Часть 15
Утром, встав пораньше, вернее, даже не ложившись толком, уступив постель уставшему парню, Харучие пошёл в кухню. На нем была футболка и лёгкие серые штаны. Он включил телевизор и добавил немного звук.
«Этой ночью в одном из жилых комплексов было совершено самоубийство главного детектива Токио — Кисаки Тетты. По словам его друга, с которым они вместе выпивали накануне, тот поделился с ним нелестной информацией о совершенных преступлениях и, достав табельный пистолет, выстрелил в висок... "
— Ебать колотить! — воскликнул розоволосый, — Эй, полудохлики! Тетты выпелился!
— Чего орешь? Если выспался — так флаг тебе в руки, — послышался возмущенный голос Наоми, что выползла из комнаты. Следом вылез и Ханемия.
— Я не хочу даже знать Тора, какого хера ты в таком виде, — произнесла девушка, окинув того, всего помятого, взглядом, а после к телику подошла ближе.
— Да ну не поверю я в это! В очередной раз наебать решил всех?! — Наоми явно проснулась, словно ее из контрастного душа облили. Спешно собравшись, девушка спустилась вниз и вызвала такси.
— Раз теперь у вас все прекрасно, то я, пожалуй, пойду. Нужно еще Наоми успеть поймать, пока дел не натворила, — произнес Ханемия, явно собираясь избежать разговора о том, что эти двое делали прошлой ночью. Санзу притянул его к себе за руку и поцеловал в губы, чуть покусывая, а после отстранился.
— Небольшое напоминание о том, что я не треплю языком и помню все прекрасно. Захочешь повторить адрес знаешь...
***
Ханма провожал тело в морг. Кисаки действительно был мёртв. Абсолютно и бесповоротно, только, самоубийством это не было. Он лично спустил спусковой крючок пистолета. Говорил же, что не позволит, чтоб пострадали его люди, а когда узнал, что в Наоми стреляли, отчего-то пришёл в бешенство.
Вернувшись в офис, после завершения дел, тот зашёл в кабинет, взял из шкафа бутылку и сел на диван. Устало потерев глаза, он откупорил её и сделал несколько глотков.
— Как я блять до такого дошёл?!
В кабинет мужчины раздался стук. Это была Наоми. Скорее просто решила посочувствовать, да и заодно признать, что тот был прав и она проиграла.
Девушка проходит в кабинет и, ставя небольшую чашку на стол, садится по-турецки на пол.
— Компанию составить? — задала та вопрос, даже как-то грустно немного улыбаясь.
— Добро пожаловать в клуб... — он посмеялся и плеснул в её чашку алкоголь. Рабочий день давно закончился, и он имел на это право.
— Завтра можешь взять новое дело и следи за этими двумя, чтобы не попадались. Второй раз я их не отпущу. Дела спишу на Кисаки...
— Кадзутора сказал, что сам подошьёт дела и все оформит. Не знаю с чего вдруг. Да и я уже собрала вещи, мне осталось только подписать документы о переводе в архив. Сами ведь сказали, что, если провалюсь буду работать там и разгребать бумажки до пенсии.
Она посмеялась хоть и тихо, а после взяв чашку отпила, немного уводя взгляд в пол.
— В конечном итоге, ты в какой-то степени раскрыла это дело. Заставила Кисаки во всем признаться... Так что считай, твоя взяла. Но если ещё раз скажешь про архив я могу и передумать! — он посмотрел на неё как-то странно даже, а потом хмыкнул с лёгкой улыбкой.
— Значит, могу остаться в отделе?
— Да... Вот еще... Это не было самоубийством, — произнёс он зачем-то, — я его сам пристрелил.
— Я так и подумала...