Чужие в городе Йокогамы!

Акутогава зашёл в изолятор Портовой мафии. Именно в этом месте допрашивали предателей и врагов организации. Дазай висел в кандалах на каменной стене и весело мычал какую-то песенку. Этого суицидник было сложно напугать. Он не боялся смерти, не боялся врагов, ничего не боялся. Рюноске с презрением посморел на Осаму. Он активировал свою способность «Расемон» и чёрный коготь из ткани врезался прямо рядом с лицом «Не полноценного человека». Дазай продолжал петь и улыбается. Словно его сейчас не пытались убить за предательство. Портовый пёс, никак не выражая эмоций, схватил своей способностью шею Дазая. Детектив перестал петь и улыбаться. Его глаза расширились от удивления. Он посморел на огромную черную лапу, вокруг своей шеи.

— Ах... Ты... здесь?

Голубой свет способности Дазая - «Не полноценный человек» разрушил черную лапу «Расемона». Акутогава сморел на Дазая свысока и с долей презрения во взгляде.

— Дальнейшая судьба здешних заключённых... Тебе должна быть прекрасно известна, не так ли?

Заговорил Рюноске с Осаму. Вокруг цепного пса мафии были чёрные когти его способности.

— Навевает воспоминания.

Мечтательно произнес Дазай.

— Вспомнились времена, когда ты был всего лишь новичком.

4 года назад...

Посередине изолятора лежали три трупа. С момента смерти прошло совсем немного: кровь всё ещё растекалась по полу, словно в последней безнадёжной попытке вырваться из заточения даже после гибели тела.

— Я жду объяснений.

Сказал Дазай. Кроме него в изоляторе находились ещё четверо гангстеров. Трое были подчинёнными Осаму, преследовавшими вместе с ним снайпера. Четвертый — невысокий худой юноша в чёрном пальто.

— Солдат «Мимик» доставили сюда в бессознательном состоянии после нападения на одно из наших казино.

Отрапортовал гангстер в деловом костюме, поправляя на носу чёрные очки.

— Здесь из них под пытками должны были выбить информацию. Перед этим им удалили спрятанные у коренных зубов ампулы с ядом.

— Это мне и так известно. Я же и раздал указания. Я хочу знать, что было потом.

— Один из солдат очнулся раньше, чем мы ожидали.

С явной неохотой продолжил гангстер.

— Прежде чем мы успели его заковать, он стянул у одного из нас пистолет и застрелил товарищей. Чтобы они ничего не рассказали. Затем бросился на нас, и...

— Я его приговорил.

Закончил за него юноша. Суицидник посмотрел на него. Тот ответил недовольным взглядом больших глаз.

— Какие-то проблемы?

— Ясненько. Нет, что ты, никаких.

Глядя ему прямо в глаза, ответил Осаму.

— Ты устранил опасного и неумолимого противника, защитил своих товарищей, Акутагава-кун. Замечательно, как ни посмотри.

Он медленно двинулся к юноше.

— Без своей сверх способности тебе никогда не удалось бы одолеть столь грозного соперника. Браво. Теперь трое из пойманных нами вражеских солдат мертвы. После того, как мы специально расставили на них ловушку, чтобы взять живыми. И вновь ни единой зацепки. Выживи хотя бы один из них, и мы смогли бы узнать тонну полезной информации. Где они прячутся, какова их цель, куда они нанесут удар в следующий раз, как зовут их командующего и что он за человек, и, наконец, какая у него сверх способность. Ты такой большой молодец.

— Зачем что-то о них выяснить? Я и так не оставлю от них...

Дазай не дал Акутагаве договорить, без предупреждения ударив его кулаком в лицо. Юноша рухнул спиной на пол, с глухим звуком стукнувшись затылком о каменный пол.

— Ты думал, я ждал оправданий? Прости, что произвёл ложное впечатление.

Сказал Осаму, потирая костяшки кулака.

— Гху...

Простонал Рюноске. Из-за сильного удара головой тело не слушалось.

— Ты. Дай свой пистолет.

Приказал мафиози одному из подчинённых. Тот явно колебался, но послушался. Дазай вынул магазин, оставил в нём три пули, и со щелчком вернул назад в рукоять.

После чего прицелился в лежащего на полу Цепного пса.

— Один мой друг опекает сирот. Акутагава-кун, если бы он подобрал тебя, умирающего от голода в квартале бедняков, он бы наверняка прощал твои недочёты и терпеливо всему тебя обучал. Потому что так правильно. Но правильность меня отвергла. И вот как такие, как я, поступают с бесполезными подчинёнными.

Договорив, мафиози в ту же секунду без жалости нажал на спусковой крючок. Прогремели три выстрела. Сверкнули три вспышки. Зазвенели покатившиеся по полу гильзы. По лбу Акутагавы скатилась капля пота.

— Ну вот. Можешь же, если захочешь.

Пули повисли в воздухе перед самым лицом юноши. Акутагава остановил их с помощью своей сверх способности. Но лицо его при этом скривилось в крайнем напряжении.

