Будь моим.

***

Хёнджин перечитывает написанное и еле сдерживается, чтобы не расхохотаться в голос. Чанбин отрывается от работы и смотрит на него.

- Давай подними и мне настроение, - просит он и снимает темно-зеленый фартук.
- Твоя смена закончилась? - Хёнджин вертит в руках стаканчик с кофе.

Друг кивает:

- Но это не значит, что ты не должен оплатить свой кофе.
- Я бы еще от чизкейка не отказался, - нагло подмигнув, говорю Хёнджин.
- Меня уволят из‐за твоей халявы.
- Ты в любом случае планируешь уходить отсюда.
- Хотелось бы уйти самостоятельно, без выговоров. - Он все‐таки тянется за тарелкой и кладет на нее чизкейк. - Держи.
- С такими друзьями, как ты, я никогда не умру с голоду. Гордись собой, ты хороший друг! - декларирует Хёнджин.
- Хотелось бы сказать и о тебе то же самое, но, боюсь, в нашем бромансе ты нагло пользуешься моей добротой.

Хван фыркает:
- Разумеется!
- Так что тебя развеселило минуту назад? Мне срочно нужна порция позитива.
- Да так... ничего особенного.

Очередной смешок слетает с губ. Не может сдержаться, как представляет выражение лица Феликса. Готов поспорить на что угодно, Феликса губы открылись в удивленном «О!», а огромные глаза вытаращились на экран. Отдал бы что угодно, лишь бы лицезреть это. Но ему остается лишь представлять, какие именно проклятия лишнего наслал. Феликс даже не открыл сообщения, но Хёнджин то точно знает: он видел оповещения. Телефон - продолжение руки у таких, как эта омега. Тех самых, с кучей селфи в медиатеке. Любители половить огоньки в сторис. Хёнджин встречал таких людей, причем не раз. Он наверняка прихорашивался перед выходом из школы и весь день рисовал в голове их встречу. Как будет отшивать альфу с предложением о свидании. Хёнджин вновь давиться смехом. Господи, Хван чертов гений!

- Ну колись уже! - возмущается Чанбин.
- Помнишь того, который отчитал меня в ванной?
- Тот красивый омежка? Феликс, кажется.

Хёнджин приподнимает бровь:
- Вы с ним знакомы?
- Не-а, - качает он головой, - с ним говорил Сынмин на вечеринке, до того как он пошл искать свою подругу в туалете.
- Кстати об этом! - щелкает Хван пальцами. - Он забрал мои ключи? У меня, конечно, есть запасные, но все же основную пару терять не хочется. - Он делает глоток капучино.

Сегодня утром Хёнджин поехал к ним в лицей, чтобы самому забрать связку. Но Анабель не было. Другой друг Феликса, Хан, объяснил, что у той запись к стоматологу. Хёнджин попросил Чанбина написать своему приятелю, который учится в их классе, чтобы он забрал его ключи. Вроде как они уже должны быть у него.

- Надеюсь, они вернут мне и толстовку, - говорю Хван, - это подарок Йеджи.

Что‐то неприятно покалывает в районе груди при мысли о ней.

- Сейчас спрошу. - Чанбин берет трубку и строчит сообщение. - А ты наконец расскажешь, над чем ржал?

Хван ухмыляется. Когда назвал себя чертовым гением, он не преуменьшил. Утром, прежде чем уйти из лицея, он не мог отказать себе в удовольствии немного поиграть с Феликсом. Поэтому специально спросил, во сколько они заканчивают, и сказал Хану, что обязательно вернётся. Удивительно, как у такого, как Феликс, может быть такой милый и наидобрейший друг. Сама наивность. Он мгновенно дал ему Феликса номер телефона и с улыбкой намекнул, что Феликс хоть и крепкий орешек, но того стоит. Не хотелось его разочаровывать и объяснять, что такой орешек, как Феликс, ему и даром не нужен. Но до чего же весело его злить!

- Так, подожди, твоя идиотская улыбочка как‐то связана с Феликсом? - допытывается Чанбин.
- Да нет, - качает головой он. Рассказывать об этом не хочется. Чанбин будет смеяться не над ситуацией, а над Хваном, творящим подобную бредятину. Порой друзья не понимают, что тобой движет, но и объяснять им совсем не обязательно.
- Что там с моими ключами? - меняет тему.

