19
Место укола обработали, ни осталось и следа, только в воздухе витал приятный запах трав от обеззараживающей настойки. Я снова надела платье, на этот раз не уколовшись, и меня развернули к ростовому зеркалу.
Верхняя часть была телесного цвета из тонкой, почти прозрачной, ткани из-за чего казалось, будто это кожа. Практически не отличить. Лиф и корсет тёмно-синего, насыщенного цвета с раскинутыми на них серебряными, сверкающими камнями, словно звёзды на ночном небе. А подол белоснежно белый и лишь слегла расклешённый, не пышный.
– Невероятная красота, – протянула с придыханием. А если распустить волосы...
– Милая, – снисходительно улыбнулась модистка. – Это ещё не всё. Не хватает аксессуаров, серебряных туфелек и правильного макияжа. Тогда ты превратишься в прекрасную принцессу.
– Она и так прекрасна, – раздался вибрирующий голос моего мужа. А я всё не могу привыкнуть к своей реакции на него. Пробирает до дрожи, вызывая по телу волнующие мурашки...
– Гм... правда? – спросила тихо, стараясь не краснеть.
Чимин повёл носом и нахмурился.
– Чем пахнет?
– А это... – отмахнулась и потрогала камушки на груди. – Ерунда, настойкой, наверное. Укололась булавкой.
– Я случайно, – опустив голову, прошептала Алисья.
– Девочка моя, такое происходит почти каждый раз во время примерки, – вступилась модистка и перевела взгляд на Чимина. – Ну как? Довольны моей работой?
Чимин сверлил взглядом несчастную помощницу.
– Откуда вы взяли эту девчонку, мадам Дитрих?
Модистка закатила глаза, всплеснув руками.
– Господин Чимин, не будьте настолько подозрительны! Алисья из прекрасной семьи, мне её рекомендовали знакомые, я бы не стала брать человека с улицы.
Чимин склонил голову и шагнул к Алисье, полностью меня игнорируя.
– Я буду следить за тобой, поняла? – произнёс ровно, но от этого фраза звучала ещё опаснее.
Глаза Алисьи наполнились слезами.
– Я не понимаю, о чём вы... – прошептала жалобно.
– Ну хватит, – вздохнула устало. – Давайте уже закончим с примеркой.
Чимин повернулся к модистке.
– Вы же не против, мадам Дитрих, что я приставлю к вашей помощнице гвардейцев императора?
– Нет, я против! – возмущённо ахнула женщина. – На каком основании? Что это ещё за самоуправство? Ваши гвардейцы всех клиентов распугают!
– Собственно, мне не нужно ваше разрешение, – бесстрастно бросил Чим и глянул на меня. – Переодевайся, жду снаружи.
Виновато улыбнулась модистке и попросила помощи. Алисья выглядела растерянно, но в целом, держалась хорошо.
Что это с Чимином? Почему накинулся не девушку? Из-за простого укола булавкой? Сейчас он ведёт себя совсем не мило...
Переодевшись, поблагодарила модистку и извинилась за нас перед Алисьей. Чимин стоял на крыльце, отдавая приказы четырём гвардейцам, чтобы глаз с помощницы модистки не спускали и докладывали обо всём подозрительном.
– А-а... – протянула изумлённо. – Как они так быстро... ты ведь даже не отходил.
– Патрулировали неподалёку, – отозвался он, взял меня за руку и потащил вдоль по улице. Едва успевала ноги переставлять.
– Да что с тобой?! – воскликнула, правда не пытаясь вырваться.
– Ты глупая, – раздражённо огрызнулся он, впервые проявляя подобные эмоции.
– Глупая? – хлопнула ресницами, не понимая. – Объясняй нормально. Пожалуйста...
Чимин затащил меня в первую попавшуюся на пути таверну, усадил за стол и сделал быстрый заказ, перечислив всё то, что я люблю.
– Что ты знаешь о ведьмах? – спросил, пристально глядя мне в глаза, когда подавальщица ушла.
– Эм-м... ну немногое. Их же мало, а с лицензией ещё меньше. И даже к тем, что имеют клеймо, всё равно опасаются ходить...
