О соблазне и мести.
Под деревом сидел немой.
И был он виртуозом лиры.
Любим он был всею толпой
От млада до велика.
И выступал он во дворцах,
На пирах и на всех балах.
Но вот беда его настигла,
Превративши жизнь в кошмар.
Он с детства увлекался песней,
Был ему звук лиры всласть.
Он бардом стать хотел великим,
И при дворцах на ней играть.
Он сам объездил всю империю,
Для того чтоб лучшим стать.
А вместе с ним его знакомый,
Который не умел играть.
И дружили они с детства,
Ходили вместе на оркестр.
Музыка была их страсть,
А над одним имела власть.
И как только наш герой
Стал любим всею толпой,
Так друг исчез в тени его,
Тайком завидовал ему.
Он все равно не унимался
И приглашал учителей.
Хотел он с лирою связать
Жизнь свою до крайних лет.
Но ничего не выходило,
И отчаявшись совсем,
Тот молча взял да и уехал,
Презрительно смотря на всех.
Никто не кинулся пропажи,
Да и никто не знал о нем.
Ведь он ничем не выделялся
На фоне друга своего.
Бард сразу позабыл его
И передал забвенью,
А прах памяти о нем
Развеял он по ветру.
Но бывший друг его все помнил.
И не забыл он те мгновенья,
Когда стал он приведеньем,
И все забыли про него.
Уехал он на острова
И желал отмщенья,
Хотел всеобщего признанья
И славы озаренья.
Душа была закована
В цепи непрощения.
Сердце стало всё черно,
Познав ожесточение.
Изучал он магию
Долгих тридцать лет.
Впитал в себя он знания,
Запретных на весь свет.
И нет души его теперь,
Там только темнота.
Сумрак он в себе посеял,
И нет пути назад.
Из самых темных уголков
Призвал он сущность ада.
Прислужников имеет он,
Что сеют плоды мрака.
Теперь настало его время,
И пробил тот самый час,
Когда станет он великим,
И сердца гнев прольёт на вас.
Нежить тут же оживает,
Находясь среди червей.
А он все новых призывает
Мертвых из могил людей.
Он, сломав врата империи,
Вознес себя на пьедестал.
Его сразу все узнали,
Но щадить он их не стал.
Долго: днями и ночами
Он пытал их всех цепями.
Всех заставит он страдать -
Настало время умирать.
И тут, услышав звуки лиры,
Обернулся тиран вспять,
Увидел он того, чье имя
Смогло тогда его сломать.
Промеж живыми мертвецами
И средь бе;сов и чертями
Преспокойно шел колдун,
Ступая к другу своему.
Под деревьями сидел,
Тот, кто лирой овладел.
Подошел к нему колдун
И тому в глаза взглянул.
Что ж ты, друг мой, натворил?
Про меня тогда забыл.
Снисхождения не жди,
И не моли, мол, пощади.
И тут же те, кто умирал,
Из мертвых сразу восставал,
Становясь прислугою
Для колдуна, что их призвал.
Вот весь город стал его,
Кроме барда одного.
Чародей заставит силой
Играть только для него.
Под деревом сидел немой,
И был он виртуозом лиры.
Средь мертвецов играет он
И дюже ждет кончины.