Чанбин хмыкает и смотрит на экран телефона.

- Я не просто так спрашиваю.

Он поднимает взгляд, и Хван чувствую, что друг еле сдерживается, чтобы не расхохотаться в голос:
- Та девчонка, которая тебя облила...
- Ну, - торопит Хван. Шестое чувство подсказывает: он не сообщит ему ничего приятного.
- Она передала твое шмотье Феликсу.

Хван замираю на стуле.

- Она что?!

Чанбин все‐таки не выдерживает и разражается хохотом:

- Ты бы себя видел! Да-да, чувак! Твои ключи у этой занозы.
- Ты шутишь?
- Серьезен, как никогда. - Он показывает сообщение от Сынмина.
- Какого черта! - восклицает Хёнджин. - Как она могла передать все ему?

Твою ж мать! Побыл джентльменом на свою голову.

Чанбин, глядя на него, начинает еще громче смеяться.

- Кажется, ты встрял!

В отличие от него Хёнджину не смешно. Эта чертовка заставит Хвана выпить кровь младенцев и проведет через все девять кругов ада, прежде чем вернет ключи. В этом у него нет никаких сомнений.

- В целом я могу кататься с запаской, и черт с ними, - хмуро бросает Хёнджин. - Не собираюсь бегать за ним.
- А толстовка?

Хёнджин закрывает глаза. Толстовка ему и вправду дорогá. С ней связаны теплые воспоминания о Йеджи. Она подарила ему ее перед отъездом в Оксфорд. Они гуляли весь день и вдруг попали под дождь. Бежали по саду Тюильри, шлепая по лужам. Шел ливень, они уселись на зеленые стульчики под деревом. У нее дрожал подбородок, а губы так соблазнительно покраснели, что ему хотелось сделать лишь одно - наклониться и поцеловать ее. Поймать воздух, которым она дышит, и втянуть его в свои легкие. Но вместо этого он натянул на нее ее же подарок - серое худи. Она смешно укуталась в толстовку и весело расхохоталась. Но Хван видел, что скрывалось за этим звонким смехом: грусть в ее взгляде неприятно покалывала его грудную клетку. Он видел, как сильно она хочет убежать из этого города, поэтому просто наклонился и обнял ее.
Крепко, согревая собой ее худенькое и замерзшее тело. Неожиданно она расплакалась у него на груди. Была больше не в силах скрывать чувства, удушающие ее изнутри. Йеджи плакала навзрыд, растирая крупные капли слез маленькими кулачками. В тот момент ему захотелось найти чертова Намджуна и врезать ему. Врезать так, чтобы разбить в кровь его невозмутимую физиономию. Точно так же, как он разбил ей сердце. Без капли жалости и сострадания.

"- Вот увидишь, я забуду его! - пообещала она, и Хёнджин погладил ее по мокрым волосам.

- Забудешь, - эхом ответил Хёнджин, надеясь всем сердцем, что так и будет. Однако сомнения... они одолевали, не позволяя поверить в сладкую, заманчивую ложь.

Она грустно улыбнулась ему и неожиданно чмокнула в щеку.

- Мне идет твоя толстовка?
- Очень.
- Если бы я сама ее тебе не подарила, то забрала бы себе.
- Оставь себе.
- Нет, это ты оставь себе мой подарок и каждый раз, когда будешь надевать ее, вспоминай обо мне.
- Я и без нее о тебе не забуду.

Она сузила глаза и как‐то по‐детски спросила:

- Никогда?
- Никогда. - он ответил слишком быстро и слишком серьезно.
- Не верю! Поэтому оставлю толстовку тебе. Так у тебя будет причина меня вспоминать."