– Верно, – протянул Чимин, а во взгляде промелькнула угроза. – Поэтому просто доверься мне. Среди ведьм есть и колдуны, они хорошо скрываются, их больше, чем ты, можешь себе представить. Но самое страшное... среди людей у них тоже есть союзники, желающие обладать властью и необычным даром, вроде как могуществом. А некоторые становятся от безысходности.
– Как это? – озадаченно нахмурилась. – Ведьмы манипулируют людьми?
– Ещё как, – кивнул Чимин. – В отличие от лекарей, у них больше возможностей. Они могут излечить человека от тяжёлой болезни, а могут навести порчу на обидчика, могут проклясть. Ведьмы проводят ритуалы на крови, понимаешь?
– На крови... – пробормотало рассеяно. – Думаешь, Алисья может быть союзницей ведьм?
Чимин плотно сжал челюсти.
– Всё может быть, я не могу допустить ошибку. Сейчас ведьмы озлоблены как никогда и готовы на всё.
– Ясно... – вздохнула понимающе и улыбнулась. – Чтобы ни случилось, я никогда не перейду на их сторону.
Чимин протянул руку, накрыл ею мою и слегка сжал. Но подошедшая подавальщица разрушила этот волшебный момент. Мне показалось, мы наконец стали ближе...
– Ты останешься у отца, а я приду за тобой утром, – закончив трапезу, произнёс Чимин и положил деньги на стол. – Готовое платье сам заберу.
– А... ты? – недоумённо спросила. – Будешь следить за Алисьей?
– Нужно кое-что проверить, – кивнул он и внезапно улыбнулся. – Только не говори, что не хочешь спать без меня? Так понравилось?
– Вот ещё... – буркнула, отводя взгляд. – Будь осторожен.
– Да. Я провожу тебя, – и взял меня под руку.
Чимин многое рассказал о ведьмах, но сам позабыл об их коварстве. Мы должны были это учесть, что не может быть всё так просто...
***
Лизи дёргалась с момента прихода госпожи, но не должна была показывать виду.
«Веди себя естественно...» – звучали набатом слова ведьмы в голове.
Вчера вечером была проведена первая часть ритуала, и маме стало заметно лучше. Она впервые за долгое время самостоятельно вышла в сад и долгое время провела в кресле качалке с книгой в руках. Раньше её сил хватало только на то, чтобы поесть.
«Мне нужно только отпереть заднюю дверь», – успокаивала себя Лизи, укладывая маленького Итана в постель.
Сейчас госпожа прочтёт ему сказку, а потом, наверное, ляжет. Господин Чимин сказал, что вернётся за ней утром, а ведьма... ведьма обещала, что вреда не причинит...
Она явилась в середине ночи, когда дом погрузился в тишину и даже господин, который весь вечер вёл себя беспокойно и долго сидел в гостиной у камина, заснул.
– А как же стража? – прошептала Лизи одними губами. – Я видела несколько у ворот, патрулируют вокруг дома.
В полумраке сверкнула белозубая улыбка.
– Не переживай, я сделала так, что меня не вспомнят, даже не увидят.
Лизи кивнула и отступила, нервно сжимая в руках платок. Искренне хотелось верить, что с госпожой всё будет в порядке...
***
Братик безумно радовался моему приходу, а вот отец сразу насторожился. Он даже отвёл Чимина в сторону. Не знаю, о чём он спрашивал, но вернулся ещё более мрачным.
Почитав Итану сказку, приняла ванну и легла, ощущая на душе тревогу.
Больше всего, наверное, я боюсь, что из-за меня может пострадать моя семья или муж. Ведь ведьмы, если верить словам Чимина, могут воздействовать на меня через брата или отца. Меня будет легко шантажировать их безопасностью...
... даже сквозь сон ощущала навалившуюся тяжесть.
Меня словно окутал густой, плотный туман. Попыталась распахнуть веки, но их будто склеили. И закричать не смогла. Я металась по кровати в бреду, стонала, но на деле, не могла пошевелиться и не обронила ни звука. В какой-то момент просто смогла резко сесть, совершая жадный болезненный вдох.
Сердце бешено выпрыгивало из груди, а по щекам струились слёзы. Судорожно вытерла их и спустила подрагивающие ноги на пол.