— Сколько раз мне тебе повторять.

Весёлым тоном произнёс Дазай.

— Твоя сила не столь банальна, чтобы только убивать ею несчастных пленников. Её можно использовать и для защиты.

Сверхъестественная способность Акутагавы «Расамон» позволяла ему одной лишь силой мысли управлять своим пальто, пронзая и раздирая в клочья его полами врагов. Осаму полагал, что по тому же принципу можно рассекать сам воздух, блокируя путь пули.

— Мне ещё... ни разу не удавалось защититься...

Хрипло, без тени эмоций прошептал Рюноске. На создание барьера у него ушли все душевные силы.

— Но сейчас удалось. Поздравляю.

Цепной пёс нахмурился. Вместо радости на его лице отразился страх.

— Подведёшь меня опять, и я ударю тебя два раза и выпущу в тебя пять пуль. Договорились?

Голос Дазая был холоден, как лёд. Акутагава хотел возразить, но тяжёлый взгляд прищурившегося главаря не дал ему и рта раскрыть.

Настоящее время...

— Ты совершил серьёзное преступление. Внезапно прервал миссию и затем растворился в воздухе. А сейчас ты сражаешся против мафии. Как...

В голосе Акутогавы было только безразличие смешанное с ненавистью. А серебряных, как сталь, глазах плескалась тьма. Это были глаза бешеного зверя, который сдерживал свою ярость.

— Крайне не достойно бывшего руководителя.

С презрением сказал Рюноске. А Дазай отвечал ему насмешкой. Взгляды обоих мафиози метали молнии.

— Ну и скажи на милость, как следует вести себя твоему бывшему боссу?

Это была последняя капля терпения Акутогавы. Он врезал Дазаю по его наглой роже. Рюноске столько лет терпел его жестокие тренировки, унижения, то, как Дазай презирал его способность, называя её слабой. Он делал ВСЁ что бы получить признание своих сил у Осаму. А тот лишь бросил его и организацию. Словно ни Акутогава, ни Портовая мафия не представляли из себя никакой ценности для Дазая. После удара цепного пса на лице суицидника появился большой синяк.

— Тебя невозможно переубедить.

Хрустя кулаками сказал Рюноске.

— Но, лишенный своей способности боль ты всё ещё испытываешь.

Взгляд Акутогавы был жестоким, чёрным, покрытым ненавистью и злобой. В его глазах можно было прочитать фразу: "Я могу убить тебя когда захочу." Дазай, видя эту ненависть у своего бывшего ученика, сказал с насмешкой.

— Правда? Как страшно.

Взгляд жестоких глаз и надменная улыбка.

Дазай Осаму умел вселять ужас в своих врагов. В Портовой мафии он был одним из самых молодых исполнителей. На его руках 138 убийств. Даже если бы Портовая мафия и хотела бы убить его, у них бы просто не вышло. Ведь Осаму умел прятаться так, что никто не мог его найти. Он умело менял маски своей двуличной личности. Этот человек мог прикинуться дураком, что приглашает дам на двойное самоубийство, или мог стать жестоким человеком, которого боялись его враги. Ведь не даром про врагов Дазая говорят. Что для них самое большое несчастье, так то, что они враги Дазая.

Акутогава с ненавистью и раздражением смотрел на бывшего учителя.

— Я не боюсь с тобой сейчас разговаривать.

С раслабленным видом сказал суицидник.

— Тренировать тебя было такой рутиной. Ты был туп, как кирпич и так упрям.

Глаза Осаму блеснули насмешкой, а на губах появилась улыбка.

— Не говоря уже о твоей дряной способности.

Слова бывшего учителя сильно задели Рюноске. Он сжал руки в кулаки, а губы в тонкую линию.

— Не долго ты будешь таким самоуверенным.

Дазай с удивлением посморел на Акутогаву.

— Мы разрушим детективное агенство в течении нескольких дней, схватим человека тигра, а ещё убьём твою девчонку.

— Девчонку?

С удивлением и непониманием произнес Осаму. Рюноске остановился с посморел на бывшего учителя. Он сказал всего одно слово.

— Хиган...

На лице Дазая отразится шок. Хиган... Именно так называли Лизу в Портовой мафии. Из за того что в ней был и ангел и демон, а гибрид этих двух существ назывался - Хиган.

— И мы избавимся от тебя...

Не поворачиваясь к нему сказал Акутогава.

— После того, как заставим беспомощно наблюдать за уничтожением твоей организации, убийством подчинённых, а девку мы оставим на последок... Я с радостью убью её на твоих глазах...

На лице цепного пса мафии появилась садисткая улыбка.

— А сможешь?

С насмешкой сказал суицидник
Он умело скрыл свое удивление и беспокойство за Абэ под улыбкой.

— Даже если твоя сила будет способна уничтожать целые города за одну ночь. Ты НИКОГДА не станешь лучше её.

Акутогава остановился, звук удара разнесся по всему изолятору мафии.