Истинный облик

Морозы теперь крепчали. Последние листья опали на земь, и всему городу только и оставалось, что ждать первого снега. Небеса уже покрылись серыми северными облаками, перекрывшими малейший проблеск солнца, по улицам гулял ветер, а люди потихоньку утеплялись.

В скудности этих дней Грей поправлял ворот пальто, блуждая по улицам Погорелого с приставленным теперь, увы, городничим, который, на секундочку, явно не разделял уныния детектива. А детектив только и выглядывал через плечо косо на Колдера.

- Ну как же так, Грей? - хохочет городничий на безлюдной дороге, при тихой окраине. Поклясться можно, смеялся без корыстных упрёков, да только мистеру Оделлу чудилось во всём происшедшем издёвка. То ли судьбы, то ли здешних чиновников. - К дядюшке моему наведался, а так ничего и не узнал? - вдруг с особым удовольствием хлопает по плечу, сжимая другой живот от назойливого хохота. - Да ещё и меня заделал помощником!

Грей уже не обращал внимания на бестактность Колдера, ведь то, к слову говоря, перестало казаться главной проблемой в нём. Возможно, потому что весь он - это и есть проблема детектива. Весь он: от макушки и до самых пяток.

- Да если б знал, что ты так добр и щедр...

- Я очень добр и щедр, - одёргивает плечо Грей. - Только не испытывайте судьбу, уважаемый Норт. Вы ещё не получили ни одного документа из архива, а я - ещё ни одного полезного свидетельства от вас.

Городничий поднял руки и склонил голову в знак отступления. Похоже, теперь юноша сменил вектор махинаций против детектива, ровно с того момента, как стался приставленным. Он больше не строил хмурые глазки, за которыми таилась целая схема проделок, а в голосе пропало давление. То ли любезность позаимствовал у Грея, то ли личико решил показать во всей красе.

- Брось, детектив, я же шучу.

Только молодому господину было совсем не смешно. Будь то ситуация со стороны, он бы и сам позабавился глупости какого-то сыщика, попавшего в такую заметную ловушку. Но, увы, в неё попал сам Грей. С потрохами. И теперь, как ни взгляни, обложен всеми баррикадами: Погорелым правит Джозеф, на сторону которого принудительно прильнул Грей под страхом подорвать доверие, играющее роль в расследовании; инспектор Гери, имеющий возможность без дополнительных соглашений от Карпера ходить по людям и преступным местам, наставлен за его слежкой, и ничего не попишешь – без Уальда детектив как без рук в чужой обители; Колдер же, самый неприятный в этой истории человек для Грея, к тому же подозреваемый и свидетель, не только добился своего, но теперь и взаправду ходит хвостом за ним, как наставленный подмастерье на стажировке.

Возможно, матушка была права, когда отправляла Грея Оделла учиться в академию на действительно уважаемую профессию. Сейчас бы детектив не копошился в грязных делах чиновников и не ходил по острию религиозного городка, если б послушал матушку. Если б его взыгравшее чувство справедливости в своё время не достигло таких широт... Но всё так, как есть, и сейчас иначе быть не могло. Возможно, как только Грей закроет дело, он найдёт покой от особой вины, следующей по пятам. И тогда, когда в нём найдутся силы отступить от поста, он вернётся в родительский дом. Может быть, получит прощение. Перестанет гоняться от собственной фамилии и происхождения. Просто может...

Грей прокрутил кольцо.

- Теперь мы в одной лодке, уважаемый городничий, - Грей не поворачивался к Колдеру, а раздражённый голос в одночасье приобрёл неспокойное равнодушие, посеявшее напряжении между ними. – И раз уж всё так сложилось, то прошу вас рассказать мне всё, что поможет расследованию.