Сейчас, мне как никогда не хватает Чимина рядом.
– Это был обычный кошмар... – прошептала, пытаясь успокоиться. Шею прострелило болью. – Ай!.. – приложила ладонь, поморщившись и всё же направилась в уборную.
Никаких следов на теле не обнаружила, но шея продолжала болеть, точнее одно единственное место, словно проткнули иглой...
... кожа была гладкой. И бледной.
Умылась ледяной водой и вернулась в постель, на этот раз нормально заснув...
Чимин вернулся с рассветом. Я не почувствовала его приближения. Не услышала, как шуршит одежда. И только когда уткнулась лицом во что-то прохладное, недоумённо приоткрыла глаза, завозившись.
Он прижал меня к груди, опуская ладонь на спину.
– Почему ты... голый? – просипела едва слышно. А щёки уже предательски пылали.
– Я в штанах, – невозмутимо отозвался мой муж и вздохнул. – Ты можешь полежать смирно ради меня?
Сглотнула и устроила голову у него на груди. Вряд ли я теперь засну, но хоть послушаю биение его сердца...
– Я зря потратил время, – вымолвил Чимин, спустя время, перебирая мои волосы. – Но принёс твоё платье с туфлями.
– Спасибо... – вымолвила, прижимаясь к его холодному боку.
– Сегодня у нас с Сайроном есть одно дело, но я постараюсь вернуться к ночи, чтобы ты больше не грустила, засыпая одна.
– Я не грустила... – буркнула, ощущая, как горят кончики ушей. – Мне совсем не скучно.
– Ты совершенно не умеешь скрывать свои чувства, – мягко усмехнулся он.
– Повторяешься, – проворчала и попыталась вырваться, но меня прижали обратно, беря в кольцо сильных рук.
– Не думаешь же, что можешь так просто сбежать от меня? – протянул он угрожающе, а я почти ощутила, как трещат рёбра.
– Нечем дышать... – протянула хрипло.
Чимин выпустил меня и закинул руки за голову.
– Приготовишь кашу?
Покачала головой и выбралась из-под одеяла.
– Если обещаешь вернуться к полуночи.
– Обещаю, – заверил он, а я не могла не улыбнуться.
Умывшись, заплела косы, надела голубое платье и всё это под пристальным взглядом мужа. Он даже не собирался делать вид, что не смотрит. Наблюдал, не скрывая интереса, а я предательски покрывалась мурашками...
Отец тоже встал рано и спустился ко мне. Он сел за стол, подпёр голову кулаком и умилённо смотрел, как я готовлю.
– Ты напоминаешь маму... – грустно улыбнулся и вздохнул.
Ложка дрогнула в моей руке. Я не любила вспоминать женщину, предавшую нас. Как она могла променять человека, который ради неё пожертвовал всем на какого-то незнакомца с востока? Да, он был богат, статен, сыпал золотом и драгоценными камнями, но папа... он тоже так мог, но выбрал её, выбрал любовь.
– Я благодарен ей за то, что подарила мне вас. Не вини её, – будто прочитав мои мысли, произнёс он.
В кухню вбежал Итан. Успела повернуться и заключить его в объятия.
– Ну тише, – осадил отец. – Опрокинете кастрюлю.
Поставила брата на ноги и потрепала по голове.
– Что ты будешь кушать?
– Ум... – протянул задумчиво, а голубе глаза хитро сверкнули. – Хочу песочное печенье и булочки с маком.
Усмехнулась и развернула его к лестнице.
– Тогда тебе следует умыться как следует и набраться терпения. А пока набираешься, можешь съесть немного рисовой каши.
– У-у... – протянул он и поплёлся на второй этаж, но увидев наверху Чимина, обрадовался и не упустил возможности пожаловаться.
– Роз заставляет есть кашу, а я не хочу... – канючил братик, беззаботно обнимая замершего Чимина. Я заинтересованно склонила голову. – Хочу булочки.
– Я тоже буду кашу, – ровно отозвался Чим. – Мы можем поесть вместе, пока ты дожидаешься булочек и поиграть в ассоциации как в прошлый раз.
