22
ХЁНДЖИН
Тусклые солнечные лучи проникали в комнату, пропитанную запахом любви и секса, через полупрозрачные занавески. У меня под боком, в капкане моих рук, спокойно посапывала Лиён, мило причмокивая своими пухлыми губками, которые наталкивали на совершенно не милые мысли.
Прижав девушку ещё ближе и крепче стиснув в своих объятиях, я пошарил рукой по кровати, пытаясь нащупать свой телефон. На часах восемь утра, я понял, что работу уже проспал, но переживать по этому поводу желания не было, поэтому я быстро написал сообщение своему заму, сказав, что все дела сегодня на нём, и со спокойной душой вернул все свои мысли к своей девочке. Именно к своей! Больше не позволю ей сбегать от меня и сам не буду отталкивать её. Хватит, набегались уже.
Наши обнажённые тела были прикрыты одеялом, но тепло, исходящее от тела Лиён, согревало меня сильнее и проникало под кожу, не заставляя утреннюю эрекцию ждать. За ночь я хорошенько измотал свою малышку, уснуть дал только под утро, когда у самого сил совсем не осталось.
Из воспоминаний о прошедшей ночи меня вырвало копошение моей ненаглядной и хриплый стон, когда она потягивалась, садясь на кровати и, кажется, напрочь забыв о моём присутствии, ибо одеяло сползло и перед мои взором предстала упругая грудь с розовыми, словно малина, сосками. Мой член дёрнулся, заставив меня стиснуть зубы. Занятие любовью с утра — это, конечно, хорошая перспектива и я бы ни за что не отказался бы, но у нас есть неотложные дела.
Наконец, моя любимая соизволила посмотреть на меня и, наблюдая за спектром эмоций на её лице, что сменяли друг друга калейдоскопом, я довольно ухмыльнулся, понимая, что спросонья она забыла все сладкие ночные события. Мне даже стало немного обидно, совсем чуть-чуть, потому что, как можно забыть такую приятную ночь? Но ничего, мы ещё наверстаем!
Проследив за моим взглядом, Лиён поняла, что мои глаза прикованы к её груди, опомнившись, она укуталась в одеяло по самый подбородок. Такая забавная, я не могу! Всё, что можно было, я уже разглядел и даже потрогал и потискал. Её щёчки залил милый румянец, а в моей груди разлилось такое тепло, что сердце защемило. И когда я стал таким нежным романтиком?
— Иди сюда, котёнок! — протянул я к ней свои ручища и по одной из них прилетел шлепок. Я непонимающе уставился на неё. Я причинил ей боль? Сделал что-то не так? Ей не понравилось? Но ночью же она откликалось с такой же страстью...
— А ну-ка! Бесстыдник! — фыркнула она — Куда ручонки свои загребущие тянешь?
— Ты чего, котёнок? — спросил я, совсем запутавшись, а на губах Лиён, тем временем, расцвела коварная улыбка и я понял, что эта взбаламошная девчонка что-то задумала.
— А напомнить вам, господин Хван Хёнджин, — начала она, сползая с кровати, всё так же закутанная в одеяло, и оставляя меня абсолютно голым — как долго вы держали меня на расстоянии, словно собачку? — прищурилась она и я, поняв, у чему она клонит, выдохнул со стоном отчаяния. — А как понадобилась, так сразу: «или сюда, котёнок»! Ну уж нет! Теперь вы будете мучаться, господин детектив! А сейчас поднимайте свой голый зад, умывайтесь, одевайтесь и пойдём решать великие дела! — сказала, развернулась и покинула комнату. Ну что за женщина?
Вздохнув от разочарования и от понимания, что сегодня моими помощниками с утра будут холодный душ и кулак, я поднялся с кровати и, не стесняясь своей наготы, вышел из комнаты вслед за Лиён.
***
ЛИЁН
Как только закрыла за собой дверь в ванную, я прислонилась к ней спиной, прикладывая ладони к горящим щекам. Одеяло, больше не удерживаемое моими руками, плашмя упало к моим ногам, давая осмотреть своё обнажённое тело и... метки Хёнджина.
