14 Глава

Рейла спала плохо. Проснулась, когда за окном стемнело. Несколько секунд глядела на медленно просыпающийся город. Огни, освещающие ночь своими цветами и блеском, потухли. В них не было нужды, ведь через несколько минут поднимется солнце. А за ним и люди встанут с постелей, поднятые звоном будильника, ароматом завтрака или бьющими в лицо лучами светила. Почему она не там? Там, где нет убийств. Крови и вынутых ядер. И нет того, что сидит глубоко в ней самой. То, ради чего она шагнула в пучины тёмных вод. То, что желала изменить. И то, что, кажется, не сможет исправить никогда.

Отвернувшись, Рейла пробрела в душ, стараясь не шуметь, не желая разбудить Андена. Не хотела его видеть. Не хотела с ним говорить. Тянула время перед последней пересадкой. Тишина не приносила покоя, но заставляла прислушиваться к своим мыслям. Что не всегда нравилось.

Лицо убитого юноши не переставало мигать перед глазами. А рядом появлялась и рыжеволосая девушка. Легко было, когда пользуешься плодами чужой работы. Когда не видишь лиц в последние минуты у тех, у кого забираешь ядро. Забираешь жизнь. Они были не единственными. Рейла думала о том, чтобы поискать в интернете информацию про других убитых. Но что-то её останавливало. Может страх? Что, закрывая глаза, перед ней встанут новые мертвецы. Говорила ли в ней слабость? Или может отголосок человечности? Про напарника по кровавому делу того же Рейла сказать не могла. Андена не мучали какие-либо душевные терзания. Он, казалось, только ради того и жил.

Ради адреналина? Крови? Чувство безнаказанности? Своей силы и власти над чужими жизнями? Осознания, что их смерть принадлежала ему? Была ли Рейла такой? Нет. Но уверенности полной не было. Не лицемерит ли она? А важно ли сейчас это?

Она дрожала из-за холодных струй воды в душевой или была другая причина?

«Последнее», — обещала себе Рейла.

Она не хотела больше видеть смерть. Не хотела быть к ней причастна. Что плохого она делает? Или уже сделала? Да, она выбрала не очень верную дорогу к своей цели. Но почему она не верная? Почему Рейла не может сказать, что она верная?

В зеркале никого нового одарённая не встретила. Взгляд упал на грудь, на шрам. Мысль о том, что ядро было не тем самым, что необходимо было изменить в себе, Рейла отторгала. Но каждый раз с другими сомнениями она выступала в голове вместе со слезами на глазах. Все это было напрасно? Она ошиблась? И какие ужасные последствия имеет её ошибка.

Не разрешая себе право на слезы, Рейла глубоко вздохнула и вышла из ванной комнаты. Храбрившись перед собой, игнорируя страх, словно его и не было, делая шаг со спокойным видом на кухню. Держать лицо очень важно. Быть сильной важно. Даже наедине с собой. Минуты до пробуждения Андена стали часами. Минуты, когда он поднялся с кровати и встретил новый день, стали днями. Минуты, когда он со скальпелем склонился над раскрытой грудной клеткой девушки, стали годами.

Замена ядра, как и в прошлый раз, прошла успешно. Даже лучше! На этот раз огонь, поднявшийся в груди, шедший от ядра, захватил тело быстрее. Может из-за того, что сопротивления не было. Агония была спасением от собственной глупости. От беспомощности, тревоги, ненависти и отвращения, испытываемые Рейлой. Чувствовала ли она, что наказывает себя? Одарённая желала, чтобы боль ушла, при этом крепка в неё цепляясь, чтобы не потерять сознания. Сжатые в кулаки пальцы рук дрожали, ногти царапали ладони. Царапины могут и зажить, но шрамы останутся. Рейла старалась не закрывать глаза до последнего шовчика. Что ей и удалось.

— Не вставай так резко, — Анден помог подняться Рейле, помог одеться. У неё не было сил сопротивляться. — Ты с каждым проведённым вместе днём удивляешь все сильнее.

В голосе было слышно восхищение. Анден усадил Рейлу с ядром демона, которое она уже думала запустить. Только выдержит ли её тело и это? Да и к чему такая спешка? Неужели сомнения слишком близко подкрались?

— Тебе следует отдохнуть, — в голосе казалось ей, что слышны были нотки волнения.

