5
Мы проживаем ту жизнь, на которую решились.
Ночь была тихой, окутанная плотной тьмой, когда телефон на прикроватной тумбочке зазвонил, пронзая тишину резким и настойчивым трезвоном. Я, словно вынырнув из глубокого сна, нашарила трубку и, не глядя на номер, ответила хриплым ото сна голосом.
"Мелисс, я уже еду к тебе. Новое убийство, похоже, опять этот «призрак»"
Ее голос был напряженным, без каких-либо приветствий или предисловий. Сердце екнуло в груди, сон как рукой сняло. Все еще не до конца проснувшись, я соскочила с кровати, спешно натягивая джинсы и футболку. Я не спрашивала деталей, потому что знала – Каролина не стала бы меня будить, если бы это не было действительно важно.
Я выскочила из дома, как ошпаренная, и тут же увидела подъезжающую машину Каролины. Запрыгнув внутрь, я заметила, что ее лицо было напряженным, а глаза полны решимости. Мы обменялись коротким взглядом, и Каролина резко вдавила педаль газа.
Поездка была быстрой и молчаливой, нарушаемой лишь хриплым дыханием и звуком мотора. Когда мы, наконец, добрались до места происшествия, рассвет уже начинал окрашивать небо в нежные розовые оттенки. Место преступления представляло собой мрачную картину - заброшенный лес, где-то на окраине города. В самом его сердце, на покрытой опавшей листвой земле, лежал мужчина. На вид ему было около 36 лет. Он был мертв, а вокруг царила тягостная тишина.
Я приблизилась к телу, стараясь не прикасаться к нему, и заметила рядом с ним клочок бумаги. Сердце ухнуло вниз, когда я увидела на нем знакомый рисунок – стилизованное изображение призрака, зловеще и насмешливо. Все признаки указывали на то, что это дело рук того же серийного убийцы, которого мы так долго пытались поймать. Мой взгляд скользнул ниже, и я заметила след от подошвы обуви, отчетливо отпечатавшийся на влажной земле. Это была еще одна подсказка, еще один пазл в этой сложной головоломке.
Мы собрали улики, зафиксировали все детали и, погрузившись в машину, поехали в участок. Теперь у нас было больше зацепок, больше подсказок, которые могли нас привести к "Призраку". Мы работали как единое целое, Каролина, как всегда, взяла на себя анализ улик, а я начала изучать личность жертвы.
Каролина, получив данные, пробила жертву по базе. Его звали Максим, у него была жена и двое детей. Он не был судим, и в его биографии не было ничего криминального. Единственное, что меня насторожило - никаких данных о месте работы.
И тогда, мы решили отправиться к его семье. Жена Максима, хрупкая и измотанная женщина с покрасневшими от слез глазами, встретила нас у порога. Мы сочувствовали ей и выразили соболезнования. Разговаривая с ней, мы узнали, что их семья жила небогато. Несколько месяцев назад Максим занял крупную сумму денег у какого-то человека и не смог ее вернуть.
Внутри меня все перевернулось. Сложив два и два, мы поняли, что, скорее всего, Максим занял деньги у "Призрака", и не смог вернуть, заплатив за это собственной жизнью. Теперь у нас был еще один пазл в этой сложной головоломке. Эта связь делала все ещё более запутанным, но давала надежду на то, что мы сможем выследить этого зловещего убийцу.
День пронесся в бесконечных бегах, словно нас гнал какой-то невидимый кнут. Мы с Каролиной мотались по городу, от одного конца к другому, проверяя зацепки, опрашивая свидетелей, но всё как будто уходило сквозь пальцы. Никаких новых следов "Призрака", никаких новых деталей, которые могли бы нас приблизить к разгадке. Ощущение было такое, будто мы толкаем огромный камень в гору, и с каждым шагом он становится все тяжелее.
Под вечер я чувствовала себя как выжатый лимон. Ноги гудели, голова раскалывалась, а глаза горели от усталости. Но внутри меня продолжала тлеть искра азарта. Я знала, что не имею права сдаваться, что должна довести это дело до конца. Мы запланировали на днях еще один допрос Мирона, надеясь, что он, возможно, вспомнит что-то важное, что упустил раньше.
А завтра… завтра мой "выходной". Или, скорее, день без официальной работы. Я не поеду в участок, не буду гоняться за преступниками. Вместо этого я погружусь в дело своего брата. Оно по-прежнему оставалось для меня незавершенным, открытой раной, которая болела каждый день. Я никак не могла понять, почему его дело закрыли так быстро, почему не было никаких серьезных расследований, почему его убийца до сих пор гуляет на свободе. Эта мысль не давала мне покоя.
