На утро следующего дня
Я проснулась, встала. Голова сильно закружилась. Что это было? Сон? Мне стало сильно больно на шее. Подойдя к зеркалу, я увидела бинт, перевязанный вокруг моей шеи.
-Нет, это не сон,- эта мысль ввела меня в ужас. О нет, Натаниэль! Что с ним? Мне нужно узнать! Я рванула из комнаты. Голова закружилась ещё сильнее. Снова потемнело в глазах. Но я не обратила на это внимание, я просто направилась искать Нитаниэля. Он лежал в своей комнате, весь перебинтованный и окружённый мамой и Сильвестром. Когда я вошла в комнату, мама подбежала ко мне и обняла.
-Тебе нельзя вставать!
-Что с Натаниэлем? С ним всё хорошо? Мама, не молчи!
-Не совсем...
-Он что, умер?
-Нет, но он без сознания. Мы вытаскивали пулю без анастезии, от боли он упал в обморок.
-Но, но, как ты здесь оказалась и как он стал волком?
-Как мне позже объяснил Натаниэль, он не смог успокоиться и всё равно пошёл за тобой. Там, в лесу, я встретила его. Я решила прийти пораньше, и как оказалось, очень вовремя. Он всё рассказал. Но тут мы увидели, как тебя убивают. Натаниэль сказал превратить его в волка. Я знала, что это может убить его, и он тоже знал. Но он настаивал. Нечего было делать, это был единственный шанс спасти тебя. А дальше ты, я думаю, знаешь.
-Можно оставить меня наедине с ним?
-Конечно, дорогая.
Мама и Сильвестр вышли из комнаты. Я села на колени рядом с кроватью натаниэля. Передо мной лежал бледный мужчина. На бинтах были кровяные пятна.
-Прости меня, Натаниэль,- тихо прошептала я,- это я во всём виновата.
Горькие слёзы падали на грудь получеловека. Я обняла его.
-Извини меня, не нужно было мне срываться на тебе!,- уже громче сказала я,- да и, спасибо тебе огромное. Ты меня спас. Я тебе должна.
Я приподнялась и закрыла своё лицо руками. Я всё сильнее и сильнее рыдала, всё повторяя, что это я во всём виновата. Вдруг я услышала звуки со стороны получеловека. Он начал возиться, его лицо покрылось холодным потом, а сам он был горячим. Похоже, у него жар. Я позвала маму. Она подбежала и сказала Сильвестру принести какой-то отвар. Поняв, что мне сейчас тут не место, я пошла в свою комнату и рухнула на кровать. Я продолжала рыдать, бинтовая повязка душила меня, снова закружилась голова, потемнело в глазах. Я, казалось, больше не могла жить и была просто убитой. Я уже не могла ни сделать ни шагу, ни пошевельнуться, ни даже больше плакать. В таком состоянии от упадка сил я заснула.