Грей больше не ходил вокруг да около. Больше не играл в эти непонятные игры. Возможно, он перестал понимать людей совершенно. С того момента, как прибыл в недружелюбный Погорелый, молодой господин столкнулся с множеством нравов и негатива, особенно – негатива. Всё, что у него осталось от энтузиазма раскрыть дело, так это желание сделать это поскорее.

И, стоит признать, ни одно иное следствие не вызывало в нём столько сомнений. Возможно, потому что это было первое следствие с убийствами. И не просто убийствами, а с целым рядом, в котором толком-то и не было связи. И Виттес, вероятно, не зря держал Грея подальше от подобного. В этот же раз настойчивость молодого господина дала сбой, и его отправили в одиночку.

Может быть, Виттес переоценил Грея.

- Я настаиваю, чтобы о Джулии ты услышал лично от моего дядюшки, - Колдер сложил руки на груди.

- Ваш дядюшка, кажется, не желает рассказывать. - детектив выглянул из-за плеча. – Когда дело касается рабочих моментов, стоит забыть о родственной уступчивости. А вы двое гоняете меня, как ишака, от одного к другому. – он сложил руки в карманы пальто и развернулся к городничему. В глазах были нечитаемые эмоции, а от самого детектива веяло мрачным настроем, давящим даже на самого юношу. – Ну же, мистер Норт, расскажите мне всё, что узнали за ходом наблюдения. Вы опросили свидетелей? Нашли зацепки? – звучало больше как упрёк, а не искренний интерес. И уж точно не звучало, как вопрос, требующий ответа.

Колдер потёр шею и отвернул голову. Неужели теперь, в самом деле, придётся помогать детективу в грязной работёнке с людьми, которые, словом, относились к нему с особым пренебрежением? Придётся налаживать общение?

- Если вы не можете мне посодействовать, как подобает, то, пожалуйста, хотя бы не делайте всё сложнее. Ваша, конечно же, бескорыстная помощь лишь путает расследование. Да и Джозеф...

Городничий перевёл взгляд на детектива.

- Ты на дядюшку моего не наговаривай, - сбивает на полуслове. – Он человек доброй души. - выступая вперёд, хмурит брови, а дрогнувшие руки намекают на назревающий конфликт.

Детектив смотрит вдаль.

- Извините, - отвечает холодно. – Не собирался.

Своей реакцией Колдер точно дал понять, что разделять личное и рабочее он не умел и едва ли сможет в скором. Хотя чего Грей ждал от юнца? Пускай, он и городничий, во главе города после Карпера, но это никак не меняло его столь бурный возраст. Скорее всего, Колдер едва успел обучиться, как его тут же забраковали на пост. Просто избалованный ребёнок чиновников, родившийся с серебряной ложкой во рту, место которого было пригрето с рождения.

«Поэтому я и не хотел вас брать в помощники» - поправляя очки, так и не высказал молодой господин. Иногда, людям не нужно знать правду. Не оттого, что истина несёт горечь, а лишь оттого, что человек эту правду не сможет понять.

Вместо всего, что мог бы сказать, Грей просто улыбнулся. Пускай, натянуто и едва различимо, но он вспомнил главную мысль своего шаткого положения в Погорелом: ведь эти двое – лишь череда чиновников при управлении города, и об этом никогда не стоило забывать. Не стоило даже давать себе эту минутную слабость.

- Колдер, а вы...

- Детектив, - оборвал городничий, и в голосе промелькнула настойчивость. Он взглянул на господина своими бегающими зелёными глазами в поисках ответа, словно прямо сейчас в нём мечется какая-то пугающая, может, даже опасная мысль. Грей не отрывал взгляда от лица, боясь упустить хоть малейший намёк на подвох. Но искренность Колдера застала врасплох. – Извини, что заставил побегать. Ты прав. Возможно, я слишком опекаю Карпера, но у меня есть на то причины, и ты не можешь меня судить. – после этих слов он выпрямился и сложил руки по карманам. Казалось, ещё немного, и Колдер раскроет своё трепетное отношение к дядюшке, раскроет и себя с другой стороны. Но вместо этого он лишь хмыкнул и перекроил всю тему. Словно напомнил, что с ним никогда не стоит расслабляться. – Но я могу загладить перед тобой вину, и ты ещё спасибо скажешь.