Едва я переступила порог квартиры, как телефон завибрировал, сообщая о новом звонке. На экране высветился номер Влада. Сердце екнуло. Он, словно чувствуя мое состояние, предлагал прогуляться. Время было всего семь часов вечера, не так уж и поздно. Просто мне безумно хотелось спать. Но, услышав его голос, в котором всегда звучала забота и тепло, я не смогла отказать.
Я наспех переоделась, расчесала волосы и спустилась вниз. Влад ждал меня возле подъезда, облокотившись на свой автомобиль. Он был одет в простые джинсы и толстовку, и выглядел таким... обычным, но при этом таким желанным. Немного странные у меня мысли..
Мы пошли в парк, который находился неподалеку от моего дома. Вечерний воздух был свежим и прохладным, а тихий шелест листьев успокаивал нервы. Мы шли рядом, молча, но это молчание не было тягостным, скорее, оно было наполнено пониманием и спокойствием. Влад рассказывал о своих планах на будущее, а я, просто слушая его, чувствовала себя в безопасности.
Мы гуляли, смеялись, шутили. Мы смотрели на закат, даже держались за руки, и все было хорошо, даже слишком. Словно, время на мгновение остановилось, и все проблемы, все тревоги остались где-то далеко. Влад умел создавать вокруг меня атмосферу безмятежности, которая позволяла мне на время забыть о своих проблемах. И я, как никогда, дорожила этими моментами, понимая, что они – самое ценное, что у меня сейчас есть. Я просто хотела, чтобы этот вечер никогда не заканчивался.
Влад говорил о чем-то, его голос звучал мягко и успокаивающе, но я все меньше и меньше слышала его слова. Внутри меня настойчиво билась одна-единственная мысль - та фотография Даниила и тот силуэт. Чем дольше я проводила время с Владом, тем сильнее меня мучило это ощущение, эта тревога. Это было словно навязчивый мотив, который не давал покоя.
В какой-то момент я поняла, что больше не могу это игнорировать.
—Влад, - начала я, стараясь, чтобы мой голос звучал как можно более непринужденно. —Я тут подумала… А чем ты занимался до того, как открыл свое кафе? У тебя есть какая-то работа в прошлом или старое хобби?
Он замолчал, на мгновение отвернувшись от меня. В его глазах мелькнула какая-то тень, какая-то неуверенность. Это была всего лишь секунда, но я ее заметила.
—Да так, - ответил он, немного помолчав. —Ничего особенного. Сидел на шее у родителей, по большей части.
Его ответ был слишком простым, слишком наигранным. Он говорил как будто по заученному тексту, и я почувствовала, как внутри меня поднимается волна недоверия.
—Сидел на шее у родителей? - повторила я, стараясь скрыть сарказм в голосе. —И всё?
Он нервно засмеялся, словно пытался разрядить обстановку.
—Ну, да. А что тут такого? Я же говорил, что не какой-то там бизнесмен или гений. Самый обычный парень.
—Обычный парень, который не имеет за плечами ни-че-го, - проговорила я про себя. Мне не нравился этот разговор, мне не нравилось то, что я чувствовала. Он врал. Врал, и это не мог быть просто пустяковый обман.
Я больше не стала давить, понимая, что он все равно ничего не расскажет. Мы продолжали прогулку, но теперь я чувствовала, что между нами нарастает напряжение, как тонкая пленка, которая вот-вот лопнет. Я старалась вести себя как обычно, улыбалась, шутила, но внутри меня роились сомнения, которые все больше и больше захватывали меня.
Мы гуляли долго, наслаждаясь тишиной и звездным небом. Но все это было с налетом нарастающего беспокойства. Влад проводил меня до дома, нежно обняв на прощание, и я, стараясь не показывать своего внутреннего напряжения, пошла в квартиру.
Едва закрыв за собой дверь, я почувствовала, как на меня обрушивается волна усталости. Я не стала даже включать свет, просто прошла в спальню и, не раздеваясь, рухнула на кровать. Глаза закрылись сами собой, но сон не шел. В голове вертелись обрывки разговора, силуэт с фотографии, ложь Влада. Я понимала, что я должна докопаться до правды, чего бы мне это ни стоило. И, несмотря на усталость, я знала, что завтрашний день будет долгим и тяжелым. А сон, как всегда, отложится на потом.