочу узнать, что случилось с тобой в тот момент и...
- Ребенка у нас с тобой нет. Я потеряла его, как только все вышло из-под контроля. Обсуждать это не буду, даже если попробуешь надавить.
Син снова тянется за бутылкой, наполняя свой бокал.
- Мне очень жаль, что я струсил.
И что-то в его интонации заставляет меня поверить, что в его ауре все залито противным болотным цветом тоски, сжимающей грудную клетку до боли. Я не собиралась, но тянусь к своему бокалу, все еще наблюдая за азиатом перед собой.
- Так что этот бокал мы выпьем за него, и больше никогда не вернемся снова к этому.
Син грустно улыбается моим словам, но подхватывает свой и тут же опрокидывает залпом, точно так же как и я. Чувствую, как пузырьки лопаются на языке, приятно щекоча, пока я получаю возможность горевать о своей потере с кем-то для кого она что-то значила. Син скорее всего не догадывается, как важны его слова для меня. Даже если это искусная ложь, я все равно хочу в нее верить, чтобы убаюкать свою боль.
- Ты можешь вернуться к девчонке, если хочешь, или все-таки поесть, уверен, что ты не особо беспокоилась об этом в последнее время. Хотя выглядишь получше чем, когда я увидел тебя впервые в том пляжном клубе. Даже здоровый цвет лица в кое-то веки есть. А мне надо заняться делами, можешь чувствовать себя как дома. – Он резко поднимается, собираясь направиться в нос самолета, где мной замечен рабочий стол с ноутбуком и дополнительным монитором.- в любом случае, у нас еще полтора часа до посадки.
Я не остановила его, когда он оставил меня одну за столом, но все-таки перехватила несколько кусков по настоящему восхитительной еды. Совру, если скажу, что не скучала по тому, что значит быть рядом с ним и Грю: лучший сервис, самая вкусная и интересная еда, внимание, страх, благоговение и другие странные чувства, которое гладили мое самолюбие по шёрстке.
В течении следующих трех часов каждый раз, когда Пэрис пытается со мной заговорить, я почти незаметно качаю головой и укоризненно смотрю, чем заставляю ее прятать взгляд и молчать, но все еще крепко сжимаю ее руку, с тех пор как она проснулась.
В Акросе мы оказываемся глубокой ночью. Хорошо, что сейчас темно, стены и сад, сквозь который мы двигаемся в очередном охренительно дорогом внедорожнике не давят на меня своим видом. Уверена, что завтра, когда солнце будет высоко, я сполна смогу предаться ностальгии и ужасу от этого места.
Син отправляет нас в крыло, выделенное для него и остальных приближенных, но сам направляется в сторону официальных кабинетов. Пока мы идем, пытаюсь запомнить путь, хотя прямо сейчас это бесполезно, я дико устала, минимум от того, что держу свою ментальную защиту почти весь день. Мне срочно нужна передышка. Иначе не исключено, что мои мозги вытекут через уши через какое-то время. А еще я очень не хочу столкнутся с Фэм, когда так отвратительно наполнена своей силой. Да, Афина, может взять это на себя, но мне бы не хотелось разыгрывать ее карту, через полчаса после своего возвращения. Поэтому я не отстаю от четырёх охранников-ищеек, окружающих меня с Пэрис по периметру, и шагаю с максимальной возможной скорости, испытываю реально облегчение, когда мы останавливаемся возле богато украшенной резьбой дверью.
- Доброй ночи. – говорит старший среди них, слегка поклонившись мне, и самый знакомый внешне, но я так устала, что даже не могу оценить то, сколько уважения в его жесте. Так что молча заталкиваю девчонку в нашу комнату. На автомате прикладываю свой большой палец на панели охраны, чтобы закрыть дверь. Интересно, что бы делала, если бы Син не позаботился о настройках заранее? Придвигала ближайшую тумбу, чтобы создать иллюзию безопасности? Не включая свет, почти наощупь тащу Пэрис в спальню, точно зная, что кровать там достаточно большая, чтобы уместить нас двоих.
- У меня нет сил раздевать, но, если ты хочешь...- говорю ей, неуклюже сбрасывая обувь. Она повторяет за мной и вот мы обе плюхаемся на идеальны матрас темной комнаты. – Поднять щиты.- выдыхаю я с облегчением. Ощущая как невидимые преграды вырастают вокруг нашего убежища. Пэрис набирает воздух от неожиданности. Да, защита невидимая, но мы ощущаем ее кожей, словно кто-то пустил ток вокруг.- В Акросе без них никогда не засыпай.- говорю ей одно из непреложных правил выживания, отпечатанных на подкорке моего сознания. Сколько их еще, с которыми мне надо ее познакомить?
- Хоши...
- Тут я - Сайгон. Хоши нет для Акроса.
- А для меня нет Сайгон.- я слышу первую злость за все время в ее голосе. Злость - это хорошо. Она помогает выживать.
- Прости, что я втянула вас в это. И мы завтра обязательно погорим и...
- Давай просто поспим. У меня нет сил сегодня...
И мне не останься ничего, кроме как подчинится ее просьбе.