Глава 24
Соник буквально вырвался из полицейского участка, оставив позади крики Сильвера, Блейз и Эми, которые умоляли его остаться. Их сердца сжимались от страха, ведь они знали, что Соника могут похитить, а может быть, и убить, из-за доказательств, которые он представил против Шедоу.
Но Сонику было всё равно. Сердце колотилось в груди, в ушах звенело, перед глазами все плыло. Мелкий дождь, начавшийся внезапно, создавал мрачную атмосферу, небо затянули серые тучи. Соник, пытаясь отдышаться, забежал в ближайший переулок.
Зайдя за угол, он оказался в кромешной тьме. Попытался успокоиться, собраться с мыслями, но звон в ушах не давал сосредоточиться. Вдруг сквозь шум донесся знакомый голос, который как будто согрел душу и успокоил сердце. Соник резко повернулся, к нему медленно приближалась темная фигура.
"Шедоу..?" - прошептал он.
Фигура сняла капюшон. Широкие черные штаны и кроссовки были промочены до нитки, но куртка защищала от дождя. Шедоу медленно шел к Сонику, нервно хихикая. Вдруг он замахнулся, но Соник, словно пружина, подскочил и обнял его.
Сердце Шедоу замерло. Он смотрел на Соника, а затем на руку, в которой все еще был нож.
Шедоу пристально разглядел Соника. Тот казался таким... милым. Но эти мысли он тут же отбросил, ведь желание навредить не покидало его. Хотя в этот раз оно было как-то приглушено.
Соник немного успокоился. Он отстранился от Шедоу и увидел нож в его руке. "Извини, я должен был тебя послушать. Пожалуйста, не трогай Тейлза. Убей меня, навреди мне, но только не трогай их," - прошептал он, голос дрожал.
Шедоу рассмеялся:
"Хах! Как ты стал прокурором, если у тебя есть все доказательства, чтобы арестовать меня? Но вместо этого ты просишь меня помиловать твоих друзей?"
"Я посадил много опасных преступников, но не могу сделать это с тобой. Я не понимаю почему... Это мучает меня весь день," - признался Соник.
"Видимо, ты настоящий псих. Даже я считаю тебя странным, хотя ты и так был для меня каким-то неадекватным. А теперь я еще больше убеждаюсь в этом," - пробурчал Шедоу.
Соник понял, что его слова ничего не значат. Если он сейчас не уйдет, ситуация станет только хуже. У него нет никаких шансов против Шедоу с ножом и его скорее всего хорошими боевыми навыками.
"Я не договорил, ёж. Помнишь своего друга Тейлза? Так вот, если ты не заберешь заявление и доказательства о том, что этот поганый лис невиновен, а я тебе угрожал, то твоему другу будет не сладко. Ты понимаешь?" - прошипел Шедоу.
Соник оказался в замешательстве. Слова Шедоу так его разозлили: как он может так обращаться с Тейлзом и манипулировать им? Шедоу начал смеяться, а Соник сжал кулаки и прикусил щеку, стараясь не сорваться, ведь это только усугубит ситуацию для него самого.
"Чего это ты замолчал? Неужели сейчас заплачешь и будешь умолять, чтобы я никого не трогал?)" - рассмеялся Шедоу.
Соник сделал глубокий вдох, его мысли смешались от нарастающего гнева, который вот-вот вырвется наружу. Он медленно, но уверенно развернулся к Шедоу, взглянув ему прямо в глаза, а затем толкнув его, Соник прижал Шедоу к стене старого здания, и тот уронил нож. Для Соника это было отличным моментом, ведь теперь Шедоу не мог ему навредить.
"Ты полнейший идиот, как ты можешь трогать моего друга? отпусти его, а если ты не выполнишь мою просьбу, то я никогда в жизни не заберу эти доказательства. Ты ебнутая тварь, которая сядет в тюрьму за свои преступления и слова, которые сделал и сказал мне, к тому же, тебе будет невыгодно трогать Тейлза, так как ты понесёшь за это ответственность, извини, но я все же хороший прокурор, который посадит тебя за решётку.." - насмешливо и уверенно проговорил Соник.
Соник был удивлён своими словами; ещё пару минут назад он не мог собраться с мыслями. Но когда он встретил Шедоу, что-то щёлкнуло, и Соник успокоился. Скорее всего, это было связано с Тейлзом, хотя, возможно, и нет... Соник фыркнул и побежал прочь, а Шедоу остался в недоумении, не понимая, что только что произошло. Когда он всё осознал, его охватило раздражение.
Шедоу рассмеялся: "Блять, сколько раз я буду ошибаться в нем? Он чертов псих! Лучше будет перебить всех его знакомых и сесть за решетку, зная, что он будет всю жизнь страдать". Он поднял нож, надел капюшон и ушел прочь.