— Все в порядке, — с трудом дышала Рейла.

— Я вижу, — задумчиво произнёс Анден и через мгновенье отвернулся, начав убираться.

У Рейлы не было сил встать, уйти в другую комнату. И без начала превращения было плохо. Каждый вдох обжигал горло. Дрожь не удавалось скрыть. Казалось, из груди вырвали все, что могли, перемешали, и вшили обратно. Хотелось провалиться в глубокий сон, сбежать от себя. Но что-то останавливало.

Рейла не могла вынести тишины, поэтому нарушила своим криком. Ядро не могло так быстро освоиться, но это было и неважно. А что важно? Воздух стал, как кипяток, обжигающий горло, заливаясь ниже, распространяя свой жар по всей грудной клетки. Пальцы на руках и ногах одарённая не чувствовала, как и самих конечностей. Словно она лишилась тела. Была просто сознанием.

Была ли Рейла мазохистской? Так почему продолжала себя истязать? Ненавидела ли она себя настолько, чтобы убить? Одарённая продолжила себя наказывать, желая, чтобы все закончилось. Каждую секунду говорила себя, что это последняя и так раз за разом. Изменений она не замечала. Была только боль.

Погрубевшей кожи не было, как и смещение костей. Их преобразование. Сердце билось сильнее. С одной стороны, человеческое тело мягкое и податливое, но, с другой, крепкое и сильное. И хрупкое сердце, выдерживающее порой сильнейшую боль. Изменения, которым подвергался организм благодаря ядру, кардинально меняли, но не убивали. Кости разрывали кожу, вылезая наружу, создавая раны, истекающие кровью. Из потемневших глаз брызнули слезы. Крик затих, не было сил кричать. Превращение Рейла остановила, упав со стула в руки поспешившего Андена. Она окунулась в темноту, уносящую смятение; в тишину, приносящую покой...

С трудом разлепив глаза, Рейла чувствовала тяжесть. И дело было не в пуховом одеяле, накрывавшем с ног и почти до самого лица. Шевельнуть пальцем было больно, поднять руку невыносимо, повернуть голову без слез было нельзя. Через плотно задёрнутые шторы не удавалось разглядеть, что творилось на улице. Светило ли солнце на голубом небе, а может оно уже сменилось сестрой луной с плеядой звёзд.

Скинув край одеяла и почувствовав кожей воздух, Рейла остановилась, давая себе передышку. Сотовый лежал на прикроватной тумбочке, до которой одарённая дотянулась одним резким выпадом в сторону. Слезы брызнули из глаз от разрезавшей тело боли. Рейла успела увидеть, сколько было время перед тем, как экран погас, а зарядка на телефоне села. Она проспала весь день. И это было чудесно. Целый день её не терзали воспоминания, чувства и мысли. Не было и боли. Вот бы так было всегда. Не было и её самой.

— Как спалось? — Анден стоял в дверном проёме, рассматривая её. Он выглядел спокойно, обыденно, сохраняя при этом некую хищность в себе. В жестоких глазах? В ровном положение тела? Так и должно быть?

— Хорошо, — выдохнула Рейла, чувствуя напряжение в присутствие одарённого. Молча приподнявшись, вспотела.

— В следующий раз предупреждай о внезапном превращении, — Анден подошёл ближе. — У меня из-за твоего крика был весьма неприятный разговор с соседями.

— Ты же говорил, что с ними не будет проблем. — Рейла на секунду задумалась о соседях Андена. О людях, которые услышали крик. О чем они говорили с ним? И что он им сказал? Чего достаточно услышать, чтобы промолчать о подобном?

— Так и есть, — Анден присел на край кровати. — Но все же некий дискомфорт от лишних объяснений был. Как ты это компенсируешь?

— Что? — Слова одарённого удивили Рейлу.

Анден не отвечал, молча ожидая, как шестерёнки в голове Рейлы придут в действие. Когда она поймёт, чего он от неё ждёт. Чего он хочет. Крови? Нового убийства? Вечеринки, много алкоголя и секса? Или может одна вечерняя прогулка по городу сойдет? А чего она хочет?

— Я приглашу тебя на свидание, — Рейла старалась сохранить спокойное лицо. — Ты потратил время на объяснения моих криков соседям, поэтому я постараюсь это компенсировать приятной прогулкой по ночному городу.

