Шахты

Герцог Сассегсский Максимильян Аурелий Бэкерстафф ехал в карете на бал, в надежде встретить там графа Форамана. Этот загадочный и неуловимый граф заставил Максимильяна понервничать. Чертов граф всегда принимал приглашения на мероприятия, но никогда не являлся лично.
- Может он настолько горд и консервативен, что не приемлет присутствия набобов в высшем обществе. - предположил детектив Искандер Макнамара.
- Или просто насмехается над всеми, кто приглашает его. - усмехнулся герцог.
- При всем уважении, Макс, но если бы не его шахты, никому и в голову не взбрело бы приглашать его.
- Хочу напомнить тебе, Искандер, именно шахты являются главной причиной, по которой мы вынуждены терпеть всё это.
Герцог закатил вверх глаза, делая вид, что всё это ему жутко надоело.
- Но Ваша Светлость, мы уже два месяца здесь, но ни на шаг не приблизились к графу Фораману!
Карета остановилась прямо напротив главного входа во дворец. К экипажу подошел лакей, открывая дверцу кареты, поклонился приветствуя прибывших.
- Господа, прошу, - дождавшись, пока гости выйдут из кареты, лакей проговорил им вслед. - Добро пожаловать.
- Надеюсь девушки на этот раз не будут скучны и заурядны. - пробормотал себе под нос детектив.
- А разве было когда-то иначе? - услышал его бормотание герцог.
- Друг мой, если было бы иначе, - усмехнулся Искандер. - Я был бы уже женат.
- И то верно! - ответил Максимильян входивший через главные двери в зал.
Приглашенных было очень много, зал буквально кишел разноцветными нарядами дам.
Играла негромкая музыка, звонкий женский смех раздавался с разных сторон, на устах всех присутствующих светились счастливые улыбки.
Мимо Искандера прошла милая молодая девушка, не двусмысленно стрельнув взглядом прямо на него. Детектив засмотрелся ей вслед, не в силах оторвать взгляд.
- Не забывай зачем мы здесь! - вырвал его из сладких грёз герцог.
- Простите, Ваша Светлость, засмотрелся. - смущаясь ответил Искандер.
- И не мудрено! - раздался из-за спины старческий дребезжащий голос.
- Хе-хе-хе! - То ли кашляя, то ли смеясь, прищурившись, глядел на них пожилой мужчина с тростью. Его бесцветные, ничего не выражающие глаза, были цепкими и проницательными.
Детектив и герцог обернулись и вопросительно поглядели на него.
- Неужто сам герцог Сассегсскиий пожаловал в наши края! - воскликнул пожилой джентльмен.
- Разве мы знакомы? - вопросительно глянул на него Искандер, вставая между герцогом и незнакомым мужчиной.
- Нет. - Ответил незнакомец. - Но я знаю кто вы.
Мужчина подошел поближе к герцогу, учтиво поклонился, и наконец представился.
- Барон фон Фирингофф, к вашим услугам. Я много слышал о вас господа. И знаю, что вы интересуетесь шахтами старого Форамана.
- С чего вы это взяли? - Изобразил пренебрежение на лице Искандер.
- Ай бросьте, все вокруг только о вас и судачат, Ваша Светлость. - Подходя ближе произнес барон. - К тому же, вы разыскивали шахтёров, которые когда-то работали у Форамана.
Барон заговорщически прищурился и посмотрел на герцога.
- Хотите выкупить его шахты? Желающих было много, но Фораман непреклонен. Уверен, что ваши деньги и связи не помогут уговорить старика продать шахты, ведь он всю жизнь на них потратил. И знаете что? Я думаю россказни о том, что там есть нетронутая золотая жила - это всего лишь выдумки. Старик потратил два десятилетия чтобы найти её, но так и не смог.
- Возможно ему не хватило средств? - сухо ответил герцог. - Я мог бы предложить ему помощь.
- Если бы шахты были истощены полностью, граф Фораман давно бы от них избавился. - Предположил детектив Макнамара.
- Вам не уговорить старика. - Продолжал барон. - Последние годы он стал очень агрессивен и не ведет разговоров ни с кем. Заперся в своей усадьбе, не принимает посетителей, а незваных гостей выставляет вон. Увидеться с ним чтобы предложить вашу поддержку вы не сможете. Хе-хе-хе.
- Я всё же попытаюсь. - Равнодушно ответил Максимильян.
- Ваше право. - Пожал плечами барон. - Говорят старик очень плох, ему осталось недолго, и неизвестно кому перейдет его состояние после его смерти.
- Даже если у графа нет детей, то наверняка есть и другие родственники. Уверен наследники найдутся. - сказал детектив.
- Ну почему же нет детей? - Барон сделал важный вид. - Хоть старик и был озабочен только шахтами, где находился с утра до ночи, но всё же, он успел обзавестись женой и дочерью.
- У графа Форамана есть дочь? - Удивился детектив Макнамара. - И где же она?
- А кто ж его знает! Хе-хе-хе! - Захихикал барон. - Когда она была маленькой, таскалась за Фораманом по шахтам. Жена графа умерла при родах, а старик был слишком скуп, чтобы оплачивать школу или гувернантку. Так девчонка и росла среди шахтёров. Но когда шахты истощились и добыча руды закончилась, её и след простыл. С тех времен её никто не видел. Кто-то говорит, что она сгинула в тех шахтах, когда произошло обрушение.
- Обрушение? - Заинтересовался детектив Макнамара.
- Много людей погибло в тот день. - Грустно вздохнул барон уставившись в пол, будто вспоминая тот день. - Почти все деревенские женщины лишились своих мужей в тот злосчастный день. Лишились своих кормильцев. Но граф помогал им первое время, пока восстанавливали шахты. Но потом старик сбрендил и спустил всё свое состояние на поиски той самой несуществующей жилы, о которой так много слухов. Двадцать лет поисков и ничего.

