Глава 35
Удар по мячу
Характерный хлопок.
Еще удар, который вводит меня в своеобразный транс.
Я пытаюсь направить свою агрессию через ракетку.
Ли взмок, я, к слову, тоже, но далеко не выдохлась как это было от первого сета большого тенниса с ним раньше. И, судя по тому, с каким отчаяньем он достает почти каждый посланный мяч, Ли тоже это заметил. Я не веду в счете, мы планомерно топчемся вокруг ничьи, но то мой друг в курсе, что я в лучшей физической форме, чем была когда-либо до этого
Его подача, мой удар, который пересекает сетку слишком близко. Ли полностью уверен, что он останется на моей половине, по этому даже не попытался сорваться вперет но как бы не так.
- Сет!- констатирую, ухмыляясь, понимая, что 5:5 – в нашем противостоянии просто невероятный успех для меня.
- Тайм-аут. – ноет в ответ Ли, направляясь к зонтику у кромки корта, попить воды.- Откуда в тебе столько силы, Сай?- его шаги слега неуверенны, как будто я все таки его загоняла.
«А это я еще не вступала»,- усмехается Афина в моей голове. Она появляется не так часто, как я предполагала и почти привыкла к ее мелодичному голосу. Возможно, мы даже сможем спеться со временем, если ее план провалится и нам придется уживаться до конца моих дней.
- Как будто ты не в форме.- притворно сожалею, наматывая локон из хвоста на палец, улавливая опасный блеск в глазах азиата. Ли ненавидит проигрывать. Они с Грю – самые азартные люди, которые когда-то встречались на моем пути, так что я прекрасно знаю, куда бью. Его губы изгибаются в наглой ухмылке, и я готовлюсь к ответному удару.
- Я думал, что Арес работал только над твоими мышцами внутренней поверхности бедер, но судя по ударам...
Мяч оказывается в воздухе быстрее, чем я смогла сформировать какую-то здравую мысль, и врезается в корпус Ли четко по средине с внушительной скорость, заставляя его схватится за солнечно сплетение и согнуться. Он кряхтит от боли и уверена, что ему сложно устоять на ногах, но к своей чести, именно с этой задачей он справляется.
- Господь...- он говорит на рваном вдохе,- Я больше никогда не упомяну его имя, когда у тебя в руках будет какое либо оружие. Или предмет, который может быть использован как оружие. Или просто обычный предмет, который вообще не должен быть использован как оружие. Клянусь. Ты же в курсе как близко солнечно сплетение находится к яйцам?
- Судя по тому, что она не попала в них – точно в курсе. - резко разворачиваюсь на голос Грю в нескольких метрах от нас. Он приближается довольно медленно, словно к парочке диких животных, и, в целом, эта стратегия оправдана, он наверняка видел, что я пару секунд назад сотворила с его другом. Ли предпринимает попытку выпрямится, но она жалкая, и Бывший делает легкое движение кистью, намекая, что он может остаться рассматривать свою гордость на уровне моей талии.
Мы не виделись около недели, с тех пор как оба участвовали в наказании Лондон. Каждый день Энджи приносила пару слов о ее состоянии и просила не вмешиваться, дать ей восстановиться и не пытаться привлекать к нашей дружбе дополнительное внимание. Из-за этого мне становилось все более тошно, стыд за то, что я натворила, пожирал изнутри словно кислота и казалось, что это чувство рано или поздно перекроет дыхание.
И я не верила ей, так что все еще не было доказательств, что мои действия не причинили непоправимый вред.
В остальном я вела себя как примерная, дрессированная, хорошая шепчущая. Сидней передал, что Син ожидает видеть меня на обеде рядом с собой, так что я появлялась вовремя, одетая в очередной привлекающий всеобщее внимание наряд, сидела по левую руку от него и молча ела. Он пытался вовлечь меня в разговор, комментировал еду и мой внешний вид, но я идеально умею разыгрывать незаинтересованность, так что в ответ Син не получил ни единой эмоции. И был крайне раздражен этим обстоятельством.
- Не кусай руку, которая тебя кормит.- однажды высказался Сидней, когда мы вышли из столовой.
- Я еще даже пасть не открыла. – парировала в ответ. После этого мы оба снова игнорировали тот факт, что я буквально нарываюсь на неприятности. Но на секунду, я заметила в его взгляде опасение.
Каждый раз, когда Сидней сталкивался с проявлением меня настоящей, в его глазах застывает страх, и, он точно не за меня. Он боится, что разрушу весь его старательно выстроенный мирок, и, возможно, наконец понимает, насколько Король Грехов подставил, приставив ко мне с одной задачей: уберечь.