Минуту Анден молчал, смотрел в глаза Рейлы. Искал ли он в них фальшь? Видел ли её страх? Чувствовал ли её внутреннюю дрожь?

— Хорошо, — он улыбнулся, встал и пошёл собираться, оставив её одну.

Она предположила, что он может подумать. Не хотела, но сказала вслух. И Анден ничего не заметил, кажется. А хотела ли она, чтобы заметил? Больше нет, чем да. Да и что замечать? То, что она так отчаянно всегда старалась спрятать? Свою слабость? Слаба она? Свою неуверенность. Свою глупость. Страх ошибиться, споткнуться. Упасть, разбив колени.

И пугало сильнее не само падение, не факт ранения, а реакция окружающих людей. Воображение пышно расписывало, как вокруг появятся множество лиц, на которых расцветут широкие ядовитые улыбки. Появившиеся будут громко и истерически смеяться. Но не все. Кто-то будет перешёптываться. Полностью услышать не получиться, но и с обрывками фраз будет не легко.

Рейла посмотрела на свои ладони, пальцы ели заметно дрожали. Они стали тоньше. Подняв выше взгляд, смотрела на истончавшую кожу. Голубые дорожки вен ярко выступали. По ним бежала кровь, перегоняемая сердцем. А под ним ядро. И никогда больше там не будет её ядра. Что она чувствует? Кроме усталости, слабости и дрожи. Тоска ли это? Грусть? Страх? Сожаление? Желание вернуть все назад?

Нужно было не заходить в тот кабинет. Нужно было пройти мимо. Нужно было не поступать в этот университет. Нужно было понять раньше, что дело было не в ядре...

Рейла поднялась и, игнорируя боль, словно той и не было, начала собираться на свидание. Слезы беспрепятственно текли по щекам, стекали по подбородку, с шеи.

Рейла держалась за своего спутника, дабы избежать возможности упасть. Чувство слабости в ногах усиливалось с болью при каждом шаге. Считал ли Анден её сильной, видя все слабости? Или он просто хотел её помучить?

— Знаешь, ты довольно необычная девушка.

— Одарённая, так сказать. — пошутила Рейла без смеха и улыбки.

— Да, — Анден усмехнулся, не замечая состояния подруги. — Не думал, что когда-нибудь встречу, такую как ты.

— Взаимно. — выдохнула Рейла.

Кончики пальцев кусала боль. Кости ломало. Позвоночник был готов рассыпаться. Ноги хотели предать. Холод забрался под кожу, вызывая дрожь. Мысли жалили, но физическая боль выступала на первый план. Но со стороны для всех остальных она выглядела хорошо. На сколько это было возможно, разумеется. Почти как кукла, которую просто нужно отдать в мастерскую, где той вернут прежний шик и блеск.

— Ты и правда не видишь красивыми их, когда они все в крови? — неожиданный вопрос Андена застал врасплох. В холодных глазах одарённого читалась серьёзность.

— Рейла! — за спиной послышался голос.

Обернувшись, Рейла увидела знакомое лицо брата, который подбежал к ней.

Тело стало камнем от напряжения. Нет! Он не должен быть здесь. Анден не должен был увидеть её брата. Мурашки пробежались по спине, но она старалась стоять спокойно.

«О плохом не думать!» — приказала она себе.

Носом втягивая холодный воздух, она улыбнулась Трою. Губы растянуть в улыбке недостаточно, чтобы выглядеть искренне, знала одарённая. Глазами тоже нужно уметь улыбаться. Слегка их сощурив, Рейла старалась выглядеть, как обычно.

«Все хорошо» — нужно обмануть было всех. Ложь касалась и её самой.

— Привет, Трой. — Рейла обняла брата, сдерживая слезы от боли.

— Ты почему трубку не берёшь!? Никому из нас не отвечаешь! Не ночуешь дома, где-то пропадаешь! И вообще не появляешься дома!

Рейла не ожидала встретить Троя, не ожидала увидеть такую реакцию. Всегда весёлый и дурашливый, теперь предстал обеспокоенным. В сведённых бровях видно переживание за сестру, в глазах волнение из-за её пропажи.

