17
Я часто думаю, что ночь более оживленна и более богата красками, чем день.
Врачи под ночь отпустили нас с Каролиной домой, ничего толком не сказав о состоянии Мирона. Сказали, что нужны дополнительные анализы, и они дадут нам знать утром. Зачем отпускать нас, если мы все равно будем возвращаться сюда утром? Но спорить сил уже не было, да и смысла тоже.
Я шла домой, уставшая и морально выжатая, как лимон. Все эти события последних дней свалились на меня, как снежная лавина, и я чувствовала себя, как будто меня просто перемололи. Мозг отказывался работать, а в груди ныла какая-то тупая боль.
И, как по закону подлости, я снова проходила мимо уютного кафе Влада. Я уже привыкла к этому месту, но сегодня почему-то оно казалось особенно притягательным. И вот как бывает – смотрю, а Влад только-только закрывает двери и выходит из кафе.
Он немного вздрогнул, увидев меня, но тут же улыбнулся, как будто был рад меня видеть.
—Мелисса? Ты что тут делаешь так поздно? - его голос был таким спокойным и теплым, что я на секунду даже забыла о своих проблемах.
—Просто… шла домой, - я пожала плечами, стараясь скрыть усталость и тревогу.
—Может, прогуляемся? - предложил Влад, глядя на меня с какой-то… заботой? —Ну, если ты, конечно, не против.
Я задумалась на мгновение. Прогулка сейчас была бы, как глоток свежего воздуха. Как передышка перед новым днем, полным загадок и переживаний. —Хорошо, - ответила я, сама не понимая, почему согласилась.
Мы пошли по тихим, ночным улицам, и я как-то сразу почувствовала, как отступает напряжение. Он не задавал вопросов о Мироне, о нашей работе, о кошмарах. Просто шёл рядом, слушал мои бессвязные рассказы и иногда бросал какие-то простые и утешительные слова. Я чувствовала себя, как будто снова оказалась в том лесу с качелями, где не было места для тревог и страха.
Конечно, если бы Данил (мой брат, пусть земля ему будет пухом) узнал, что я гуляю ночью с каким-то парнем, он бы меня уже закопал где-нибудь в ближайшей канаве. Я даже усмехнулась этой мысли. Часто ловлю себя на мысли, что мне его так не хватает. Я уже не плачу, либо нет слез, либо я просто устала, но без него так плохо, он был моим всем. Но сейчас, в этот момент, всё казалось таким неважным.
Я просто хотела отвлечься, не думать ни о чём, хотя бы на время. И, пожалуй, прогулка с Владом была именно тем, что мне было нужно в этот сложный момент.
Прогулка с Владом была, как всегда, легкой и непринужденной. Мы ходили по знакомым улочкам, болтали ни о чем и обо всем сразу, смеялись над какими-то дурацкими шутками. Он всегда умел сделать даже самый обычный вечер особенным. Когда он предложил подняться на крышу, я не удивилась. Знала, как сильно он любит это место. Сколько раз мы уже там были... Мне было там уютно, не страшно, как в первый раз.
—Ну что, пойдем? - спросил он, с этим своим фирменным взглядом, в котором всегда столько надежды и предвкушения.
Я улыбнулась, махнула рукой и кивнула. Да и какой смысл отказываться? На крыше всегда было здорово, особенно с ним. Да и честно говоря, спорить с Владом когда он загорается какой-то идеей – дело безнадежное.
И вот мы здесь, снова. Ветер ласково играет с моими волосами, ночной город мерцает внизу. Он смотрит вдаль, на горизонт, и, кажется, что в этот момент он весь там, в своих мыслях. А я стою рядом и думаю, как же хорошо, что мы снова здесь. И хотя это место стало для меня почти родным, каждый раз, когда мы поднимаемся сюда, я чувствую себя как-то по-особенному, как будто открываю что-то новое. В нем, в этом месте, в наших отношениях. И пусть дальше все будет так же спокойно и непринужденно, как этот вечер.
Мы стояли на крыше, и тишина города казалась почти осязаемой. Ветер нежно трепал мои волосы, а огни внизу мерцали, как россыпь бриллиантов. И вдруг, откуда ни возьмись, раздалась мелодия. Нежная, спокойная, словно ночная колыбельная. Она просачивалась откуда-то из-под завала, возможно, из какого-то открытого окна далекого дома. Музыка была такой легкой и трогательной, что хотелось просто закрыть глаза и раствориться в ней.
Влад обернулся ко мне, его глаза сияли в свете луны, и на его губах играла легкая улыбка. —Потанцуем? - спросил он, и в его голосе была какая-то детская непосредственность.
Я посмотрела на него с теплотой, почувствовав, как сердце начинает биться чуть быстрее. Конечно, потанцуем. Разве можно было отказать? Я подала ему руку, и он нежно переплел наши пальцы. Медленно, словно боясь спугнуть магию момента, мы начали двигаться в такт мелодии.
Ночной город раскинулся перед нами во всей своей красе, а мы кружились на этой крыше, словно два волшебных создания. Его руки уверенно вели меня, а я доверяла ему каждое движение. Музыка заполняла собой все вокруг, и казалось, что мы остались одни в этом мире. Влад смотрел мне в глаза, и в его взгляде я видела столько нежности и тепла, что внутри разливалось что-то необъяснимо прекрасное. Наш танец был как сказка, сплетенная из света луны, музыки и наших чувств. И я знала, что этот момент останется в моей памяти навсегда.
Мы кружились на крыше, и в этот момент казалось, что мир сжался до размера наших объятий. Мелодия, словно шелковая нить, связывала нас, а огни ночного города мерцали как декорации в волшебной сказке. Было так легко и беззаботно, что все проблемы, все заботы просто растворялись в этом воздухе, пропитанном музыкой и его улыбкой.
На мгновение я задумалась. Мирон… Он где-то там, в больнице, и я понятия не имею, как он себя чувствует. Но эта мысль тут же улетучилась, словно унесенная ветром. Я забыла о своих делах, о запланированных встречах, о бесконечных списках "нужно сделать". Я забыла обо всем. Просто была здесь, с Владом, в этом моменте, и это было все, что имело значение.
В этом и есть особенность Влада. Он умеет создавать вокруг себя такое пространство, где все остальное перестает существовать. С ним я выпадаю из реальности, погружаюсь в какой-то свой, особый мир, где нет места тревогам и беспокойству. Он как будто нажимает на кнопку "пауза" в моей жизни, и все проблемы остаются где-то за кадром. И сейчас, на этой крыше, в его объятиях, я позволяю себе забыть обо всем, просто наслаждаясь этим сказочным моментом. И это, наверное, самое прекрасное в нашей дружеской истории.