На мгновение потерявший бдительность Грей тут же жалостливо посмотрел в небо и глубоко вдохнул носом. Ну конечно. Это же Колдер. Разве мог в Погорелом появиться ещё хоть один искренний человек?

Похоже, что городовой секретарь больше не представлял особой угрозы детективу, в крайнем случае, не собирался вставлять свою лепту в этот следственный путь: может, лишь мнимый образ грозного властного человека взыграл в Колдере до сегодняшнего дня, и только для того, чтобы всё стало так, как есть теперь. Бдительность в его сторону не помешает, однако, и дальше, а вот выдохнуть на отпавшую часть козней о бок от Грея уже можно - уважаемому Норту просто не с кем соревноваться, не с кем играть в эти потешные хитрости: он уже выиграл. Сейчас же их дороги сплелись, и не было ни единого смысла друг друга подставлять. Возможно, что такая перемена в юноше оказалась не столь необычной, сколько занятной. Весьма любезный и радушный Колдер... Ну кто бы поверил, неправда ль?

Детектива скрыл ухмылку за кулаком, а потом тихо рассмеялся.

- Конечно-конечно, Колдер, я уже вам безумно благодарен.

- Эй! - Колдер раскрывает глаза и указывает на мистера Оделла. - Что такое, Грей? Я разве сказал что-то забавное?

Грей покачал головой с улыбкой, отвязываясь от вопроса.

- Да я по глазам вижу, что ты насмехаешься надо мной!

Грей махнул рукой, отворачиваясь от городничего, когда плечи ещё подрагивали от смеха.

- Нет-нет, ну что вы...

Колдер взвыл и поспешил за уходящим детективом. Разве можно было так разбрасываться благословением помощи городничего? Он же, получается, в кой-то веке выдумал план поддержки чужого дела, нежели своего, да в ответ получил такое небрежное отношение. Грей-то возникал о неважности Норта в расследовании, а как дело дошло до искреннего содействия, так расхохотался в глаза.

Похоже, этот господин и вправду был не так умён, как о нём ходили слухи из столицы. Что при первой встрече, что до сих пор мистер Оделл лишь обычный человек для Колдера: без особого нрава, без особых подводных камней. Даже если бы они были, то его чуткая открытость к миру перекрывала каждую возможную подоплёку. Может быть, это и отличало его от привычных городничему людей - корыстных, лыбящихся прилюдно, двуликих, да и просто нагло врущих на глазах: Грей, однозначно, не был эталоном идеального человека и уж тем более образцовым детективом, но в нём была эта непонятная, чуждая простота.

- Может, хотя бы позволишь мне высказать предложение? - наконец, Колдер усмиряет в себе бурлящую кровь и нагоняет господина. Теперь они шли вровень, правда, непонятно куда, неизвестно зачем. - И, к слову, ты куда-то собираешься?

- Именно так, - замедляет шаг, всё-таки подстраиваясь под городничего. Пускай, детектив и не желал видеть или работать с ним, но коллег по несчастью никогда не выбирают. - Мы идём к инспектору Гери, чтобы вы ознакомились с заключениями, и, возможно, у вас есть предположения по следствию. - невзначай выглянул сбоку, точно давя на Колдера в его явном наличии куда большего количества сведений и подозрений. Но очень скоро господин отворачивается, размывая намёк в безответной уходящей теме. - Так что за предложение?

Колдер на мгновение молчит, переваривая уловку господина, а потом перегоняет его. Встаёт перед входом в отделение, закрывая путь.