«Что с ней? Где она? Почему не приходит домой? Почему не отвечает на телефонные звонки и только пишет сообщения?» — вот, чем была забита его голова. И головы остальных близких, переживающих из-за неё. Рейла не хотела никого из них беспокоить. Но об этом она мало думала, находясь не с ними. Не смотря им в лица, в глаза. Погруженная в себе и свои переживания, не делясь ими.

— Я предупредила маму в смс, что какое-то время поживу с подругой. Завтра утром, как раз хотела приехать. Да и я писала тебе, что все хорошо.

Рейла говорила спокойно и мягко, смотрела прямо на брата. Пытаясь всем ложным видом создать образ той, у кого нет никах проблем. Нет того, что могло беспокоить. Нет, крови на руках. Нет чужого, вырванного из груди другого человека, ядра под сердцем.

«Все хорошо...»

Трой покосился с подозрением во взгляде на Андена, Рейла сразу заметила это и добавила:

— Это мой друг.

— А я думал, что у нас более близкие отношения, — Анден с лёгкой ухмылкой смотрел на неё. Он пошутил, поняла Рейла, с целью раздразнить Троя.

— Рей, скажи честно, — Трой смотрел прямо в глаза сестре молящим взглядом, в котором было лишь одно желание. О правде. — С тобой все в порядке?

Уголки губ слегка приподняла в мягкой улыбке.

— Все в порядке, — елейно ответила Рейла. — Тебе не о чем беспокоиться. Завтра дома увидимся, хорошо?

— Ладно, — нехотя произнёс Трой, не до конца веря сестре, что та прочла в его выражение лица.

Обнявшись и попрощавшись, Рейла смогла выдохнуть спокойнее. Идея, что Анден находиться рядом с её братом или другим близким, не нравилась. Она боялась. И шагала под руку с тем, кто вызывал страх. Правильно ли она делает, что остаётся рядом с ним? Так просто уйти она не сможет. Что-то подсказывало, что Анден не захочет её отпускать. Неужели и правда нет другого выхода, кроме его смерти? О чем она вообще думает? А что такого? Её руки не так чисты, чтобы колебаться перед убийством. Самолично Рейла никого не убила. Содействие не тоже самое, что и само действие. Стать лидер, инициатором и выполняющим в кровавом процессе.

И его смерть прекратит убийства одарённых. Больше никто не пострадает. И она тоже.

Мыслей поток прервал резкий звонок телефона. Рейла рефлекторна потянулась в карман, пока не поняла, что звонят не ей. Посмотрела на спутника, доставшего мобильник. У него на лице меж бровей появились небольшие морщинки, выражающие раздражение. Анден сбросил.

— Кто звонил?

— Док, — бросил парень, убрав телефон обратно в карман бежевого пальто.

Рейла уже и забыла про него. Как и про вопросы к нему.

— Что он хотел? — Анден многозначительно посмотрел в ответ на неё. — Почему ты не взял трубку?

Одарённая подозревала, зачем Айкал звонил Андену. И то, почему он не взял трубку.

— Думаю, ему не сильно нравится то, что мы «слегка» нарушили его планы. С тобой связаться не может, поэтому остаётся только пытаться дозвониться до меня.

— Может нам следует пойти к нему?

— Зачем? — вторил мыслям Рейлы Анден.

И правда. Зачем ей это? Надеется, что у него могут быть хорошие новости. Учёный смог изменить её ядро. Он настолько разозлиться, что Анден украл его подопытного, что готов того убить? И Рейла сможет сбежать. Хочет услышать от знающего человека, что не все потеряно?

— Разве тебе не интересно увидеть его? Узнав о том, что мы сделали, он разозлиться. И тебе захочется это увидеть.

— Почему ты так решила?

— Тебе нравится видеть людей, кипящих от злости. У которых дёргаются глаза, которые плюются слюной, у которых лица становятся пунцовыми. Хоть тебе и нравится красивая картина, но тебе нравится и такая не весьма привлекательная. Я ошиблась?

Рейла могла догадаться о ядре человека, взглянув на него. Могла описать его, побеседовав с ним несколько минут. Она всегда слишком много времени проводила в других, поэтому их легче читала, чем саму себя. Было ли это хорошо или плохо, но это в какой-то степени помогало.

— Нет, — Анден рассмеялся, как обычный юноша, а не как хищник. Странным казалось Рейле это. — А ты хорошо меня понимаешь. Это слегка пугает, но больше нравится.