Барон снова тоскливо вздохнул и замолчал. Герцог и детектив тоже молчали, ум усваивал услышанное. Два месяца расспросов в деревне не дали никакого результата, а одно случайное знакомство и прояснились многие детали.
Мимо проплывала пожилая дама, прикрывая пол лица веером. Ей явно не терпелось познакомиться с герцогом. Другим гостям хватало такта не быть навязчивыми, и проявлять сдержанность, не беспокоить герцога без должного приглашения.
- Пожалуй, нам пора. - Кивнул в знак прощания Максимильян, видя, как женщина с веером готова пожертвовать репутацией и проявить дерзость чтобы заговорить с ним. - Приятно было познакомиться, барон.
Искандер проследил за взглядом Максимельяна, и поняв всё с полуслова последовал за ним, ограждая его от тех, кто захотел бы попытаться заговорить с герцогом.

Вернувшись в свое недавно приобретённое поместье, герцог направился прямиком в гостиную, туда где его ждал отличный бурбон. Искандер следовал за герцогом и войдя в гостиную плюхнулся в огромное кожаное кресло у камина. Максимельян плеснул добротную порцию напитка в стакан, и тут же выпил её залпом. Потом поставил рядом второй стакан и наполнил оба наполовину.
-Что ты скажешь обо всем этом? - Протягивая Искандеру стакан с бурбоном, спросил герцог.
- Я удивлен, узнав о том, что у графа Форамана была дочь. - Ответил детектив, взяв напиток из рук герцога. - Жаль что и она погибла по вине старика. Наверное он так и не смог пережить утрату. И свихнулся.
- Но доказательств что она погибла нет. - Возразил герцог.
- Мои люди наблюдают за усадьбой старика и днем и ночью. Никаких намёков на присутствие девочки мои парни не заметили.
- Почему же девочки? - Поднял бровь Максимильян. - Прошло двадцать лет с того дня, когда на шахте произошел несчастный случай. На тот момент девчушке было не больше десяти лет, а это значит...
- Что сейчас ей было бы не больше тридцати лет. - Перебил герцога Искандер. - Макс, ты же сам слышал, что с того самого дня её больше никто не видел. Вывод напрашивается сам по себе: старик рехнулся, потеряв дочь, и расчищал шахты дабы найти её тело. И судя по тому, что её могилы не существует, то тела он так и не нашел.
- Завтра мы должны поговорить со стариком, есть идеи как это осуществить?
- Из слуг у графа только один дворецкий. Он тоже старик, но чуть бодрее, чем сам Фораман. Никаких других слуг в усадьбе нет. Дворецкий также ведет затворнический образ жизни, ни с кем не общается, выходит за провизией один раз в неделю и не имеет близких родственников.
- Может стоит сперва поговорить с ним? - предположил герцог.
- Нет, Макс. Хмурый дворецкий не станет говорить с нами, и уж тем более способствовать нашей встрече с графом. Необходимо дождаться того дня, когда он пойдет в деревню за провизией, и пока его нет навестить Форамана.
- Хорошо. - Согласился Максимильян.

Прошло несколько дней, и наконец, наступил тот самый день, когда дворецкий графа Форамана покинул усадьбу. Максимельян всё утро вышагивал по кабинету, дожидаясь момента, когда люди детектива Макнамара дадут сигнал, означающий, что дворецкий ушел. Ему не терпелось встретиться с графом и сделать такое предложение, от которого, по мнению Максимельяна, граф вряд ли откажется.
Главный вход в дом Форамана был наглухо заколочен, им не пользовались уже несколько лет, оставался только задний выход для слуг. Туда и направился герцог в след за детективом.
В доме было очень темно, поскольку окна первого этажа были заколочены, а шторы задернуты. Графу пришлось немного постоять на месте, подождать пока глаза не привыкнут к полумраку. Пахло плесенью, ветхостью и стариной. Детектив двинулся вперед, проверяя все двери и заглядывая во все комнаты в поисках графа.
Долго бродить по дому не пришлось, так как граф обнаружился в гостиной, которая была обставлена как спальня. Видимо подниматься на второй этаж граф попросту не мог. Несмотря на явную запущенность усадьбы, в комнате было прибрано и чисто. Вещи аккуратно висели на вешалках, посуда ровно расставлена в серванте, нигде ничего не валялось. Всё это говорило о том, что за графом примерно ухаживают.
- Я не ждал никаких гостей сегодня. - Раздался хрипящий голос из дальнего угла комнаты, оттуда где стояла кровать.
- Простите за беспокойство милорд, но вопрос не терпит отлагательств. - Поклонился графу детектив Макнамара. - Позвольте представить вам - герцог Сассегсский Максимельян Аурелий Бэкерстафф.
- К вашим услугам, - склонил голову Максимильян.
- Вы вообще не обладаете чувством такта! Врываетесь без приглашения в мой дом. - Возмутился старческим дребезжащим голосом граф. - Я слышал о вас герцог, и о том, что вы приехали в наши края только ради моих шахт. Я вынужден дать вам отказ.
- Возможно, я мог бы сделать вам очень выгодное предложение? - Начал было свою речь Максимельян, но старик махнул рукой, не желая ничего слушать.
- Нет! И ещё раз нет! Я обрушу эти проклятые шахты, но больше никто не ступит в эти тоннели в поисках МОЕГО золота, которое я так и не нашел! - Вопил во все горло старый Фораман.
- Прошу прощения, граф, - выступил вперед детектив и обратился к старику. - Могу я задать вам один очень мучавший меня вопрос?
Искандер подмигнул Максимильяну, что все идет по плану, и ему не о чем беспокоится.
- Ну задай. - Граф фыркая отвернулся от визитёров, не желая больше беседовать с ними.
- Кому должны достаться шахты после вашей кончины? - Детектив решил зацепить непробиваемого старика за самое больное.
- Решил похоронить меня раньше срока, безродный выродок! Убирайся! - Старик был взбешен такой наглостью.
- Идем, Искандер, здесь больше нечего делать. - Спокойно произнес Максимельян, понимая, что беседовать далее нет смысла.
Гости стали медленно разворачиваться и продвигаться к выходу, в надежде, что план детектива сработает.
- Я слышал ты очень богат, герцог Сассегсский. - Почти у самых дверей Максимельян услышал дребезжащий голос старика. - И влиятелен. А так же холост.
Герцог развернулся и подошел ближе к графу Фораману, выслушать его предложение.
- Шахты могут быть твоими лишь в одном случае, - голос старика сделался тихим и уставшим. - Если ты женишься на моей дочери, они перейдут к тебе по наследству.
Максимельяна очень удивили слова графа. Он и предположить не мог такого предложения.
- Разве у вас есть дочь? - Запнулся герцог. - То есть, разве она жива?
- Живее всех живых будет. - Граф впервые улыбнулся, и взгляд его подобрел. - Я должен позаботиться о ней, пока ещё жив. Она не любит выходить из дома, и выдать её замуж было невозможно.
- Но она уже давно вышла из того возраста, когда девушка выходит замуж! - Всё ещё прибывая в растерянности сказал Максимельян.
- Ей всего лишь двадцать семь лет, а вам, если не ошибаюсь, около тридцати пяти. - Настаивал на своём Фораман. - Вы отлично подходите друг другу.
Старик был взволнован, и лицо его светилось от самодовольства.
- Мне необходимо обдумать..
- Нечего здесь думать! - Перебил Максимельяна граф. - Нужны тебе шахты или нет? Если нет, убирайся прочь.
- Хорошо! - Воскликнул герцог, вынося себе приговор. - Я женюсь на вашей дочери! Через две недели в соборе Всех Святых. Я пришлю письмо с указанием времени, подготовьте невесту. И начинайте подготавливать бумаги на шахты!
Взбешенный Максимельян выскочил из дома под громкий смех старика.

