Кульминация.
К сожалению, такая идиллия не могла продолжаться вечно. Всё рано или поздно заканчивается, будь оно плохим или хорошим. Уходят эпохи, время и конечно же, рано или поздно, люди. Вот и маменька ушла. Её уход для неё не был болезненным или неожиданным: она была готова к нему с того момента, когда ей объявили диагноз об неизлечимой болезни. Но вот к чему она точно была не готова так это то, что отец-молодец просто оставит её одну с сыном. Но она всё же смогла справится со всем и воспитать своего сына. Теперь, когда она выполнила свою миссию, ей можно уйти.
К сожалению, маменька не продумала лишь один момент: как это переживет мальчик. Ведь ни спустя месяц, ни через 40 дней, он не мог смириться с тем, что она ушла от него. Он всё время обвинял себя в чём то, а когда его спрашивали об этом, ничего внятного услышать было нельзя. Мальчик конечно пытался проводить всё те же вечера как раньше. Только теперь с одним изменением: вместо яблочного сока мальчик стал выпивать яблочный сидр чтобы хоть как-то заглушить свою боль. Видя всё это, девочка пыталась как-то его вразумить, но все её слова просто не доходили до него. Будто здравомыслящую часть мозга, которая понимала всю ситуацию, покрывала пелена из грусти и тлена. И вот, в один из подобных дней, она снова пошла искать своего мужа, который уже как последние недели две спал в комнате своей матери. Но в комнате её ожидала лишь застеленная кровать и лежащая на ней записка с надписью «прости». Она обзвонила всех знакомых, друзей, его коллег, но ни один из них не знал, куда он мог уехать.
Ключ провернул уже немного проржавевший замок. Хоть это далось с некоторым трудом, но дверь распахнулась. Сколько он уже здесь не был? 5 лет, или 8? А может и вообще все 12. Разувшись и пройдя по коридору, пол которого был покрыт слоем пыли, и одновременно поглаживая такую же столешницу, мальчик вспоминал своё детство. Как он, пытаясь почистить свою первую картофелину, помимо кожуры срезал большую часть самого клубня, после чего нёс его маме, которая, пытаясь сдержать смех, хвалила его за отличную работу. Или, как спрятавшись под одеялом в своей кровати, он делал вид будто его тут нет, когда мама, в свою очередь подыгрывала ему, после чего ложилась на кровать и начинала щекотать одеяло, из-за чего мальчик выпрыгивал, и они уже вместе начинали безудержно хохотать чуть ли не на весь дом. Иногда, конечно, с верхнего этажа им стучали по батареям, но это уже было неважно. Правда маменька всё же просила мальчика успокоится, после чего начинала читать ему сказку и перед сном напевала его любимую мелодию озорного пирата…
И вот он снова лежит в этой кровати с осознанием того, что время не щадит никого: даже пружины в матрасе, которые проржавели на столько, что даже малейшее движение вызывало противный и громкий скрип. Одеяло было полностью пропитано пылью и мелкими жучками. Но мальчику было на это всё равно: ни пыль, забивающая его лёгкие, ни издаваемые матрасом звуки не могли ему помешать погрузится в сон.