— Я понимаю тебя настолько, насколько ты меня. — Ложь ли это была?

Рейла с Анденом шагала по знакомым серым улицам, обдуваемая прохладным ветром. До лаборатории они болтали не о чем. О крови, ядрах и убийствах не было и слова.

Анден, как джентльмен, уступил возможность первой зайти Рейле, пропуская ту вперёд с ехидной улыбкой, таящей под собой наслаждение. Он понимает, что ей некомфортно. И это ему нравилось. Или все это только в её голове?

Глубоко вдохнув, она шагнула внутрь. Подвальное помещение не изменилось с последнего посещения. В кресле с широко открытыми глазами сидел учёный, глядевший в сторону вошедших гостей. Удивление сменилось злостью. Поднятые брови опустились, изучающий взгляд с Рейлы, став резким, скользнул на Андена. Айкал вскочил и бросился на Андена, Рейла рефлекторно отскочила.

— Паршивец! Что ты сделал? — Айкал прижал Андена к стене, держа того за ткань пальто.

— То, что ты хотел, только в более ускоренном ритме. Всего-то. — Анден улыбался, подняв руки вверх. Он не пытаться вырваться.

— Ты мог её убить!

— Как и ты, — не дал продолжить ответил Анден, убрав улыбку с лица. — Она умная девочка, понимала на что шла. Можешь сам с ней поговорить.

Анден посмотрел на Рейлу, ожидая её поддержки, в которой не сильно нуждался.

— Он прав, — одарённая подала голос. — Я сама хотела ускорить все. И знала, что ты будешь против. И да это был риск. Как в принципе и твоя первая операция на мне.

— Я положил всю жизнь на раскрытия тайны ядра... — Он хотел явно что-то ещё сказать, но замолчал. Откашлялся и продолжил. — Расскажи, как все проходило. Не упуская детали, если можно.

«Злость переполняла его, но цель была важнее чувств. Вот бы мне такую выдержку», — подумала Рейла.

— Хорошо, — она прошла к столу и села на стул, начав свой доклад.

Рейла рассказала только про физические показания из-за смены ядра. Айкал нахмурился, когда слышал о нарушении его ряда ядер, о коротком промежутке меж операциями, о том, что это все хотела она сама.

— Честно говоря, я нервничал из-за вас двоих, но не так, чтобы сидеть и ничего не делать. Я потом вам кое-что расскажу про ядро, а пока попрошу. Пожалуйста, больше не экспериментируйте с ядрами.

Рейлу удивляла смена настроения его. Такая резкая. Казалось, что он подобного и ожидал. А теперь дальше готов продолжить работать. Вновь они все партнёры. Безумный учёный, убийца и глупая девчонка. Кажется, Рейла уже встречала подобное трио либо на страницах книг, либо в сериале.

Анден неприятно улыбнулся словам Айкала, а Рейла подумала, что и не хочет дальше экспериментировать. Только что делать с Анденом?

Они попрощались и вышли на улицу. Чего она ожидала? А что получила? Разочарование от собственных ожиданий. Как перестать надеяться и вырисовывать тот сюжет, который тебе больше нравиться? Или который сильнее пугает?

— Если у тебя остались силы, то мы можем повеселиться. — У одарённого блестели глаза от разных картинок «веселья», нарисованных в его голове.

— В следующий раз, — тихо ответила Рейла. Это было ложью. Она твёрдо хотела в это верить.

— Ну ладно. — Не сильно расстроился Анден.

Они шагали и шагали по городу. И когда вернулись обратно в квартиру одарённого, Рейла упала на диван, отдаваясь боли. Поужинав, посмотрев очередной кровавый фильм, легли спать. Не хотелось думать, строить планы. Просто пережить все, пока не станет легче. Но только пока она ничего не сделает, то и легче не станет.

Рейлу разбудил кошмар, убрав руку Андена с плеча, встала с кровати. Увидеть веснушчатое лицо Троя в крови не хотелось. Увидеть его так же, как и других, у кого Анден забрал ядра.

«Красивы ли они?» — вспомнила Рейла.

Для него было предлогом изъятия ядра. Дни, полные волнения, копошащихся в ней мыслей, выворачивающих наизнанку, там, где она считала красота, было уродство. Лицемерное и глупое. Но не то, что внутри у Андена. Рейла тихо зашагала из спальни в ванную.