– Ты ужасно играешь, – весело произнёс Итан, выпуская грозного «пса» императора.
Мы с отцом переглянулись и весело рассмеялись...
Вопреки своему обещанию, Чим явился ночью. Я не могла его винить. Молча помогла раздеться и приготовила купальню. Он выглядел измотанным, под глазами залегли глубокие тени.
– Может, тебе вернуться в особняк и поспать в той комнате? Это ведь придаст тебе сил, верно? Нельзя всё время бороться с тьмой и находиться в сознании... – прошептала, вытирая руки о подол платья.
Чимин сидел на кровати в наполовину расстегнутом камзоле.
– Не хочу оставлять тебя одну, а завтра бал, нам лучше остаться здесь...
Усмехнулась, села рядом и взяла его за руку.
– Со мной ничего не случится. Вы уже всё проверили, убедились, что Алисья не состоит в сговоре с ведьмами...
– Мы можем ошибаться, – упрямо возразил он.
Тогда я развернула его голову к себе и серьёзно посмотрела в глаза.
– Что если тьма вырвется из-под контроля прямо во время бала? Что тогда?
– Она всех уничтожит. Высосет жизни... – замороженным голосом вымолви Чим, а его удивительные глаза, словно остекленели.
– Видишь, – скрывая печаль, улыбнулась я и решительно поднялась, упирая руки в бока. – Немедленно возвращайся в особняк. Это приказ!
Уголки губ Чимина дрогнули в улыбке. Он встал и неожиданно ласково погладил меня по щеке.
– Ты единственная, кто может мне приказывать... – и растворился в тумане, а я лишь рассеянно хлопала ресницами...
Утром началась суматоха. Лизи помогала мне готовиться к балу, но нужно было собирать Итана. Отец отпаривал свой парадный фрак, а Чимина всё не было.
Надеюсь, ему действительно станет лучше.
Макияж я нанесла сама, платье идеально село по фигуре, волосы распустили, оставив их волнами струиться по плечам, и лишь с боков собрали заколками. Серебряные туфельки идеально завершали образ.
Итан уже одетый в костюм, сидел в гостиной и вид имел важный. Будто это бал в его честь.
Сняла с вешалки накидку и накинула на плечи.
– Госпожа, карету подали, – взволнованно выпалила Лизи и поклонилась. Отец взял Итана за руку и направился в переднюю, как раз в тот момент, когда дверь распахнулась и порог переступил Чимин.
– Ох... – тихо выдохнула. В тёмно-синем мундире он выглядел... глаз не отвести. Я впервые так остро восхищаюсь собственным мужем, что даже позабыла как нормально дышать. Как связно мыслить.
Почувствовав моё внимание, Чимин перевёл на меня взгляд и протянул раскрытую ладонь, приглашая на выход.
Надеюсь, мне будут завидовать...
***
Новое укрытие находилось под землёй, воздух здесь затхлый, но всё же лучше, чем на болоте в тесном покосившемся доме.
Адепты культа успели принести сюда кое-какие вещи первой необходимости, деревенские, из тех, кто против нынешней власти, одолжили угля, сборную маленькую печь, матрасы, посуду...
Когда Айла вошла в небольшое полукруглое пространство, пригибая голову, её сестра разводила огонь. Из-под земли наружу вела труба, через которую выходил дым и через которую также попадал свежий воздух. Северные леса находятся достаточно далеко от Нисхельма, есть надежда, что послушники Ордена Инквизиции сюда не доберутся. Не додумаются.
– Как всё прошло? – Сэйла повернулась, вытирая руки, перепачканные углём о подол коричневого платья. – Всё сделала?
Айла устало улыбнулась и сбросила плащ. В её руке был зажат пузырёк драгоценной крови.
– Девчонка ничего не вспомнит, а «пёс» не почувствует. Я поставила на ней незримую метку, связывающую нас...
Губы Сэйлы растянулись в зловещей улыбке.
– Это же прекрасно, – едва ли не пропела она. – Теперь... нужно готовить ритуал, чтобы я успела вселиться в тело девчонки до наступления полнолуния. Глупый «пёс» никогда не поймёт, что с его невестой, а мы будем знать обо всех его планах, сможем действовать на опережение и... я полностью уничтожу его и Чонгука репутацию. Наконец, ведьмы смогут прийти к власти. Смогут занять достойное для нас положение в мире...
