Вула

Я чертила на доске новую схему, но за тучей прицепленных к ней листков, это было немного сложно. За моей спиной медленно прохаживался Уилл, и комната была заполнена лишь звуками его размеренных шагов и скрипом маркера. Боковым зрением я заметила, как парень подошел к столу, скользя пальцами по размятым переплетам и гладким обложкам ежедневников. Взяв в руки один из самых старых, он бегло пролистал его и поднял на меня взгляд.

- Ты хранишь все свои записи?

Я отошла от доски, закрывая маркер и осматривая свое творение:

- Почти. Самый первый ежедневник затерялся. А что?

- Ничего, - Уилл усмехнулся и оперся о письменный стол, - вспомнил школьные времена.

Я последовала его примеру и встала рядом с ним. На лице парня была кривая ухмылка, а взгляд был уперт в пол, погруженный в воспоминания. Я молчала, стараясь не разрушить его ностальгию.

- Мне всегда казалось, что твои ежедневники это часть тебя. Каждую свободную минуту, когда ты не была с нами, ты писала. Все время. Иногда я заходил в класс, говорил тебе что-то, но ты не слышала, увлеченная своими записями. И так бесилась, когда мы с Натом дразнили тебя и забирали их. Они всегда были важны для тебя.... Раньше это выглядело странно, даже фанатично.

- А сейчас?

- Сейчас я уже привык, что ли.... Ну или ты изменилась.

Он взял в руки один из ежедневников и открыл, но я тут же выбила его из его рук.

- А нет,... не изменилась.

Я рассмеялась ему в унисон. В комнате царила какая-то особенная атмосфера и меня это немного напрягало. Она казалась мне чересчур романтичной. Мне стало не по себе, и я постаралась ее разрядить.

- Кстати, - Уилл вопросительно промычал, поднимая на меня взгляд, - кто была та девушка?

- Какая девушка?

- Та, с которой мы сегодня столкнулись. Ты назвал ее по имени. Откуда ты ее знаешь?

- А-аа, - протянул парень и замолчал на несколько секунд, - это Уитни. Ты ведь помнишь, что познакомились мы лишь в 8 классе, когда я перешел в вашу с Натом школу. Раньше я жил и учился не в самом благополучном районе....

Я слушала затаив дыхание, ибо Уилл никогда раньше не рассказывал о том, как он жил до нашего знакомства.

- ... Она была моей одноклассницей. Жуткая стерва. Она всегда любила издеваться над другими, как впрочем, многие из моей старой школы. Мне было мерзко там находиться. Я был белой вороной. Причем в прямом смысле этого слова. Зато когда я перешел к вам, все встало на свои места. Я рад, что встретил Ната, - рука парня скользнула по моим плечам, - и тебя.

Я улыбнулась и потянулась к нему, парень дружески обнял меня, прижимая к огромной груди. Это всегда казалось мне странным, из-за того, что я за свою жизнь повстречала не так уж много парней, настолько выше меня ростом, но всегда дарило чувство защищенности, которое требовалось мне тогда, когда моей жизни грозила опасность, найти очаг которой мы и стремились. Но, тем не менее, было ощущение недосказанности.

- Уилл, - парень вопросительно хмыкнул, так и не шевельнувшись, - ты не помнишь фамилию этой Уитни?

Парень немного напрягся, это почувствовалось даже в его голосе:

- Забудешь тут. Шэллоу. Но зачем тебе?

- Просто... просто она показалась мне знакомой. Но нет, я перепутала ее кое с кем.

Уилл что-то промычал в знак согласия, и я услышала резкий звук открывшейся двери. Отпрянув от парня, я наткнулась на взгляд Натана. Он забежал в дом и неожиданно застыл, глядя на нас в упор. По его лицу пробежала какая-то тень, но так быстро, что я не успела понять ее значение. Повисла пауза, парень улыбнулся и откинул крышку коробки, которая лежала у него в руках.

- Пиццы?

- Думаю, нам нужно заехать в наш дом, - пробормотал Уилл, доедая остатки пиццы. Я плюхнулась на пол и села по-турецки на ковер посреди комнаты, и вопросительно качнула головой, услышав слова парня.

- Ну, нам нужно забрать кое-какие вещи, - пояснил Нат, - после звонка твоей мамы мы собрались так быстро, как смогли.