Сегодня Грю одет в легкие довольно широки светлые брюки и темную футболку – поло, которая подчеркивает его высокий статус здешнего аристократа. Ткани одежды натуральны, и они так двигаются от легко ветра, что всем сразу понятно, насколько этот хлопок премиум, особенно на фоне меня и Ли. На мне обычные темные велосипедки и спортивный топ, врезающийся в плечи и ребра плотной тканью.
- Син ясно дал понять, чтобы ты не приближался к ней. – Сидней вынырнул из-за ближайшего достаточно высокого кустарника у корта, выдав свое место дислокации на наших тренировках. В его интонации нет злости, но есть угроза, особенно с учетом стремительного приближения к нам врага и того, что он тянется за коротки копьем, которое прикреплено к корпусу со спины. Грю зло морщиться и останавливается, но не успевает ничего сказать, потому что я сама вмешиваюсь, делая шаг к Сиду и поднимаю руку в жесть призывающему остановится.
- Грю стоит на месте, правда же?
Желваки на челюсти Бывшего ходят ходуном, от того, что я заставляю его подчинится, уверена, что он и приперся сюда только для того, чтобы проверить насколько далеко Син разрешает нам с Сиднеем отдаляться друг от друга. Уверена, он был бы очень расстроен, узнав, что через день его цепной пес спит на диване в моем номере, потому что «Нет достаточного количества солдат, которым я бы доверил следить за тобой. И дело не в них. А в тебе». Это не плохо, мне по крайней мере есть с кем поболтать, к тому же подобное недоверие знатно чешет мое эго.
Внимание всегда лестно.
В основном мы вспоминаем наше время, проведенное в этих стенах подростками и иногда он мне рассказывает что-то про их с Сином приключения, а иногда я ему про свои. И мы оба отлично понимаем, что другой слушает внимательно, пытаясь выкроить крохи чего-то полезного для себя.
- Как ты Сайгон? Мы не виделись с того обеда ,и я немного переживаю... – обращается ко мне Грю, сопровождая вопрос недвусмысленным взглядом. Я должна догадаться о его двойном дне, но мы с Ли играли больше часа на солнечном корте, так что меня нет сил понять его шарады. Ли хватает меня за запястье, оцарапывая сломанным ногтем нежную кожу, виснет на мне, будто я резко поменяла габариты и этого хватит, чтобы удержать его. В итоге нас ведет на несколько шагов, ближе к Сиднею, который уже всматривается, подозревая, что что-то в этом не чисто.
- Я в порядке.- возвращаю Грю, пытаясь сохранить равновесие, упираясь ладонями в грудь навалившегося Ли, отталкивая в прямое положение.- Полегче здоровяк, я не тяжелоатлетка.
- Я знаю, но ты отправила этим мячом меня в нокаут. Двойные сигналы ни к чему хорошему не приводят.- И шопот у моего уха.- Ты говорила, что Син сегодня в отъезде?– что-то в его интонации заставляет меня подумать о ловушке.
Потому что я знала об этом, но не озвучивала вслух. И Сидней точно не поделился этим.
А затем я почувствовал, как окружающая обстановка сделала сальто вокруг меня, теряя контроль над телом. Кажется, Сидней подхватил меня у самой земли, препятствуя встречи виска и покрытия корта.
- Что с ней. – мое тело почти ничего не весит, потому что кто-то слишком легко поднимает меня на руках
- Мы полтора часа играли на палящем солнце. Она просто перегрелась. Ей бы охладится.
Ли блефует, мы вышли рано и солнце не особо палило. Игра была интенсивной, но не настолько. И не теперь.
Я потеряла контроль над телом.
По крайне мере, я понимаю, что нахожусь на руках у Сиднея. К нему доверия в такой ситуации чуть больше, чем к остальным, он единственный из окружающих никогда не был во мне заинтересован больше, чем от него требовали обязанности.
- Мои комнаты ближе всего.- Грю говорит тихо, как будто у каждой травинки вокруг нас есть уши.
- Хочешь, чтобы Син на всех порешил? – рычит Сидней в ответ на предложение Грю.- Сайгон, что с тобой?
Я бы хотела ответить, но мой язык определенно отказывается учувствовать в этом.