- Мой дядюшка, - сопровождает собственный жест этим давно знакомым и очевидным шаблоном, и Грей тут же набирает побольше воздуха - даже видно, как вздымается грудь. Колдер же быстро перебивает назревающую бурю. - Видимо, очень зол на меня. Зол после встречи с тобой.

Грей поджимает губы и склоняет голову в терпимом молчании.

- Потому что выслал Карлито сообщить мне о незапланированном и весьма неожиданном приглашении на семейный ужин.

- Зачем мне знать о ваших личных делах? - Грей искренне не понимал. И, словом, даже то, что Карпер был зол на собственного племянника.

- Дядюшка всегда так делает, раз что-то не устраивает. - ухмыляясь, юноша пожимает плечами. - Скорее всего, дядю Джо не устроило, что я подослал тебя, даже не предупредив его: для чего, почему и всё в этом духе.

- Понятно. - господин сощурил глаза. - Выходит, за мной ещё и вас наставили.

Колдер повёл глазами.

- Не то, что бы... Скорее, личная прихоть.

- И Карпер нашёл в этом выгоду для себя?

Городничий едва улыбнулся, украдкой вглядываясь в детектива.

- Ну-ну, Грей! Теперь же мы помогаем друг другу, верно? - хлопает по рукам, а потом растирает помятые после себя рукава. - Вот я пытаюсь вину загладить, а ты всё копаешь и копаешь под меня. Разве так поступают приятели?

- Приятели? - Грей заметно скривил лицо и хмыкнул. - Вы со мной точно не расплатитесь, уважаемый Норт.

- Ну будет тебе... - отступает городничий. - Всё никак не хочешь выслушать меня. В общем, детектив, я предлагаю тебе сходить вместе со мной на этот семейный ужин. Мне не очень льстит мысль попасть под горячую руку дяди Джо, а без меня ты его всё же не выведешь на чистую воду.

- Какой занятный план, - Грей едва улыбается такой примитивной, возможно даже детской уловке. Он поправляет очки, а потом складывает руки на груди. - Только зачем все эти забавы, раз вы всё знаете? Мистер Норт, куда в следующий раз меня загоните: к его служанке или швейцару? - склоняет голову набок, выглядывая серыми прищуренными глазами на уверенного в своей схеме городничего. - И, к слову, разве Карпер не разозлится ещё пуще, если вы приведёте меня? Складывается впечатление, что он хотел видеть только вас...

- Дядя добр ко мне! - отсмеиваясь, отмахивается и перебивает. Очевидно, на остальные вопросы Колдер уже не ответит. Была же в нём удивительная и неприятная черта - давать ответы лишь на последний заданный вопрос. - Он гневается у меня, но совсем не таит долгих обид. Уж ручаюсь за него!

Детектив тяжело вздохнул. Как бы уже ему не попасть под горячую руку...

- Будет по-вашему, мистер Норт. - наконец, соглашается Грей. - Я в вашей воле: что до пари, что к ужину - будь, что будет. Всё равно я ничего не могу, так ведь?

Пускай, этот городничий и был костью поперёк горла, но детектив оставался в Погорелом лишь мимо ходящим гостем - обычным чужаком, коих здесь видят реже, чем первый снег. И Грею - ни больше, ни меньше - власти при нём не дано: начиная, условно, от обычного Брайана, смеющего так холодно и мрачно встречать гостей - его значимость неоспорима в городе; продолжая инспектором Гери, которого знали десятилетиями, оттого по-сердечному пускали в обитель, пускай, и для следствий, других важных дел, но его милость стала неким пропуском в любой дом, и Грей бы едва ли даже на документах получил разрешение - потому Уальд был нужен ему в расследовании; заканчивая этим Нортом, который, отнюдь, нежелателен людям, но имя его отдавалось на пару шагов быстрее него самого - теперь, как ни глянь, детектив бы не продавил людей, как это искусно делал городничий.

Колдер довольно качает головой.