- Наверняка она стара и уродлива, а возможно и умалишённая, раз старик держал её под замком столько лет. - Предположил герцог, расхаживая взад вперед по гостиной со стаканом бурбона в руке.
- Макс, не преувеличивай, - пытался успокоить его, сидящий с своем любимом кресле детектив Макнамара. - Двадцать семь лет - это ещё не старость.
- Конечно! Ведь это не тебе предстоит жениться на душевнобольной дочери безумного старика! - Уже почти кричал герцог.
- Недаром же в деревне говорят, что шахты прокляты и приносят только несчастья.
- Несчастье приходит только к тем, кто не смог найти золотую жилу. - Уверенно ответил Максимельян. - А я найду её!
- И я помогу тебе в этом. - Делая глоток бурбона поддержал друга детектив. - Мои люди вышли на след одного из шахтёров, который работал у Форамана в шахтах двадцать лет назад. Он не вышел в тот день на работу, когда произошел несчастный случай, потому что жена его рожала. А потом он в спешке собрался и уехал из деревни вместе с женой и младенцем. Ходят слухи, что он всё ещё жив, и кто-то из местных видел его недавно, в каком-то захолустье.
- Вы нашли его? - Заинтересовался историей герцог.
- Нет, он как сквозь землю провалился. Но мы найдем его. И узнаем, что он скрывает.
- Хорошо.

Герцог Сассегсский стоял у алтаря в соборе Всех Святых и ожидал появления невесты. Он нервничал, но держал себя в руках, и с виду излучал полное спокойствие, хотя ладони его вспотели.
На свадьбу он никого не приглашал, но слухи разлетелись очень быстро, и собор был заполнен посетителями почти полностью. На бракосочетание герцога пришли поглазеть люди из деревни, а так же многие из знати, кто жили поблизости. Выдворить их из собора не представлялось возможным.
Максимельян до сих пор не мог поверить в то, что через несколько минут ему предстоит связать себя узами брака с абсолютно незнакомой ему женщиной, которую он сейчас должен будет увидеть впервые. Он часто думал о том, какая эта девушка, как выглядит, какой у нее голос, какой характер. Но в его мыслях она представала перед ним дряхлой сумасшедшей уродиной. Стоили ли шахты такой жертвы? Но герцог, ставя перед собой цель, всегда добивался её несмотря ни на что. И сейчас его каприз обернулся для него полным крахом, как он считал.
Мысли его прервала внезапная тишина. Люди, пришедшие на церемонию стихли, и повернули свои головы к выходу, откуда появилась невеста.
На входе появились три фигуры. Невеста была в пышном белом платье, и всю её с головы до ног, окутывала белая непроницаемая вуаль, из-за которой невозможно было разглядеть ни лица, ни фигуры девушки.
"Возможно она ещё и толстая" - пронеслось в голове у Максимельяна.
Рядом с ней в инвалидной коляске сидел граф Фораман, а позади него шагал дворецкий. Он катил коляску старика. Граф был одет в нарядный праздничный костюм устаревшего кроя, побрит и острижен, что говорило о том, что он всё таки готовился к свадьбе дочери. Она медленно шла рядом и держала старика за руку, а в другой руке у нее был маленький букет невесты. Все правила бракосочетания были соблюдены.
По мере приближения этой троицы сердце Максимельяна стучало всё чаще и сильнее, и когда она приблизилась и встала рядом с ним у алтаря, оно уже выбивало чечетку.
Прибывшие засвидетельствовать это бракосочетание люди, во все глаза наблюдали за происходящим, ахали и охали от удивления, и шептались между собой. Ясно было только одно, что молва об этой свадьбе в считанные дни облетит весь высший свет, и она станет самой загадочной и скандальной за последние десятилетия. И даже войдет в историю.
Он услышал, как священник произносит её имя. Эмма Штефания Фораман. И теперь она стала Эмма Штефания Бэкерстафф.
Выслушав речь священника, герцог ответил сухое "Да", поцеловал руку невесты, после объявления их мужем и женой, и ошеломленный от происходящего, взяв жену под локоть, двинулся к выходу из собора.
Вокруг раздались оглушающие аплодисменты, люди радовались и выкрикивали поздравления. На выходе его уже ждал экипаж, куда он поспешил сесть вместе с женой, чтобы поскорее убраться отсюда.
Обернувшись, через окно он увидел, что люди выбегали из собора и кидали шапки в воздух, празднуя торжество. Сегодня вся деревня будет гудеть от пьянства.
Его особняк был не далеко от собора, поэтому поездка была короткой. Пришлось выкупить эту усадьбу полностью, чтобы быть ближе к шахтам. Как только волокита с шахтами закончится и процесс добычи наладится, можно будет возвращаться домой, в своё
родовое поместье, которое в десяток раз больше этого особняка.
Девушка всю дорогу молчаливо следовала за новоиспеченным супругом, не издавая ни единого звука, и не делая никаких лишних движений. Фата всё ещё скрывала её целиком и полностью от глаз мужа и окружающих.
Слуги выстроились в шеренгу перед входом, дабы поприветствовать Его Светлость и его жену.
Максимельян молча проследовал мимо всей прислуги ко входу в дом. Девушка так же молча вошла в дом.
Шедший следом за ними детектив, остановился около прислуги, поблагодарил всех за поздравления от имени герцога, предупредил чтобы они не появлялись на глаза до выяснения настроения герцога, и распустил по своим делам.
Герцог сам отвел жену в её комнату, и вошел вслед за ней.
- Сегодня ты отдыхай, а завтра будем знакомится. Буду ждать тебя за завтраком.
Она лишь кивнула в знак согласия, всё ещё скрытая под вуалью.
- Прислать к тебе служанку чтобы помогла снять платье? - Напоследок поинтересовался Максимельян.
Она отрицательно покачала головой и отвернулась. Герцог вышел из комнаты, закрыв за собой дверь.
В гостиной, в своём любимом кожаном кресле, его ждал Искандер. Он уже наполнил два стакана бурбоном, и ждал появления Максимельяна.
- Ну и как она? - поинтересовался детектив, видя входящего в гостиную мрачного друга.
- Пока никак. - Герцог взял наполненный стакан и залпом выпил его содержимое. - Я, так же как и ты, её не разглядел под вуалью. Она ни обронила и слова пока мы ехали из собора, даже отказалась от служанки молча.
- Зато я слышал, когда она сказала "Да" у алтаря. - Подшучивал над другом Искандер. - По моему, у нее ангельский голосок, ха-ха-ха.
Искандер во всё горло рассмеялся над собственной глупой шуткой, но тут же умолк, видя как помрачнел герцог.
- Макс, нет повода для трагедии. Шахты теперь принадлежат тебе, остались лишь формальности. Когда должен прибыть адвокат?
- Через две недели. Я с ума сойду за это время! И накой черт мне сдалось это золото! Я и так богат и без него.
- Может ещё не поздно отказаться? - снова пошутил Искандер.
- Ну уж нет. - Ответил Максимельян. - У каждого богатого господина должна быть слабость, его хобби. Считай что для меня это шахты.
- А как же жена? - всё ещё подтрунивал над другом детектив.
- С утра поглядим на нее, Искандер.