На моих бёдрах были светло-фиолетовые синяки, повторяя очертания ладоней и пальцев Хёнджина. Подойдя к зеркалу, я ужаснулась. Вся моя шея, ключицы и грудь были усыпаны бордовыми пятнами и засосами! Боже, как мне появиться на людях вот с этим вот произведением искусства, выполненным художником Хван Хёнджином?!
Вздохнув, решила, что подумаю об этом позже, а сейчас нужно срочно принять душ, желательно холодный!
***
О том, что я забыла взять одежду я вспомнила слишком поздно, поэтому пришлось снова прикрыться одеялом. Даже халата Хвана здесь не было! Куда он его дел?
Открыв дверь ванной, я подавилась воздухом. Облокотившись плечом о стену и сложив руки на обнажённой груди, стоял Хёнджин! И... кажется, я погорячились с обнажённой грудью, потому что мужчина был полностью голым. Отвести взгляд от чисто мужского достоинства было труднее, чем я ожидала.
Между ног стало влажно и горячо. Я постаралась незаметно сжать бёдра, но Хван, мать его, Хёнджин слишком внимателен! Наглая ухмылка растянула его пухлые губы.
— Котёнок, а ты теперь всегда будешь ходить в одеяле? — насмешливо поднял бровь этот гад.
— В смысле? — не поняла я — Ты о чём?
— Ну, как же?! —делано удивился Хёнджин и оттолкнулся от стены, подходя ближе — Недавно, одна ревнивая и чертовски красивая девушка приревновала своего возлюбленного и убежала от него, прихватив все свои вещи. — я просто задохнулась от возмущения!
— Слышишь, герой-любовник! — воскликнула я, разозлившись — Это ты во всём виноват!
— Да?! — уже по-настоящему удивился Хёнджин, не ожидая наезда — И в чём же это?
— А нечего было обжиматься со своей бывшей! — в сердцах воскликнула я. Хёнджин сразу помрачнел, а в глазах маячила вина. Кажется, я задела его за живое, но мне ни капельки не было стыдно!
— Котёнок, — Хван вплотную подошёл ко мне, нежно обхватил мои раскрасневшиеся щёки и посмотрел прямо в глаза — мне никогда не оправдаться перед тобой, но послушай... мне не нужна никакая Момо, мне нужна только ты, как бы банально это не звучало, но это именно так.
Секунда, и тишину вокруг нас нарушил мой заливистый смех.
— Ты чего?... — не понял Хёнджин, пристально изучая меня, видимо подумал, что ночью в порыве страсти приложил меня головой о книжный шкаф. — Лиён, с тобой всё хорошо?
— Это... это так сме... смешно! — сквозь непрекращающийся смех проговорила я, указывая на нас — Ты стоишь голый, я в оде... в одеяле, и ты извиняешься за свою бывшую. — наконец выговорила я, продолжая смеяться, как умалишённая, и утягивая за собой Хёнджина. Уже через минуту мы вместе, согнувшись пополам, пытались успокоиться.
— Ли... Лиён, ты не перестаёшь меня удивлять! — успокоившись улыбнулся Хёнджин и наклонился, чтобы чмокнуть меня в нос.
***
— Это здесь? — спросил Хёнджин, скептично приподнимая свою идеальную бровь.
— Да, подожди меня здесь. — кивнула я, отстёгивая ремень и открывая дверь машины.
— Нет, я пойду с тобой. — возразил мужчина и повторил мои действия.
— Как хочешь. — кинула я и пошла к дверям того самого отеля, в котором остались мои вещи. Мне очень хотелось переодеться в чистые вещи и надеть нижнее белье, а не ходить во вчерашних одеяниях и без белья! Поэтому, в первую очередь я попросила Хёнджина завести меня в отель.
— Котёнок, я, конечно, не против, но ты не могла выбрать место для ночлега получше?! — возмущался Хёнджин, стоя уже в номере и придирчиво всё осматривая. Ему, видеть ли, неприятно, что он спал в ту ночь на мягкой чистой постеле, а я в этом... сарае, как он выразился.
— Я была горем убитой девушкой! — воскликнула я в ответ, уже застёгивая сумку.
— Ну-ну... — проворчал этот несносный детектив. — Готова?