- Она выглядит плохо, неужели ты готов рискнуть?- слова Ли повисают надо мной в воздухе, пока Син тяжело дышит, взвешивая риски.- Уверен, что ее жизнь выше других приказов.- Тело не слушается, но соображаю я очень хорошо, что крайне странно. Грю блефует, Сидней волнуется. Я повисла в его руках и не могу никак помочь. И не известно, как себя чувствует Афина, и не озарю ли я всех сиянием своих лазурных глаз, если попытаюсь поднять веки?
- Син ясно дал понять...
- Просто не скажем ему...- до последнего не уверена, что смогла озвучить это в слух.
Я слушаю сердце Сиднея в течении 3 или 4 вдохов, оно бьется слишком сильно, и я не знаю, он, правда, переживает за меня или за то, какое наказание ему светит, если он клюнет на уловку Грю.
А затем, я почувствовала, что слюна прокладывает дорожку через уголок моего рта. Последняя мысль, которая возникла у меня в голове перед забвением, был про то, что это точно не тепловой удар.
***
- Ты говорил, что все будет в порядке.
- Не думал, что ее свалит такая микродоза.
- Она весит килограмм пятьдесят, повезло, что по итогу дышать сама смогла. Если бы ее пришлось интубировать...
- Но не пришлось же.
Как будто день встречи выпускников приходился не на сегодня, но Ли и Энджи собачатся возле меня, как в старые добрые времена.
И теперь я понимаю, что легкая царапина, которую я списала на сломанные ноготь, была совсем не ею.
Ли меня накачал. Какой-то дрянью, которая сделало тело, не принадлежащим мне. Когда я верну контроль себе – ему конец. Я позову Афину, привяжу его к сетке, окружающей корт, и буду долго и планомерно подавать совсем не в центр корпуса, а пониже.
А затем я разобрала мягкие шаги, с отсутствием характерного удара пятки о пол, приближавшиеся к нам. Слишком узнаваемые и звучащие все громче.
- Сидней нервничает. Может пойдете развлечете его немного? В конце концов, он единственный, кто не преследовал какую-то невнятную дополнительную цель сегодня, мне даже немного его жаль.
- Если поймешь, что она перестала дышать...- наказывает Энджи.Довольно строго, как для той версии себя, которая мне известна.
- Если она перестанет дышать, навыков ни одного из нас не хватит для того, чтобы поддержать в ней жизнь. Так что будем надеяться, что этого просто не случится.
Сарказм в голосе Лондон невозможно проигнорировать, и Энджи ничего не отвечает, но я слышу, как они покидают комнату и испытываю определенное облегчение. А затем чувствую, как кровать в районе ног прожимается, потому что Лондон садиться рядом со мной.
- Я знаю, что ты пришла в себя, Хоши. – это имя я слышу впервые с тех пор, как вернулась в Акрос. – У нас минут десять, затем либо нервы Сиднея не выдержат, либо Энджи прибежит тебя проверять. И меня заодно, потому что считает, что мои раны все еще требуют ухода. Но спойлер – нет. Сидней прискакал в первый же день с какой-то волшебной, отвратительно пахнущей мазью и на мне все заживает с завидной скоростью. Ты никогда не замечала за ней инстинкты матери-наседки?
- Скажи, что мои глаза серые, как и всегда. – я мямлю тихо, потому что ни губы, ни язык не слушаются в нужной степени, они все еще немного онемевшие. Хотя ощущения быстро начинают спадать, я все еще не исключаю инсульт.
- Они – словно небо в Москве зимой.- отвечает она с легкой усмешкой.
Лондон больше не обладает шикарной копной, кудри которой, обычно, образуют небрежный ореол вокруг головы. Теперь она коротко острижена, скорее всего даже обрита, но это никак не портит ее идеальной красоты. Большие миндалевидные глаза цвета ореха, прямой нос, идеальная линия челюсти. И ни одной отметины горя. Будто я не изуродовала ее какое-то время назад. С другой стороны что я ожидала? Ненависти? Глубокую печаль? Но точно не то, что она будет делать вид, будто ничего не случилось.
- Ты наверно единственная девушка на земле, которую постригли без ее согласия, и которую это не сломило.
Это заставляет ее улыбнутся шире.
- Возможно, меня это не расстраивает, потому что голова все еще прикреплена к шее, хотя бы обе знаем, что вариантов, когда я с ней расстаюсь – была масса.
В хрупкие плечи впиваются тонкие лямки горчично-желтого, свободного сарафана, и я вижу несколько остаточных отметин у шеи, когда Лондон поворачивает голову в сторону. Это приносит извращенную форму удовлетворение, что то, что тогда случилось мне не приснилось. Но в остальном она – все та же Лондон. С необыкновенной внутренней опорой на себя, готовая бороться за свою жизнь и спокойная словно вода, отходящая от берега перед цунами.