На следующее утро оба мужчины стояли в холле, у подножия лестницы, ведшей на второй этаж. Они ожидали Её Светлость к завтраку. Оба волновались перед встречей и были крайне заинтересованы. Служанка передала, что девушка отказалась от её услуг снова, но уверила их, что к завтраку госпожа всё же должна явится.
Утро выдалось дождливым и пасмурным, небо заволокло тучами, и в холл плохо пробивался уличный свет. В холле было темно и мрачно.
Простояв около десяти минут, мужчины готовы были уйти, но на верху лестницы появилась она.
Герцог и детектив во все глаза уставились на медленно спускающуюся к ним девушку. Оба они открыли рты и не сводили с неё взгляда. Герцог готов был рухнуть прямо в холле от внезапно подкосившихся ног. Детектив глазел на девушку так, будто увидел нечто
сверхъестественное. Мужчины были ошеломлены увидев жену герцога, шедшую к ним.
Девушка была очень красива. В её лице уже не было наивной юности, но она была молода и полностью распустилась в своей безупречной красоте. Идеальный овал лица, прямой изящный нос, распахнутый выразительный взгляд, притягательные губы, и полное отсутствие какого либо выражения лица. Она как прекрасная фарфоровая кукла, гордая и невозмутимая смотрела на них свысока. Весь её образ был восхитителен и холоден.
- Ну и кто из вас мой муж? - спросила девушка ледяным тоном, выводя тем самым мужчин из оцепенения. - Под этой непроницаемой вуалью я не рассмотрела лица своего супруга.
В её голосе звучала доля иронии. Детектив отметил, что несмотря на свою холодность, чувство юмора у девушки всё таки имеется, хоть и язвительное. А жизнь перестает быть скучной. Столько шокирующих событий за последние дни. Детектив всё время поглядывал на Максимельяна, пытаясь уловить его реакцию на девушку. Наверняка герцог в полнейшем недоумении, только не показывает этого, держать себя в руках он умеет.
- Простите нам нашу бестактность, Ваша Светлость, - учтиво поклонился ей детектив. Позвольте представить вам вашего супруга.
Искандер отступил на шаг, чтобы герцог оказался впереди него, и торжественно произнес:
- Герцог Сассегсский Максимельян Аурелий Бэкерстафф. Ваш супруг.
Герцог протянул своей жене руку и проводил её в столовую. Когда все расселись за столом, лакей подал завтрак, он изо всех сил старался не таращится на жену хозяина, но герцог и детектив заметили его шокированный взгляд. Детектива очень веселила вся эта ситуация, он с интересом наблюдал за происходящим и с трудом сдерживал улыбку. Зато герцога такая обстановка совсем не забавляла, он был очень хмур и мрачен. Казалось, что он чем-то озадачен и погрузился в свои невеселые мысли. Искандеру уже не терпелось узнать его мнение о жене.
- У меня есть некоторые требования к проживанию в вашем доме, супруг. - Невозмутимым тоном обратилась к герцогу девушка.
Герцог даже не взявший в руки столовый прибор, откинулся на спинку стула, чтобы внимательно выслушать её.
- Во-первых, я не выношу свет, поэтому желаю, чтобы все окна были плотно зашторены, и света было, как можно меньше. Во-вторую очередь, я запрещаю слугам и кому бы то ни было, заходить в мои комнаты, кроме, разумеется, моего мужа. Я не буду встречать ни гостей, ни посетителей, никого. Никаких приёмов с моим участием не будет. И вообще, контактировать я буду только со своим супругом, и больше ни с кем.
- Может вы сделаете исключение, Ваша Светлость, общение с детективом бывает весьма полезным. - Обратился к ней Искандер. Он не мог себе позволить оставаться в стороне от этой удивительной загадочной женщины, которую уже загорелся разгадать.
- Если вас устроит, что я буду относится к вам, как к прислуге. - Надменно ответила девушка. - Кто то же должен прислуживать за столом.
- Почту за честь, Ваша Светлость. - Его нисколько не оскорбило такое обращение, ведь он и так не имел ни титула, ни рода, а сидел за одним столом с герцогом. И всё благодаря своим способностям, его умению подмечать те детали, которые не видят другие. Из нищеты не так то просто выбраться в приличное общество.