- Я думал, что ты не сдаёшься так быстро.

- Я же вам говорил, - притеснив городничего, молодой господин наконец отодвигает его от двери и проходит в участок. - Что не позволю себе лишиться столь важного человека в деле, если так оно и есть. И раз уж вы уже по мою душу, то должен же я хоть что-то получить от нашей небольшой сделки.

- Ой-ой, детектив! - Колдер поднимает руки у груди, настаивая приостановить обороты сносных комплиментов, ласкающих уши Норта - больно уж правильно попадал. - Ты начинаешь мне льстить прямо как моему дядюшке. Неужто подобрел?

- Ну я же так добр и щедр... - Грей выглянул из-за плеча с лёгким прищуром. - Разве нет?

- Конечно. - городничий в очередной раз остаётся доволен в сложившейся ситуации и собственной правоте.

Теперь, однако, прежний Грей, яро прущий против власти Погорелого, вальяжно поддавался любому изменению – то ли отступил, то ли накапливал силы для ответного удара на потом. Но сейчас, тем не менее, не представлял из себя ничего, и тем более – ничего проблемного. Если же детектив останется в своей позиции вплоть до конца следствия, возможно, это развяжет руки Колдеру, а вместе с тем – неподнятым свидетельствам: начиная от всего, что знал сам, заканчивая, вероятно, расставленными ушами и глазами. Откуда вот только у нежеланного Норта, имеющего скверное положение, взялись эти глаза и уши?

В участке они, наконец, повстречали инспектора Гери, который, в общем-то, уже получил все известия прямиком от Карпера – новости от управляющего доходили быстрее, чем мог рассчитывать молодой господин. И, впрочем, это облегчило задачу: не пришлось повторно объясняться перед Уальдом, не нужно было в очередной раз словесно признавать о своём маленьком поражении.

«И в практике, порой, вы встретите однажды две беды, назло, похожие друг другу: одна, чтоб вас нарочно подкосить; иная – чтоб опыт закрепить».

- Ну-с, прошу-прошу, - пускает к столу Колдера, без особой церемонности усевшегося на место инспектора. – Здесь, вот, все-все-все документы. По делу, наблюдения господина Оделла...

Грей отвернулся к окну.

- Неужто детектив уже так много сделал? – городничий раскрывает глаза от вида нескольких стопок бумаг, исписанных красивым, но практически нечитаемым почерком. – Их ведь больше, чем самих заключений!

- Верно, - не оглядываясь, молодой господин отодвигает штору и смотрит на городскую площадь, где резвятся дети. – Это всё со слов каждого, кто мог сказать хоть малость полезного по делу. Таких, однако, были единицы, но имён, уважаемый Колдер, я не писал в этих сведениях – пока что. Так что не пытайтесь найти тех людей. Если, конечно, не захотите пройтись и допросить вместе со мной остальных.

Уальд ощутил, как в кабинете промелькнуло напряжение. Во взгляде городничего сверкнула угрожающая искра, вот-вот подорвавшая бы здесь всё вверх дном. А детектив же, понимая то, так и не повернулся.

- Читайте-читайте, Колдер. Я просто выполняю свою часть и, надеюсь, вы сможете выполнить свою.

Похоже, в этот раз городничий попал впросак: желая заделатьсяпомощником только ради заключений, он действительно стался подручным – сам тогоне желая. Тем не менее, у каждой задумки есть оправданные риски и цена. Иценность Норта заключалась во времени, оторванном от промежутка его жизни – с волокитойдокументов он и на своей должности имел много хлопот, а теперь, выходит, сам жеобрёк себя на двойную работу. Как будто бы в Погорелом бед мало: торговыепоставки, поборы, любые изменения... Всё это предстояло Колдеру контролировать,следом гоняясь теперь за детективом. Если он, конечно, в самом деле желалразобраться в происходящем. Или, по крайней мере, как пытался внушить – помочь.