- Прости меня.- говорю, чувствуя, как начинаю рыдать, но так как все что ниже ключиц у меня до сих пор почти в отключке, практически захлебываюсь слезами. Они вытекают из глаз с катастрофической скоростью, стекая по щекам в подушку. Лондон придвигается ближе, стирая их, с таким выражением лица, которое я видела только, когда она успокаивала Пэрис после неудачной тренировки. И это разрывает мое сердце на части.
Они были моей семьей. Единственной из всех конфигураций в моей жизни, в которой я хотела находиться по-настоящему. А теперь у нас нет шанса снова вернутся к этому. В основном из-за меня.
- Тебе не зачем извинятся. Все что с нами тут происходит не твоя вина.
- Но я... Из-за меня Син вышел на вас, и...
- Ты делаешь все, что можешь, дала вернусь себя, чтобы защитить мою дочь. – рука Лондон скользит, обхватывая мою. Прикосновение слабое, но я уже что-то и там чувствую.- Единственный, кто себя должен винить – это Син. На худой конец, мне будут приятны мучения Грю. Остальные только выживают как могут, и я не собираюсь никого из нас за это осуждать.
- Ли накачал меня.
- Да, у нас не было особо времени, чтобы поразмыслить над планом. Грю говорил, что нам не надо встречаться, что это даст Сину дополнительный рычаг давления. Пусть он лучше думает, что твой стыд за побои такого размера, что не можешь меня видеть. Но неожиданно он решил, что у него есть дела на материке. Как только самолет оторвался от взлетной полосы, счет пошел на минуты. Ли нашел яд какой-то лягушки и клятвенно обещал, что ты не умрешь. Так что кому и надо извинятся за этот бардак, так это нам. Не хочешь подняться?– утвердительно моргаю в ответ и Лондон помогает мне присесть, подкладывая подушки под спину. Чувствительность в теле продолжает нарастать, как будто нервные окончания высвобождаются из агонии. Уже спокойно могу ощупать языком зубы, наверно и говорить нормально получиться. Лондон возвращается на место, в моих ногах и пристально рассматривает меня.
- Расскажешь, что было с тобой на Бали?
- Ничего особо захватывающего.- запускаю руки в волосы, в попытке понять, насколько все с ними плохо.- Я серфила, пару раз чуть не умерла, дважды дала отпор Фемиде, познакомилась со своим братом по отцу и... влюбилась.
Рот Лондон приоткрывается в удивлении, а затем расходится в невероятно очаровательной и искренне улыбке. И я вижу, как в ее глазах загорается огонь интереса.
- Я его знаю?
- Нет. Он не из Акроса.
- Он серфер? Вы познакомились на пляже, когда он...
- Это все, что тебя интересует? Хочешь расскажу как пробила руку любимой ведьмы Сина столовым ножом?
- Нет. Его фото есть? - Закатываю глаза и смотрю с осуждением, пока Лондон хихикает в ответ.- Хоши это единственная хорошая новость за много недель, не лишай меня возможности вкусить ее по полной.
- Да, в моем мобильном, который я с собой не ношу, но поверь, он симпатяга.
- Лучше, чем парни в Акросе?
- Несравнимо.
И это очень мягко сказано. Разговаривая про Ареса с Лондон, я даю воспоминаниям снова окутать мои внутренности. Они оставляют горько-сладкое послевкусие.
Арес умен – он не будет соваться сюда. Но еще Арес – это Арес и ни что не сдержит его от движения к своей цели. И последний взгляд, которым он меня наградил, говорил о том, что эта цель – я.
- Он из уродцев?
- Нет, то есть да, то есть не из наших... Слушай, я понимаю, как тебе интересно, но я, опасаюсь...
Она кротко поджимает губы в ответ и поднимает руки на уровне плеч ладонями ко мне.
- Ноль процентов осуждения. Сто процентов понимая. Надеюсь, в мире, где ты сможешь спокойно рассказать о своей парне я буду все еще жива.
- О моем парне?
- Ну не о друге с привилегиями же?
- Господи... Лондон... обещай, что таким образом ты никогда не будешь выяснять у Пэрис, был ли у нее уже секс.
- Не буду. У меня есть ты, которая сделает это за меня.
И вот мы сидим друг напротив друга и улыбаемся, будто не оказались в месте, где вообще никогда не хотели больше оказываться. Будто ничего, что случилось меньше, чем за последний месяц – случилось не с нами. Но голоса за дверью становятся громче, и уже невозможно игнорировать реальность.