Ему хотелось сказать, что причина ее помнить - это его чертово сердце. Но, глядя в эти прекрасные заплаканные глаза, он смог лишь кивнуть. В горле стоял ком недосказанности. «Я забуду его» - эти слова еще долго крутились у него в голове. Хёнджину даже на секунду показалось, что, возможно, однажды... впрочем, это такая глупость. Идиотская, ничем не оправданная надежда

- Похоже, толстовку ты им не оставишь. - Чанбин возвращает его из водоворота воспоминаний. - Тебе все же придется за ним побегать, - делает он вывод с такой наглой ухмылкой, что в него хочется чем‐то запульнуть. Ведь он не знает, что Феликс, скорее всего, его ненавидит, особенно после сегодняшнего. Больше чем уверен: он злопамятный.
- Хёнджин, не хочешь - не бегай. Йеджи даже не заметит, что ты потерял ее подарок.

Ох. Спасибо, было больно.

- Да при чем тут Йеджи? - стараетсч максимально невозмутимо ответить Хёнджин.

Чанбин приподнимает бровь и смотрит мне прямо в глаза:

- Если она ни при чем, то позови этого Феликса куда‐нибудь.

Прежде чем Хёнджин успевает ответить, насколько бредово звучит его предложение, его телефон издает писк. На экране высвечивается имя: «Чертовка». Помяни дьявола... От него приходит сообщение в KakaoTalk, в нем фотография, однако он не спешу ее открывать. Чанбин пялится в его экран как в свой и без всякого стеснения спрашивает:

- «Чертовка»? Это еще кто?
- Бро, сделай доброе дело - отвали! - Не выдержав, Хёнджин пихает его в плечо. - Займись своей личной жизнью.
- Так и знал, что ты что‐то скрываешь!

Чанбин поигрывает бровями, но все же отходит обратно за барную стойку. Хёнджин открывает сообщение. Это селфи. Чертово селфи, выбивающее весь кислород из его легких. На ней миниатюрный обтягивающий черный топик с таким горячим вырезом. Господи, спаси и сохрани! Он так и не понял, совершеннолетний он или нет. Нахальный взгляд устремлен прямо в камеру, волосы в легком сексуальном беспорядке, полные губы накрашены прозрачным блеском и раскрыты в дразнящей улыбке. А в руках у него Хёнджина ключи. Он держит их, как маленький колокольчик, над этим убийственным вырезом! У Хёнджина закипает кровь. И хотелось бы думать, что Хван испытываю раздражение, злость, негодование. Но все гораздо хуже - Феликс его заводит. Эти чертовы ключи! Чувствует, как тут становится слишком жарко. Оттягивает ворот футболки. Короткое послание под фоткой гласит:

«Малыш, я знаю, ты по мне скучаешь».

Затем приходит смайлик-поцелуйчик в компании ключика. Словно забивая последний гвоздик в его гробик.

- Там, должно быть, такой сни-и-имок! - Чанбин смешно тянет последнее слово. - Джин, ты покраснел!

По всему «Старбаксу» разносится его звонкий смех, посетители косятся на них, и в эту секунду Хван готов прибить своего друга, но он действительно меньшее из зол. Хёнджин закрывает глаза и трет переносицу.

«Во что я, черт бы меня побрал, влез? Он же высосет из меня всю кровь и даже не поперхнется!»

- Счастлив, что хоть кто‐то из нас встречает весну правильно, - похлопывая друга по плечу, довольно бормочет Чанбин. - Готовь ответку!

Хван резко поднимает голову. А ведь он прав, загорается Хёнджин. Эту выскочку нужно поставить на место! Чанбин ловит его взгляд.

- О-о-ой, это что за взгляд? Мне стоит бояться?
-Скинь мне номер Сынмина. - Подхватив шлем, спрыгиваю со стула.
- Что ты задумал? - летит ему в спину.
- Позже расскажу, - отмахивается Хёнджин.

Телефон издает писк: сообщение от Чанбина, в нем номер.

"Что ж, маленькая чертовка. Сейчас мы узнаем, сколько тебе лет и многое другое. А пока держи ответочку."

Хёнджин садиться на байк, надев шлем и делает селфи. Запасные ключи держит в точности как он. Отправляет омеге фотку со словами:

«Как видишь, скучать не приходится».

-Хочешь поиграть в эту игру, Феликс? Я в ней мастер. Ты ждешь, что я скажу, какой ты красивый. Ждешь, что я дам слабину. Но тебе не удастся предугадать ни одно мое действие.