- Стоп, после какого звонка? Разве вам не отец звонил? - я не помнила их слов в точности, но помнила, что они упоминали о звонке, при этом, не вдаваясь в подробности.

Парни молча переглянулись, глаза Уилла злобно сверкнули, а вот Натан состроил виноватую гримасу. Я прищурилась.

- Так, говорите немедленно.

- Ну,... понимаешь, твоя мама сильно волновался за тебя и попросила...настойчиво попросила нас переехать к тебе. И велела сказать, что это был твой отец, а не она...

- То есть вы, поэтому уже три дня здесь задницы просиживаете?

- Получается, что да.

Я сделала вид, что меня задел их невинный обман, просто для того, чтобы не вызвать подозрений. На самом же деле я была рада, что они были рядом и так и останутся рядом, по крайней мере, до того момента, когда закончится эта история с покушениями.

- Про-сти, - с запинкой выдавил Уилл, кривя губы в виноватой улыбке.

- Ну что ж, - я встала, переводя взгляд с одного парня на другого, возникла тишина, и я всплеснула руками, - мне долго ждать, пока вы соберетесь? Или мы к вам домой ночью поедем?

Натан усмехнулся и вскочил, схватив меня в охапку. Я вскрикнула, когда он оторвал меня от пола и перенес за дверь, кружась и увлекая меня за собой. До того момента, как он запихнул меня в машину, я успела увидеть улыбающееся лицо Уилла, который брал ключи и качал головой, идя вслед за нами. Хлопнула дверь, как дома, так и машины и я уронила голову на кожаное сиденье и туда же закинула ноги в черных ботильонах на шнуровке.

- Обивку испортишь, - сказал Уилл, усаживаясь рядом с Натом на водительское место, и с заднего ряда мне его лица видно не было.

- За три года я успела запачкать твой салон ампициллином, морфином, а так же своей и чужой кровью. Не думаю, чтобы тебя это действительно волновало.

- Я кстати забыл стереть кровь той кошки с сиденья.

Мы оба повернулись к Натану, и взгляд последнего рассмешил нас еще больше. Прыснув от смеха, Уилл завел машину, а я наблюдала, как парень осознает свое положение.

- Черт, ребята! - выругался он, привстав и оглядывая заляпанные кровью джинсы, - издеваетесь?

Машину наполнил громкий смех, щеки Ната залило краской. Я уперлась взглядом в черный потолок кабины, медленно успокаиваясь. Смех сменился разговорами, казавшимся мне бормотанием, ибо разбираться мне не хотелось. Мои мысли улетели далеко, даже мне самой тогда было неведомо, куда именно. Закрыв глаза, я стала размышлять. Но в голову так ничего не пришло, кроме того, что я уже знала. Мне все еще не хватало фактов...

Успокаивало лишь одно - то, что парни были рядом. Присматривая за мной по велению отца, они и понятия не имели, что находятся под моим присмотром. Но от осознания того, что они были под защитой, давала мне самой ощущение безопасности.

Я почувствовала, как чьи-то руки обхватывают меня за талию и тут же вздрогнула, проснувшись от полудремы. Надо мной навис Натан, держась руками о сиденье на котором я лежала и я чувствовала, как мои колени упираются в его живот... ну а точнее в пресс.

- Знаешь, не обязательно постоянно брать меня на руки.

- Мне никогда не хочется тебя будить.

- Я не настолько немощна, чтобы носить меня на руках.

- Но и не настолько сильна, чтобы лишний раз отказаться от сна.

- А вот это уже обидно.

Я оттолкнула парня от себя и встала. Ноги у меня немного затекли, но мне удалось прошествовать в дом, не показав этого. Уилл бросил на нас мимолетный взгляд и отпер дверь.

- Вы словно дети, ей богу.

- Ой, кто бы говорил.

Парень вошел в дом, на ходу сдернув записку с двери и пробежав по ней глазами. Затем он молча отдал ее Нату и взбежал вверх по лестнице.

- Что там? - спросила я, вставая на цыпочки и заглядывая ему через плечо, чтобы прочесть написанное.

- Хозяйка дома приходила, пока нас не было. Написала, что не могла достучаться и чтобы мы съехали в течение недели, ибо у нее какие-то непредвиденные обстоятельства. Наверное, муж приехал...

Натан скомкал листочек и бросил в мусорный бак. Я обняла парня сзади, и пусть он был ниже Уилла, я все равно казалось самой себе какой-то мелкой рядом с ним.