– Подготовлю ритуал, – улыбнулась Айла и направилась к сундуку с необходимым колдовским атрибутом и ингредиентами...
***
Отца с Итаном посадили в отдельную карету, а я приоткрыла шторку и украдкой поглядывала в окно на проплывающие каменные дома с острыми крышами, на небольшие островки зелени...
– Не стоит переживать, – ровный тон Чимина как ни странно успокаивал. Он выглядел совершенно обычно. – Бал – всего лишь формальность. Необходимо разнести слухи о нашей помолвке, а что будут говорить за спиной, уже неважно. Всем рты всё равно не заткнёшь.
Повернулась к нему, подавляя тяжкий взгляд и достала из сумочки блокнот с карандашом.
– Ты взяла это на бал? – скептически спросил он.
– Рисование меня успокаивает, – отозвалась, дернув плечами. – Нельзя?
– Каждый раз поражает твоя непосредственность, – усмехнулся Чимин и отвёл взгляд, позволяя мне продолжить спокойно заниматься своим делом.
Рисовала я с детства, но никогда всерьёз не задумывалась, чтобы связать свою жизнь с творчеством. Мама тоже рисовала. Наверное, дело в ней. Не хотела быть на неё похожей, а ведь можно рисовать картины и продавать их на ярмарке, быстрее собрала бы для обучения Итана необходимую сумму, и сама смогла бы поступить в школу...
Учиться хотелось.
Но посмотришь на Чимина, такого холодного и уверенного в себе, с каким удовольствием он уплетает по утрам мою кашу... и сердце щемит от тоски. Разве смогу я его оставить?
Карета качнулась, останавливаясь, а я всё-таки завалилась вперёд, но муж придержал меня за плечи.
– Ты очень неуклюжая, – констатировал он, но в голосе скользнула улыбка, а я как ненормальная заулыбалась в ответ.
– Пойдём, – вымолвил он и первым выбрался из кареты...
Церемониймейстер грохнул палкой и громогласно объявил о нашем появлении.
... перед глазами рябило.
Слишком много людей. Слишком много золота и пёстрых нарядов. Слишком много всего.
Чимин взял меня под руку и величественно провёл в середину зала по коридору из живых людей.
На нас смотрели с нескрываемым недоумением, по рядам ползли несмелые шепотки. Люди не понимали.
– Верный «пёс» императора женился?
– Как такое возможно?
– Может, это шутка?
Раздавалось тут и там, но стоило церемониймейстеру снова ударить палкой, все смолкли. Даже музыканты.
– Его Величество Чонгук де Чон Седьмой!
Гости и придворные склонили головы в низком поклоне, а женщины исполнили реверанс. И я в том числе.
Император, будто скользя по воздуху, приблизился к нам и жестом приказал выпрямиться.
– Сегодня... я бы хотел лично поздравить моего верного помощника, защитника и товарища с бракосочетанием с этой прекрасной и удивительной девушкой. Розанна, – Чон улыбнулся и повернулся ко мне. – Чимин, мне как родная семья, а значит и вы, милая леди, с этого дня стали частью моей семьи.
– Ваше Величество... – выдохнула изумлённо и снова хотела поклониться, но меня остановили.
– Для меня это честь, – серьёзно произнёс Чон. – Как и для тебя.
... раздалась вспышка фотоаппарата, ослепляя.
Обозреватель взял аппарат за треногу и перетащил на другое место, чтобы запечатлеть нас с императором с другого ракурса.
– Хочу, чтобы на этом вечере в вашу честь, вы отдохнули и забылись, – напутствовал император. – И вы... уважаемые дамы и господа, отнеситесь с уважением к этому событию, – тонкий намёк на то, что не стоит шептаться за нашими спинами.
– Да начнётся бал! – император хлопнул в ладони, и заиграла музыка. Он направился к своему трону, возле которого ожидал советник, а к нам сразу ринулись обозреватели со всех печатных изданий Империона.