— Да. Куда теперь? — спросила я, пока мы шли к выходу из отеля к машине. Хёнджин без слов забрал мою сумку, хотя она была вовсе не тяжёлой, и взял меня за руку, переплетая пальцы. От этого жеста кончики пальцев будто током ударило, а в груди растеклась огненная лава.
— Сейчас заедем в участок к Чану, спросим, есть ли какие-нибудь новые сведения, а затем проедемся по психиатрическим больницам. — на окончании фразы мои глаза расширились настолько, насколько позволяла физиология организма.
— Психиатрическим больницам? Зачем? Ты, что... б-болен? — моё предположение было глупым, но...
— Что?! — возмущённо воскликнул Хёнджин. — Ты с ума сошла?! — продолжал негодовать он, а я еле сдерживала себя от новой волны смеха — Нет, я полностью здоров!
— Тогда зачем нам туда? — уже серьёзно поинтересовалась я.
— Я лишь хочу проверить слова этого твоего Сынмина. — скривился он — Я не слишком ему верю, но в моей работе нужно цепляться за любые детали, а мы пока в тупике, и слова Кима - это единственная нить. — пояснил Хван.
— А, тогда поехали! — согласилась я, пристёгивая ремень безопасности.
— Чего это ты такая радостная? — прищурился мужчина, выезжая с парковки отеля.
— Рада, что у нас есть хоть что-то. Я скучаю по маме... — уже не так радостно ответила я, с треской глядя в окно и вспоминая все самые лучшие моменты, которые провела со своей мамочкой.
— Эй, котёнок, — позвал меня Хёнджин — мы найдём госпожу Ким Сан, обещаю. Иначе, я не Хван Хёнджин. — он весело подмигнул мне, пытаясь отвлечь от мрачных мыслей.
— Спасибо... — искренне сказала я, вложив в одно это слово все чувства, которые испытываю рядом с ним.
— Потом поблагодаришь, желательно в постели! — улыбнулся Хёнджин, вводя меня в ступор. Я тут, значит, распинаюсь перед ним, благодарю, а он... он...
— Извращенец! — крикнула я, в шутку ударяя его по плечу. А затем салон автомобиля наполнился нашим смехом.
***
— Хёнджин, а ты уверен, что нам вот так вот дадут все сведения, если они есть, как на ладони? — спросила я, пока мы шли по больнице. В полиции пусто, никаких продвижений в деле нет.
— Не знаю. — вздохнул Хван — Если Ким Шин и правда проходил лечение здесь, то, вероятно, заплатил кругленькую сумму, чтобы это не вскрылось ни при каких обстоятельствах. — закончил он, когда к нам навстречу шла женщина, работающая в этой больнице. Она была достаточно молода, я бы дала ей лет 30. Короткие волосы подчёркивали овал лица, а круглые очки придавали образу какой-то милоты, если забыть, что мы находимся в психиатрической клинике.
— Здравствуйте, — поздоровалась эта женщина, продолжая вежливо улыбаться — меня зовут Ли Сыльги. Могу ли я чем-то помочь? — поинтересовалась она, подозрительно часто кидая взгляды на Хёнджина.
— Добрый день, меня зовут Хван Хёнджин. Я представляю частное детективное агентство «Bureau of Investigation». — представился Хван, и лицо Ли Сыльги побледнело. От игривых взглядов в сторону моего детектива не осталось и следа. Мысленно я ухмыльнулась и показала ей язык.
— Сыщик? — тихо переспросила она, заставляя Хёнджина скривиться.
— Предпочитаю детектив. Частный детектив. — исправил он женщину. — Нам нужны сведения об одном возможном клиенте. — продолжил Хёнджин.
— Мы не разглашаем информацию о наших клиентах. — раздался позади нас грубый мужской голос, заставив меня вздрогнуть и резко обернуться назад. Хёнджин сделал то же самое, только нарочито медленно, лениво, словно хищник.
— А вы...? — спросил Хёнджин.
— Я главврач - Со Чанбин. — гордо представился мужчина, приподнимая нос. — А теперь, позвольте узнать, кто вы такие и что здесь вынюхиваете? — грозно поинтересовался он, а из его носа разве что пар не шёл.