Вымыв лицо тёплой водой, она хотела согреться. Унять морозящую дрожь, вызванную сном. Продуктом её сознания. Сильный страх или ужасное желание, вызванное завистью? Из зеркала на Рейлу смотрели мокрые глаза, которые приобрели красноватый оттенок. От слез? От нового ядра?

Вдруг стены стали надвигаться на неё, удушать. В горле запершило. Одевшись, Рейла вышла на свежий воздух. Сбегая от Андена, сбегая от себя. Ноги унесли к центру. К знакомым чистым улочкам. Шагая по ночному парку, Рейла пожелала пойти домой. Что она скажет семье? А хочет ли она что-то говорить? Да. Но как правильно своим чувствам предать устную форму?

Рейла медленно поднимала ноги по лестнице, остановившись перед входной дверью. Первые секунды самые страшные. Главное преодолеть их. Рейла открыла дверь и тихо-тихо зашагала по коридору, услышав голоса, доносящиеся с кухни. Развернувшись спиной от коридора, ведущего в комнату, прокралась, прислушиваясь к словам, стараясь быть тихой.

— Не переживай, Трой сказал, что её видел, что с ней все хорошо. — говорил Эрар, узнала Рейла.

Старший брат пытался успокоить маму, которой принадлежал второй голос. У него был спокойный тон, словно он не волновался о сестре и вовсе. Была ли это уверенность в ней? Он знал, что она не подведёт. Не сделает глупость, а поэтому и волноваться не стоит. Так?

— Трой также сказал, что она выглядела странно. Приболевшей. И её странное поведение. Не отвечала на звонки. Даже с друзьями не общаться. Сама сказала, что будет с Ло, а та призналась, что Рейла не с ней! — голос мадам Хальд дрогнул, она готова была вот-вот расплакаться.

Рейла могла задуматься о том, что поступила не продумано. Не попросила подругу её прикрыть. Когда они встретились, могла же попросить, но не стала. Хотелось отругать себя за глупость, из-за которой мама так волновалась. Но мысли были другие.

— Мам, Рей довольно умная. Да и для своих лет ведёт себя по-взрослому. Закончила с отличием школу, поступила в универ. Готов поспорить у неё расписаны ближайшие десять лет, в которых она продолжает усердно учится и работать. Просто сейчас решила дать себе возможность немного отдохнуть. Она не часто вела себя, как безрассудный подросток.

— Эрар, я...

— Мам, все с ней хорошо. — Парень накрыл своими руками хрупкие ладони женщины. — Трой сказал, что завтра она приедет. Ты у неё все расспросишь. Вы поговорите. И мои слова подтвердиться.

— Надеюсь, ты прав. — Тонкими пальцами женщина утёрла выступившие слезы.

— Я всегда прав, — твёрдая уверенность, подкреплённая знаниями, была предметом зависти.

Рейла этого не хотела. По щекам потекли слезы. Она почувствовала себя ребёнком. Хотелось подбежать к маме, обнять её сильно-сильно и начать плакать вместе с ней. Но одарённая развернулась и тихо зашагала в свою комнату.

Она не хотела подвести родителей, потому что любила их, а себя она любила? Если да, то почему довела до такого? Почему сейчас в голове, когда она берет в руки нож, всплывают картинки, как им одарённая разрезает шов и пронзает сердце, под которым побывало столько ядер. Хотелось исчезнуть. Убежать от себя самой. Но только теперь она готова была прибегнуть к единственному на данный момент верному методу, который для многих оказывался последним в их жизни. А хотела ли она по-настоящему прервать свою жизнь? Она хотела просто осчастливить родителей идеальной версией себя! Быть идеально дочерью! Которой она полностью никогда не была.

Рейла утирала слезы, которые текли и текли по щекам. Знание собственной комнаты помогли в темноте с пеленой перед глазами не споткнуться. Она залезла на кровать и комочком, подтянув колени к груди, желая уменьшиться, пыталась успокоить дыхание. Голос мамы, её слезы, переживания за дочь не выходили из головы.

Закрывая глаза, она видела мёртвых девушку и парня. Они глядели на неё с немым вопросом. Принесла ли их смерть ей желаемое? И ответ не приносил удовлетворения. Он пронзал её остриём осознания последствия собственных ошибок.