От вопросов приходилось отбиваться чуть ли не силой. И все провокационные.
– А где вы познакомились?
– Это была любовь с первого взгляда?
– Как давно вы знакомы?
– Леди ван Край, вам не было страшно?
– Что за глупости? – недоверчиво прищурилась я. – Попрошу вас выбирать выражения в присутствии моего мужа.
Толпа оживлённо загудела.
Чим взял меня за руку.
– Пойдём, – ровно произнёс он и повёл меня, попутно кивая незнакомым мне мужчинам, а ему чинно кланялись в ответ, а во взглядах призрение.
– Куда? – прошептала в ответ.
– Танцевать, – бесстрастно произнёс Чимин и, резко развернув меня, прижал к груди, заглядывая в глаза. – В день брачной церемонии, мы так и не потанцевали, пришло время наверстать упущенное...
Сердце дрогнуло и забилось быстрее. Испуганно сглотнула, стараясь не озираться по сторонам, но увидев ободряющий взгляд отца и брата, расслабилась.
Музыканты на мгновение стихли и заиграли с новой силой, мелодию которая подходит под танец новобрачных.
Волнение. Восхищение. Предвкушение... не хочу, чтобы вечер заканчивался. Несмотря на все свои тревоги, я рада, что пришла сюда. Ведь Чимин крепко держит и смотрит так, как никогда не смотрел. Его звериные глаза лучатся гордостью, а я отражаюсь в них. В них я прекрасна...
Голова закружилась внезапно. Зал медленно расплывался, лица людей смазывались. Во рту пересохло, а руки начали неметь.
– Мне нехорошо... – вымолвила с большим трудом, почти не ощущая собственного языка и губ.
Чимин резко остановился. Не могла понять его выражение лица, ведь едва стояла на ногах.
– Отведу тебя в уборную и позову лекаря, – голос звучал напряжённо.
– Наверное, она беременна, – прошептали где-то за спиной.
– А господин Чимин не терял времени даром....
Меня подхвати на руки.
– Держись, – велел Чимин и понёс меня, вероятно, на выход...
***
Девчонке становилось хуже. Кожа начала гореть, на ровном высоком лбу выступила испарина, а глаза закатывались. Белки отвратительно покраснели и такое чувство, что сосуды вот-вот начнут лопаться.
Тонкие пальцы рук сначала побелели, будто с них выкачали всю кровь, а потом медленно стали синеть.
Нести её в уборную уже не было смысла и перемещаться сейчас категорически нельзя. Сил в тощем тельце практически не осталось. Девчонку лихорадило, ломало так, словно выкручивало кости.
– Что это? Проклятье? – Чон нагнал неожиданно быстро. Видимо всё оставил на своего советника, а гостей вероятно вежливо попросили разойтись.
– Не знаю, – рыкнул Чим, сворачивая за угол и нырнул в переход, чтобы поскорее выйти к лазарету. – Я караулил помощницу модистки всю ночь, но так ничего и не заметил подозрительного, а Розе ни на что не жаловалось. И следов на её теле, я не обнаружил.
– Тогда мы что-то упускаем, – тёмные глаза демона опасно сверкнули. – Нас могли провести, отвлечь внимание... Ей становится хуже, – заметил наблюдательно, склонив голову.
– Я знаю, – несдержанно огрызнулся Чим, раздражаясь. – Нужно допросить родных девчонки, они могли что-то видеть.
– И прислугу, – флегматично заметил Чонгук. Его спокойствие порядком напрягало. – Займись этим, если понадобится – вытряси правду силой. Угрозами, шантажом. Действуй. А я займусь девчонкой, – он как-то нехорошо так оскалился и, выхватив Розанну из рук, ускорился, становясь размытым пятном.
Не раздумывая, Чим взмахнул рукой призывая тьму и нырнул в мрак, чтобы через пару секунду выйти у дома Алисьи. Но родители девушки сообщили, что утром она покинула Нисхельм и отправилась к родственникам в Тортон, что вызвало ещё большее подозрение.
Ощутив неподдельную тревогу, Чим шагнул в туман и вышел у дома графа, от которого отъезжала карета. Наверное, он только вернулся из дворца.