— Это детективы. — шепнула Сыльги Чанбину, думая, что мы не услышим. Мы с Хваном переглянулись, понимая, что здесь будет сложно.
— Я - частный детектив, детективного агентства «Bureau of Investigation». — снова представился Хван — И мне нужны сведения: посещал ли эту больницу бизнесмен Ким Шин? — прямо в лоб спросил Хёнджин. Что-то мелькнуло в глазах главврача, и это заставило меня насторожиться.
— Я не имею права предоставлять вам информацию о наших клиентах! — крикнул он, выдав себя.
— Значит, господин Ким всё же посещал вашу клинику? — спросил Хёнджин, уловив суть.
— Я... Я не это хотел сказать! Вы не так поняли! — воскликнул господин Со, когда понял, что выдал и себя, и своего «дорогого» клиента.
— Нам нужно в архив. — невозмутимо продолжил Хван, будто не замечая криков врача.
— Нет! Не пущу! — снова начал кричать Чанбин, размахивая руками. — Охрана! Охрана! — начал верещать он, словно умалишённый.
— Пошли отсюда. — шепнул мне на ухо Хёнджин, приобнимая за талию и ведя к выходу.
— Но, как же... — не понимала я. Мы же нашли след! Нужно продолжать вынюхивать!
— Чш-ш-ш... — приложил палец к губам Хёнджин, когда мы уже оказались на улице — Они всё верно говорят. Мне лишь нужны были доказательства того, что Ким Шин действительно психически болен. А теперь нам нужно представить органам Ким Шина, как подозреваемого, чтобы получить ордер на пропуск к архиву. — объяснил мужчина.
— А, понятно. И когда нам дадут этот ордер? — спросила я, но ответа не получила, звонок телефона прервал Хвана.
— Извини. — бросил он и принял вызов. — Да?... Только что. Нашли что-нибудь?... Нет! Переходи к сути!... Понял. Спасибо. — понять суть разговора по обрывкам фраз Хёнджина мне не удалось. Но я заметила, что под конец разговора лицо мужчины посуровело.
— Кто звонил? — не очень тактично спросила я.
— Чан. — ответил Хван, сжимая телефон в ладони.
— И что он сказал? — продолжила выпытывать из него информацию.
— Котёнок, — повернулся он ко мне — у меня для тебе две новости.
— Одна плохая, а другая хорошая? — со смешком уточнила я.
— Именно. — щёлкнул пальцами Хёнджин — Начну с хорошей. Ребята из органов проверили камеры видеонаблюдения на трассах и в черте города, и засекли автомобиль очень похожий на одну из машин Ким Шина. Но так как был дождь понять это точно не удалось. Он покидал город как раз в тот день, когда была совершенна серия убийств в его доме. — проинформировал он меня. Мне потребовалась минута, чтобы переварить полученную информацию.
— А плохая? — спросила я, наконец.
— А плохая заключается в том, что точное направление мы не знаем. А если мы хотим сделать Кима первым подозреваем, то его нужно задержать на время следствия.
— Тогда... — я задумалась. Что же теперь делать? У Ким Шина очень много недвижимости, как в Кореи, так и за её пределами. Пока мы объездим всё, то может быть уже слишком поздно. Сердце сжалось, когда я подумала о маме, но тут мою голову озарила одна идея. — Хёнджин! — воскликнула я, хватаясь за ткань его пиджака, воодушевившись. — Нам нужно съездить к Йене, ну, то есть к Сынмину!
— Зачем? — ещё больше нахмурился Хван при упоминании моего старого друга.
— Сам посуди: у Ким Шина очень много недвижимости. Если он и не похищал мою маму, то скорее всего как-то в этом участвовал. А Сынмин может знать какие-то места, куда он мог поехать. Всё-таки он его сын и немного пожил с ним под одной крышей. Вдруг, я не знаю, у него есть самое любимое место или наоборот? — Хёнджин задумался. Видимо он взвешивал все плюсы и минусы моей идеи, но другого выхода у нас просто нет.
— Хорошо. — наконец, кивнул он — Так и сделаем.