- Кажется Сидней скоро выйдет из себя. И я его прекрасно понимаю. – констатирует Лондон.- Мне даже его немного жаль.
- Он единственный, у кого ничего лишнего не поставлено на карту. – констатирую, прощупывая свою туловища и бедра.- Я вроде как чувствую ноги, и если ты мне поможешь, мы сможем выйти и не допустить попытку выскабливания кишечника Грю на пол его гостиной.
Лондон проворно закидывает мою руку себе на плечо и держит за талию, хотя стою на ногах я довольно уверено. Чем бы меня не вырубил Ли, штука довольно действенна и не плохая, так что делаю мысленно галочку, напротив идеи с тем, чтобы уточнить у него что это было. Мы делаем несколько шагов до двери и там, я все-таки выпутываюсь из-под руки Лондон и захожу в общую комнату сама.
Грю и Сидней явно готовые броситься друг на друга, и как будто оттеняя этот конфликт Энджи равнодушно колдует над капучино у кофе машины, а Ли изучает горизонт у открытой двери на балкон. Плечи последнего явно расслабляются, когда становится понятно, что он не виноват в моей бесславной смерти.
- Я жива. – коротко улыбаюсь Грю и Сиднею, продолжаю, хромая, двигаться в их сторону. План зреет довольно быстро и он отвратителен в своем смысле, но точно должен сработать, чтобы я получила то, что мне нужно.
А нужно мне на материк.
Поэтому, когда я ровняюсь с Грю, он напрягается. В отличии от других он осознает, что просто так я бы не сократила расстояние между нами, так что готовится к атаке, физической или словесной.
- Спасибо, что позаботились обо мне. Думаю, что это и правда был тепловой удар.- эти слова заставляет Ли скосить глаза в мою сторону, и я в ответ тоже одариваю его взглядом, обещающим, что в следующих раз с подачей я реально не промахнусь.
- Ты бы не могла подойти ко мне. - Голос Сиднея спокоен, потому что он уверен: я – благоразумна, и явно не ожидает, что я не пошевелюсь в ответ, находясь все еще довольно близко к Грю, который понимает, что я что-то задумала и напрягается всем телом. – Сайгон, я вынужден настаивать.
- У тебя же есть с собой телефон с камерой?- спрашиваю в ответ на его слова.
- Что ты задумала? – злобно рычит в ответ мой страж, но рука автоматически тянется к карману, в котором лежит его мобильный
- Не упусти момент.
Я делаю несколько не уверенных шагов, все еще слегка пошатываясь, поэтому после очередного мне нужно выставить руку вперед, чтобы опереться ею на торс Грю.
Под моими пальцами бьется его сердце. Чувствую сильный, уверенный ритм, когда поднимаю свои глаза к его. Грю слегка склонил голову к плечу и смотрит на меня сверху вниз, все еще не сформировав достаточно явную гипотезу происходящего. Я слегка надавливаю на его грудь пальцами, почти не надеясь, что он мне подыграет, но тут удача решает быть благосклонной и он сокращает расстояние между нашими лицами, будто намеривается поцеловать.
Мы делали это такое бесчисленное количество раз раньше. Разыгрывали пару, которая не определилась в своих желаниях. Но сейчас совсем другое. Будь Сидней не настолько преданным своему хозяину, он бы понял, в какую ловушку я загоняю его.
Характерный звук щелчка затвора. Мы с Грю одновременно поворачиваем лица к камере. Еще один щелчок.
Энджи кидает телефон Сиднею в руки. Пока он не мог определиться, что происходит, она выхватила его и сделала всю грязную работу. А теперь еще и сверлит требовательным взглядом шипя:
- Отправляй. Син заждался отчета о том, как Сайгон страдает свою жизнь в этом богом забытом месте. Он наверняка тащиться от того, как ей одиноко и невыносимо. Не разочаруй его и нас.
Сидней загнано осматривает присутствуюших, останавливаясь взглядом на каждом. Грю давно набрал расстояние между нами, будто не было последних тридцати секунд, в которых мы находимся в максимальном контакте за последние пять лет.
Мой страж хаотично переводит взгляд на экран телефона, как будто не может до конца решить, стоит ли в этот раз выполнять свой долг. Сидней отличный солдат и точно не дурак, он понял, что стал лишь инструментов в какой-то идее и не уверен, что хочет узнавать в какой именно. В итоге его взгляд возвращается ко мне.
- Ты уверена, что это то, чего ты хочешь, Сайгон?
- Сейчас - больше всего на свете.