– Господин Чимин? – Аэрон сильно удивился, открыв дверь.
– Мне нужно задать вам пару вопросов, – переступая порог, произнёс Чим. Перевёл взгляд на мальчика и добавил: – Наедине. Это возможно?
– Итан, – тепло улыбнулся граф, повернувшись к сыну. – Поиграй немного в своей комнате, можешь порисовать, если хочешь.
– Я не так хорошо рисую, как Рози, – заупрямился он, скривив симпатичную мордашку.
– Тогда поиграй в солдатики или поразглядывай картинки в книге, – настойчиво попросил граф, и мальчишка нехотя поплёлся наверх.
– А где его гувернантка? – нахмурившись, спросил Чим.
Граф жестом пригласил в гостиную.
– Лизи навещает маму раз в три дня, я её отпустил.
– А что с ней?
– Тяжело болеет, – рассеянно отозвался граф. – Я точно не знаю.
– Болеет... – задумчиво протянул Дес. – А вы ничего подозрительного не слышали прошлой ночью? Может, видели?
– К чему эти вопросы и неожиданный визит? – цепкий взгляд графа впился в лицо. – Что с моей дочерью?
– Пока не могу точно ответить, – скрипнув зубами, отозвался Чим и, сжав руку в кулак, спросил: – А где я могу найти мать вашей гувернантки?
Граф задумался.
– Она живёт на окраине Нисхельма, кажется, Южный берег, точнее сказать не могу.
– Спасибо, – Чимин поклонился и стремительно вышел на улицу.
Призывать тьму под окнами графа не лучшая идея, а ведь каждая секунда на счету. В груди клокотало незнакомое ноющее чувство. Из глубин подсознания поднималась давно забытая жгучая ярость.
Отойдя на приличное расстояние, Чим спрятался между домов и исчез в клубах тумана.
На Южном берегу стояли невысокие дома, а у каждого – свой уютный дворик, некоторые жители в нём выращивали овощи, кто-то посадил фруктовые деревья, другие цветы.
Под сердцем болезненно кольнуло. Перед глазами промелькнули воспоминания...
... Розанна слишком нежно заботилась о розах.
Чим сбился с шага, с удивлением понимая, что это за чувство. Ревность. Ревность к обычным, пусть и красивым, цветам. Как глупо...
Покачал головой и продолжил поиски, ориентируясь на запах служанки, который хорошо успел запомнить. Проблема только одна: запахов слишком много. Рядом речной порт, с которого доносится «аромат» рыбы, ещё деревья зацвели.
На ограду, передними лапами, прыгнула лохматая рыжая собака и залаяла, но стоило раз взглянуть на неё, как удрала в конуру, поджав хвост. Настроения играть не было...
В некоторые дома пришлось заходить. Люди смотрели недоумённо, некоторые испуганно. Это же верный «пёс» императора. Его тень. Верный помощник и душегуб, так кажется говорят. Холодный и бездушный.
Розе никогда не смотрела так...
Почти потеряв терпение, Чим всё же приметил покосившийся у самой кромки воды дом. В небольшом садике стояло кресло, а в нём сидела пожилая измученная женщина. Её ноги закрывал клетчатый плед, на круглом старом столике стояла чашка...
Уже хотел подойти, как увидел выходящую на крыльцо гувернантку, а следом...
«Айла...» – мысленно выдохнул, не позволяя зверю сорваться с поводка его воли. Ведьму нельзя убивать. А жаль. Как же жаль...
Переместился в пространстве и, схватив мерзавку за горло вытолкал в сад. И плевать уже, что могут увидеть.
Ведьма зашипела и задёргала в воздухе ногами. Нужно только притащить её во дворец, а там демон уже разберётся. Чимин взмахнул рукой, как бок пронзило острой болью. Опустил взгляд, наблюдая, как лезвие клинка мягко входит в плоть. Откуда только вытащила его?
... рука сжалась сильнее.
На заднем фоне кричали люди. Служанка, кажется, упала на колени и молила о пощаде. Но всё это неважно. Ведьму нельзя убивать.
Ослабил хватку, вытащил из бока кинжал и, отбросив его в сторону, утащил трепыхающуюся гадину во тьму...