Когда завтрак был окончен, девушка поднимаясь со стула, повернула голову к мужу и напоследок бросила холодное:
- Надеюсь вы предупредите слуг, чтобы они не ходили по второму этажу без надобности.
- Хорошо. - Ответил Максимельян. - Я навещу вас.
- Вы? - Кинула на герцога ледяной взгляд девушка. - Пока бумаги на шахты не будут полностью заверены, можете не приближаться к моим покоям.
Затем выпрямив спину, и высоко задрав подбородок девушка удалилась.
Мужчины молча сидели глядя ей в след, и каждый был неспособен вымолвить и слова. Оба были ошеломлены и восхищены одновременно. Эта женщина действовала на них как-то по особенному, она обескураживала, удивляла, и заставляла кровь быстрее бежать по венам. Искандер, впрочем, как и Максимельян, никогда не встречал такой роковой, холодной, и восхитительной женщины. Пытливый мозг детектива вопрошал ответы на мучавшие его вопросы. Почему такая красивая девушка провела свою юность в заточении? Почему она не посещала балы и не общалась с людьми? Захотела ли она этого сама, или так жестоко обошелся с ней граф? Искандер был озадачен, и впервые в жизни у него появилось пристрастие. Пристрастие разгадать все её секреты.

- Впервые вижу тебя таким озабоченным, - нарушил тишину, царившую в гостиной после завтрака, герцог. - Ты не испускаешь своих язвительных шуточек, Искандер, углубился в свои думки, ты начинаешь пугать меня.
- Вам не о чем беспокоиться, Ваша Светлость. - Сухо, глядя в невидимую точку проговорил детектив. Он словно впал в некий транс, и сотни мыслей пролетали у него в голове, не задерживаясь ни на секунду.
- Когда ты начинаешь фамильярничать, я беспокоюсь ещё сильнее. - взволнованно ответил герцог.
В гостиной, над дверью прозвенел колокольчик, означающий, что прибыли гости.
Мужчины отвлеклись от своих мрачных мыслей. Герцог подал знак, что готов принять незваного визитёра, и дворецкий проводил его в гостиную. Оказалось, что это прибыл посланник от адвоката, коего ожидал герцог, что выехал из столицы в эту глушь, дабы заверить документы касающиеся шахт.
- Прошу прощения, Ваша Светлость, за беспокойство. Меня прислал к вам адвокат Нортон Баррет с сообщением о том, что он прибудет не позднее чем, через десять дней.
- Это же отличная новость! - Воскликнул Максимельян, но заметил, что его друг не разделяет с ним радости.
В этот день впервые так случилось, что оба мужчины не желали делиться друг с другом своими переживаниями.

Следующие девять дней прошли без происшествий. Детектив Макнамара занимался поисками неуловимого бывшего шахтёра, который мог что-то знать о том, где искать золотую жилу. А главное, он мог пролить свет на то, что случилось двадцать лет назад. Герцог все дни проводил в кабинете, занимаясь подготовкой бумаг. Необходимо было досконально всё проверить, чтобы не иметь проблем с законом. Девушка почти не покидала своих апартаментов, завтракала и обедала у себя в комнатах, лишь иногда спускалась к ужину, когда ей было что-либо нужно обсудить с супругом. Она всегда коротко и сухо излагала свои просьбы, хотя это были, скорее, не просьбы, а требования. Герцог радовался, что жена досталась ему не капризная, не ворчливая и не помешанная на женских шляпках, какими он видел всех других женщин. При виде посторонних дам, Максимельян невольно сравнивал их со своей женой, и по всем параметрам она всегда превосходила их во всем. Его мучали те же вопросы, что и детектива, вот только делится своими размышлениями с ним, он не спешил. Герцог был зол на него, из-за ревности, которую испытывал, видя, каким взглядом Искандер смотрит на его жену. В глубине души он был рад, что она не желает выходить в общество, ведь с такой красотой, у неё не было бы отбоя от поклонников, и герцог сошел бы с ума от ревности. Он желал чтобы она принадлежала только ему одному. Дня, когда шахты целиком и полностью перейдут в его владение, Максимельян ждал с нетерпением, ведь он сможет сделать её своей женой по-настоящему.
И тогда все, кто посмотрит на неё с восхищением, будут лишь завидовать его счастью. Она никогда не будет принадлежать кому-то ещё. По крайней мере телом. А вот за её душу, герцог очень беспокоился, и поэтому последние дни делал слишком занятой вид, дабы не допускать встреч детектива и своей жены.