- Вы все равно переезжаете ко мне, не расстраивайся.

- Да я-то не расстраиваюсь. Но деньги за последний месяц эта стерва не вернет.

Я усмехнулась и отошла, рухнув на диван в гостиной.

- Жаль, этот дом мне нравился. Тут все такое удобненькое, - я сладко потянулась.

- И кто из нас еще лентяй?

- Молчал бы.

Пока я полеживала на мягком диванчике, парни сновали вокруг, собирая свои вещи в огромные коробки. В конце концов, мне пришлось подняться, чтобы помочь этим безруким, пытающимся впихнуть кипу скомканной одежды в одну коробку. Когда все было уложено по-человечески, Уилл щелкнул пальцами и скрылся за углом, видимо, вспомнив о чем-то. Натан же уселся за стул перед фортепиано и провел пальцами по крышке.

- Жаль, что оно остается здесь. Мне не на чем будет играть.

Угу, зато тебе было бы из чего стрелять. Если б ты умел.

- Может, сыграешь разочек перед уходом? - предложила я, всей душой надеясь, что он согласится. Казалось, я вечность не слышала его игры.

- Ну, разве что для тебя, - парень взял мою руку, лежавшую у него на плече, и поцеловал тыльную часть ладони. Я расплылась в улыбке, и он поднял крышку фортепиано. Его пальцы запорхали над клавишами, наполняя комнату чудесными звуками. Я узнала мелодию, он часто играл ее мне еще, когда мы учились в школе. Лунная соната Бетховена, ее первая часть. Музыка всегда казалась мне донельзя печальной, словно плач убитого горем. Вот и тогда грусть взяла вверх, и я боялась даже дышать, не смея нарушать траура мелодии. Она начала стихать, словно бы заканчиваясь, но так же плавно началась снова. Я завороженно наблюдала, как зеленые глаза Натана сосредоточенно двигаются вслед за длинными пальцами, и я не могла решить в тот момент, что было более прекрасным, сама мелодия или парень, игравший ее. Не сводя с него восторженного взгляда, я и не заметила, как музыка оборвалась и вздрогнула, осознав этот факт.

- Что-то не так? - спросил Нат, и меня хватило лишь на то, чтобы покачать головой и хрипло пробормотать:

- Сыграй еще. Пожалуйста.

- Не знал, что тебе нравится такая музыка.

- В твоем исполнении она кажется еще красивее.

Парень улыбнулся, но ничего не ответил. Вместо этого он отвернулся к инструменту и снова заиграл. На этот раз это была «Буря» того же Бетховена. Натан любил его композиции, а я любила Натана. Наверное, потому во мне и просыпалось столько эмоций в те моменты, когда он оказывался перед фортепиано. Печаль предыдущей мелодии сменилась во мне той самой бурей. Это был один из тех моментов, когда музыка полностью охватывает сознание и мыслить становиться невозможно. Я слышала лишь прелестные звуки и видела лишь Ната. Казалось, не существует больше ничего, совершенно ничего. Его взгляд скользнул к моей руке и обратно, но я и не заметила, как сжала его плечо, охваченная каким-то необъяснимым чувством. Меня саму удивляло мое поведение в такие моменты, но думала я об этом гораздо позже. Я понимала, что до конца мелодии оставалась пара секунд, но выйти из этого транса не могла. Потому и не сразу осознала, что произошло после ее окончания.

Натан резко ухватил меня за руку, и я оказалась сидящей у него на коленях. Я всегда опасалась этого, считая себя слишком тяжелой, но никого в тот момент это не волновало. Наши лица оказались настолько близки, что я чувствовала, как длинные ресница на закрытых глазах путаются между собой, а горячее дыхание обжигает губы, которые неумолимо приближались друг к другу. Но так и не коснулись...

Послышались шаги на лестнице, и я мигом вскочила. Сердце гулко стучало в груди, сознание затянуло туманом, а щеки яростно пылали, как и все внутри. Не помню как, но я вскочила на улицу, наслаждаясь холодным воздухом, и обессиленно упала на сиденье машины. Состояние было таким, что мне казалось, будто я плыву в невесомости, а взгляд не мог сфокусироваться ни на чем. Не могу сказать, нравилось мне это или нет, но голова шла кругом похуже, чем в момент нехватки кислорода. Хотя... мне казалось, что я и тогда не могла дышать...