Наступил долгожданный день, когда, наконец, прибыл адвокат Нортон Баррет. Он поселился в местной гостинице, и немного отдохнув, был готов заняться делами. Встреча с ним произошла в первой половине дня, в ресторане недалеко от гостиницы, за чашечкой отменного кофе.
- Дорогой герцог, вы наделали много шума в столице, женившись безо всякого предупреждения. - Сообщил Нортон. - Многие дамы, имевшие виды на вас, были очень разочарованы. Хо-хо-хо.
Адвокат был мужчиной средних лет, невысокий, плотный, с небольшим животом. Он обладал превосходным чувством юмора, но всегда был сдержан в своих остроумных высказываниях. Его цепкий взгляд и пытливый ум позволили ему добиться высокой должности, а так же положения в обществе. Этот человек видел людей насквозь, был сведущ во многих вопросах, и в последние годы представлял интересы только титулованных особ. Это говорило о том, что в своем деле он являлся одним из лучших.
- Я уже уведомил графа Форамана и его адвоката в том, что мы готовы приступить к подписанию документов по передаче шахт. - Сообщил Нортону Максимельян. - Мне бы хотелось поскорее покончить с этим делом.
- Прекрасно понимаю вас, Ваша Светлость, мы уладим все дела в самые короткие сроки. Я тоже не намерен задерживаться здесь надолго, меня ждут дела в столице.
- Адвокат графа готов встретиться с нами в любое время, как вы будете готовы. - Предупредил Нортона Максимельян.
Нортон Баррет кивнул головой, давая понять, что он принял информацию к сведению.
- Конечно это не относится к делу, но всё же скажите мне, дорогой Максимельян, как вас угораздило найти жену в этой глуши?
- Это очень унылая и скучная история, Нортон, в ней нет ничего романтичного.
- Прошу прощения за бесцеремонность, Ваша Светлость, но в столице ходит слух, будто вы женились только из-за шахт. Хо-хо-хо. К тому же ваша супруга настолько безобразна, что на свадьбе ей пришлось с головы до ног скрываться под непроницаемой вуалью. Хо-хо-хо. Пожалуйста, скажите, что это не правда. - Шутливо поведал сплетни адвокат. Он хотел высмеять глупые россказни о свадьбе, не веря в них. Нортон был убежден, что это всё выдумки.
- Так и есть. - Серьезным тоном ответил Максимельян. Ему было смешно, но он изо всех сил сдерживался, дабы придать себе суровое выражение лица.- Всё, что говорят - правда.
За последние дни ему пришло больше тысячи писем, большая половина которых, так и лежат не прочитанными. Ему написали абсолютно все, с одной единственной целью - выяснить правдивы ли слухи. Женился ли он на самом деле? Насколько безобразна и безумна его жена? И стоят ли шахты такой великой жертвы?
У Максимельян не было никакого желания развеивать все эти слухи, он знал, что всё равно, как только он вернется в свое поместье с женой, все знакомые начнут брать его дом приступом, чтобы хоть раз взглянуть на загадочную жену герцога.
Адвокат Нортон смутился от неудавшейся шутки, он не ожидал, что сплетни могут оказаться правдой, и поспешил сменить тему разговора.
- Время не ждет! - Поставил он чашку с допитым кофе на блюдце. - Я ещё должен изучить все бумаги перед встречей с адвокатом Форамана.

Волокита с документами продлилась несколько дней, и Максимельян уже порядком устал от этого. Вечерами он наведывался к жене, но всегда она бесцеремонно и холодно спроваживала его за дверь. Ему хотелось проводить с ней больше времени, чтобы за непринужденными беседами узнать о ней, о её вкусах, желаниях, о детстве, и многом другом. Но она была молчалива и неподвижна, как мраморная статуя. Он мог лишь по несколько минут за вечер наслаждаться её красотой, ведь она всегда выглядела безупречно. Но потом он, видя её безразличие и безучастие, разочарованный покидал её покои. Герцог надеялся, что как только бумаги на шахты будут подписаны и заверены, её отношение к нему изменится.

В назначенный день и час все участники собрались в адвокатском бюро, в огромном кабинете, за большим круглым столом. Старик Фораман в своем передвижном кресле на колесах, его адвокат, а так же герцог Сассегский и адвокат Нортон Баррет. Все бумаги по передаче шахт были готовы к подписанию. Максимельян был немного взволнован, ведь ради этого момента, он приложил слишком много усилий. Сейчас свершится его дорогой каприз. Теперь, желание начать поиски жилы в шахтах было так же сильно, как и желание попасть в спальню жены и сделать её своей.
После того, как он поставил последнюю подпись в документах, он почувствовал сильное облегчение. Как будто огромный тяжелый камень упал с его плеч. Но груз на плечах всё же оставался. Ненайденная жила, и неприступная женщина, всё ещё оставались непокорёнными вершинами для него.
Максимельян встал из-за стола и отправился домой. Ему хотелось побыть наедине с собой, поразмыслить о бренном бытие, поставить новую цель перед собой, осмыслить важность своих желаний, составить план действий. И, конечно, выпить своего любимого бурбона.

С утра герцог подскочил с кровати, как только расцвело, ведь энергия от предвкушения предстоящих дел, бурлила через край. Он написал записку жене, что желает видеть её за завтраком, дабы оповестить о своих намерениях, подсунул под дверь её спальни. Сам же, расхаживая по кабинету из угла в угол, подбирал в мыслях правильные слова, для предстоящего разговора с женой.
Максимельян услышал тихий скрип открывающейся двери в кабинет, и обернулся на едва слышимый звук. Через порог переступала она! "Боже, выкали мне глаза" - подумал герцог, глядя на свою поразительно бесподобную жену, она была восхитительно прекрасна. Но всё так же холодна, как и прежде. Герцог был решителен это исправить.
- Моя госпожа, - склонился в поклоне Максимельян приветствуя жену. - У меня есть замечательные новости!
Девушка бросила взгляд на письменный стол, на котором лежали подписанные документы. Она сразу поняла от чего так сильно радуется её муж. Он получил чего хотел, и наверняка захочет посетить её спальню сегодня вечером. Девушка внутренне передернулась, представив себе мерзость предстоящей ночи. Отсрочивая этот день как можно дольше, она надеялась что это никогда не произойдет, но понимала, что настанет момент, когда муж придет к ней в спальню. Чувствуя безысходность от неотвратимости предстоящих событий, девушка была напряжена, спина её стала ещё прямее, подбородок вздернулся выше, а взгляд словно сковывал льдом. Весь её образ выражал холодность, надменность и безразличие.
- Что за новости? - не дрогнувшим ледяным голосом спросила девушка, хотя уже понимала о чем пойдет речь.
Максимильян обошел комнату, и подойдя к своему письменному столу, взял документы на шахты и протянул ей. Она демонстративно отвернула голову в строну, делая вид, что её это абсолютно не интересует.
Герцог положил бумаги на стол и подошел ближе к жене. Он восторгался не только её безупречной красотой, но и умением достойно держать себя. Его восхищало, то что она могла одним лишь взглядом сбить спесь с любого гордеца.
Но сам он робеть не привык и намеревался взять то, о чем он мечтал последние недели, то, что по его мнению, принадлежит ему по праву.
- Я намерен посетить сегодня шахты. - Уведомил её о своих планах Максимельян. - Осмотреть поближе своё имущество. Мой помощник уже ведет набор работников, и мы вскоре сможем приступить к поиску жилы.
- Я хочу, что бы вы взяли меня с собой, к шахтам, - обратилась к нему девушка, немного смягчив голос.
- К сожалению, это не место для женщин, - резко оборвал герцог. - Я намерен не допускать вас к шахтам, как делал ваш отец. Это слишком опасно, и вы уже не маленькая девочка, чтобы разгуливать по темным тоннелям.
- Я настаиваю! - голос её снова стал ледяным.
- Простите, мне мою грубость, Эмма, но вам не уговорить меня. Я вынужден буду выставить охрану у каждого входа в шахты, дабы вы не могли проникнуть туда без моего ведома.
- Не совершайте роковой ошибки, супруг, ведь ваше упрямство может обернуться против вас.
- Это не упрямство, Эмма, а забота о вашем благополучии. Я не могу допустить чтобы с вами что-то случилось.
- Что же, супруг мой, ежели вы не пускаете меня в шахты, то я обещаю вам, что никогда не прощу вам этого, и вы очень пожалеете.
- Пусть так, но моя жена не будет разгуливать по этим злосчастным тоннелям.
Максимельян был непреклонен и исполнять прихоть жены не желал. Он был слишком самоуверен, чтобы уступить девушке в её просьбе. По его мнению, отец виноват в том, что позволял ей играть в темных тоннелях, и что девушка стала замкнутой и необщительной. В её комнатах всегда царил мрак, даже днем, все окна были занавешены плотными портьерами. Наверное это чем-то напоминало мрак,
который царил в подземельях шахт.
Девушка высоко вздёрнула подбородок, одарила его ледяным взглядом, и развернулась чтобы удалиться.
- Я непременно навещу вас в вашей спальне сегодня вечером! - проговорил ей в след Максимельян. Но она не обернулась, ни одна жилка не дрогнула на её теле.
"Как я ненавижу вас, герцог, после этого" - думала девушка, поднимаясь в свои комнаты. - "И, похоже, после сегодняшней ночи, буду ненавидеть вас ещё сильнее!"

Максимельян осматривал свои владения вместе со своим помощником, и несколькими работягами, которые уже имели достаточный опыт в разработках и добыче руды. Шахты находились в плачевном состоянии, и прежде, чем начинать поиски руды, необходимо было заменить все прогнившие деревянные подпорки на свежие. А так же разгрести некоторые обвалы и укрепить стены в этих местах. Работы предстояло много, и герцог велел своим работникам, приступать к ремонту с утра. И поглядывая на заходящее солнце, поспешил домой. Ужинал он в одиночестве и всё время думал о жене. Самым правильным решением он считал, что не разрешил ей бывать в шахтах. Он надеялся, что со временем она успокоится и поймет, что такая мера для её же блага. А ещё он надеялся, что своими поцелуями сможет растопить лед в её сердце.
Герцог поднимался по лестнице на второй этаж, в покои своей жены. Ладони его вспотели от предвкушения предстоящей ночи. Нелегко будет превратить "снежную королеву" в нежную и податливую фею.
Максимельян открыл дверь в её спальню и ступил в комнату. В спальне было очень тепло, и на удивление не душно, учитывая, что все окна закрыты. На небольшом столике стоял канделябр с горящими свечами, освещающими спальню. Комната выглядела уютной, а кровать манила окунуться в мягкие подушки. Девушка сидела за туалетным столиком, смотрелась в зеркало и расчесывала распущенные волосы. На ней был белый, длинный до пола, шелковый пеньюар на тонких бретелях. Оголенные плечи покрывали роскошные вьющиеся русые волосы.
Герцог не стал ждать приглашения, скинул с себя пиджак, сел на диван и ждал, пока Эмма закончит с вечерним туалетом. Но она не спешила. И совсем не замечала супруга. Максимельян подошел к девушке, всё ещё сидевшей у столика. Она уже перестала расчесывать волосы, а лишь пристально смотрела на свое отражение в зеркале.
Он стал позади неё и стал разглядывать её отражение в зеркале. Оголённые шея, плечи, и ключица выглядели женственно и изящно, а кожа гладкой и мерцающей в свете свечей. От её дыхания приподнималась грудь, чем привлекла к себе взгляд мужчины. Тонкий шелк очерчивал контуры округлой девичьей груди, и натягивался на самой вершинке, выделяя её.
Герцог положил руки на плечи жены и почувствовал, как она вздрогнула. "Касался ли её кто-то до меня?" - пронеслось в голове у герцога. Но его тут же обуяла ревность ко всем, кто мог бы прикасаться к ней, и он не заметил, как немного сжал руки на её плечах. Девушка поднялась со стула и направилась в сторону кровати.
- Сделайте это, пожалуйста, как можно быстрее и уходите! - резко бросила она через плечо. Затем легла на постель лицом вниз.

Герцог осмотрел её круглые упругие ягодицы, которые не мог скрыть тонкий шелк, а лишь подчеркивал их изгибы. Делать как желала девушка, он не собирался, а хотел не спеша насладится её телом.
Мужчина приблизился к кровати, и лег, упираясь коленями и локтями по обеим сторонам, лишая девушку шансов сбежать. Он стал медленно целовать её, начиная от затылка, продвигаясь до шеи и мочек ушей. Затем перевернул её на спину и не встретив сопротивления продолжал оставлять горячими губами следы от поцелуев на её теле.
Девушка лежала неподвижно и прислушивалась к своим ощущениям. Всё это впервые происходило с ней, и пока не причиняло боли, ведь именно об этом беспокоилась она больше всего. Она ненавидела боль. Мужчина был горячим и согревал своим теплом, а она не любила холод.
Максимельян целовал её неподвижное тело, пока мог сдерживать свою плоть.

Коснувшись языком маленькой горошины в её промежности, она издала испуганный вздох, но не оттолкнула. Он совершенно потерял голову от услышанного звука, который она не в силах была сдержать. Его сознание моментально задурманило, и он повиновался своим инстинктам, отпустил свою животную страсть на волю.

Шли дни, работы по восстановлению шахт закончились. Герцог нанял лучших специалистов, которые могли бы найти жилу. Они исследовали шахты вдоль и поперек, делали бесконечные расчёты и вычисления, но в итоге разводили руки и качали головой.
- Вы должны оставить это гиблое дело, Ваша Светлость, эти шахты истощены и той выдуманной местными жителями жилы, не существует. - Прощаясь, очередной специалист, спешил оставить это безнадежное, бесперспективное место.

Максимельян потратил слишком много времени и денег, чтобы отступить. Его словно охватила лихорадка, которая когда-то охватила старого графа Форамана, который спустил всё своё состояние на поиски жилы. Гордыня не позволяла ему сравнивать себя с Фораманом, признать своё поражение, быть осмеянным, отступить.

Одним субботним вечером герцог стоял у камина в общей гостиной, где он любил проводить в раздумьях время, попивая излюбленный бурбон, как явился долго отсутствующий детектив Макнамара.
- Я нашел его! - поведал детектив. - Того шахтёра, который был здесь...
- Не может быть, он жив? - перебил герцог.
- Да, Ваша Светлость, - склонил голову Искандер, повинуясь. - Он находится при смерти, и не выдержит дорогу сюда. Всё что может этот несчастный человек - это лежать и ждать своего конца.
- Он рассказал что-нибудь? - нетерпеливо спросил герцог. - О жиле? О том дне?
- Я вынужден разочаровать вас, Ваша Светлость, - свесив голову ответил детектив. - Старый больной дурак не вымолвил и слова.
- Значит, не стоил оно того, что мы столько времени искали его. - пренебрежительно отмахнулся герцог.
- Возможно, - замялся детектив.
- Говори!
- Он сказал, что готов выложить всё, что знает, но лишь лично герцогу Сассегсскому, мужу Эммы - дочери графа Форамана.
- Как это понимать, Искандер?
- Это значит, Ваша Светлость, что Вы должны лично приехать к нему, и выслушать всё, что он скажет.

Дорога заняла целых две недели. Герцог ехал по бездорожью миновав последний постоялый двор пять часов тому назад. Почему шахтер предпочел это богом забытое захолустье, родной деревне? Ответ напрашивался сам собой - он чего-то боялся. А чего именно, и собирался выяснить Максимельян.
- Сюда! - Махнул рукой, Искандер, призывая следовать за собой.
Герцог, нагнувшись, проскочил через низкую арку, с которой капала вода, и попал в кромешную темноту. Рядом щелкнуло огниво, и в руках Искандера появилась горящая свеча.
-Те, у кого нет жилья, нет будущего, частенько кончают свою жизнь здесь. - тихо говорил Искандер, шлепая подошвами по воде. - Это последний приют тех, кого обделила судьба.
Миновав сырые коридоры подземелья, они вышли в большой просторный подвал, служивший когда-то винным погребом, а во время войны хранилищем
оружия. Это место уже давно стало пристанищем бедняков, и сбившихся с пути истинного, великих грешников.
В углу, в темноте, на старом сыром матрасе лежал больной мужчина. Ему было не больше пятидесяти лет, но выглядел он словно столетний дряхлый скелет, обтянутый рыхлой кожей.
Искандер, поднял свечу выше, дабы осветить пространство ниши, в которой находился бедолага- бывший шахтёр.
- Имейте совесть, господа! - закрывая рукою лицо от обжигающего глаза света, прохрипел шахтёр.
Мужчина лежал на прохудившемся матрасе, в лохмотьях, служивших когда-то одеждой, и прищуривался чтобы разглядеть тех, кто побеспокоил его.
- Эй, Барни, дружище! - поприветствовал его детектив, и похлопал по плечу, чтобы успокоить немощного мужчину.
- А, это вы, детектив. - расслабившись откинул голову назад шахтёр, узнав знакомый голос. - Зачем явился? Снова трепать мои нервы, выспрашивая о прошлом? Я же сказал, что откроюсь лишь герцогу.
Шахтер демонстративно отвернулся к стене, давая понять, что разговор окончен.
- Герцог здесь, и готов выслушать тебя. - прошептал в сырой, зловещей тишине детектив. Он кивком подал знак своим людям, чтобы они сосредоточились, контролировали все входы, и наблюдали за каждым бедолагой, жавшимся к ледяной стене в поисках тепла.
- Нет! Нет! Нет! - восклицал больной. - Не станет Его Светлость бросать все свои дела, и ехать в эту клоаку, дабы говорить со мной, я не стою этого!
- Ты прав, - ответил детектив. - Ты, абсолютно не стоишь этого! Но так уж вышло, что герцог готов выслушать тебя.
Мужчина с трудом приподнялся и оперся спиной о сырую стену. Так ему легче было говорить. Он разглядывал герцога и не верил своим глазам, потер их, чтобы убедиться, что герцог ему не мерещится.
- Прошу прощения, господин, что вам пришлось побывать в этом проклятом месте. - хрипя и покашливая произнес бывший шахтер. - Я знаю зачем вы здесь - узнать что случилось тогда на шахтах. Я расскажу вам.
Герцог присел около немощного мужчины на корточки, поставил между ним и собой горящую свечу, чтобы она освещала лица собеседников.
- Постарайтесь вспомнить всё. - попросил герцог.
- Забудешь тут. Я помню тот день, словно он был вчера. Кхе-кхе. Тем днем, мы добывали оставшиеся крупицы золотой руды. Жила была небольшая и быстро истощилась. А двое исследователей искали новую жилу и нашли её. Огромную жилу, с которой можно взять столько золота, что хватит на тысячу жизней вперед. Но они не стали говорить графу о том, где она находится, пока он не поднимет заработок всем работникам вдвое. Граф был ещё тот скупердяй, нас обыскивали с головы до ног, перед тем, как отпустить домой. Проверяющий - чёртов Дик, залазил грязным пальцем во все дыры, проверяя не украл ли кто даже песчинку. Работа тяжелая, но платили мало, вот ребята и взбунтовались. А новая жила сделала бы его богаче самого короля! Кхе-кхе. Но граф оказался слишком скуп, и сказал, что и так слишком много нам платит, и все недовольные могут уходить. Деревня та совсем на отшибе, и по-близости больше другой работы нет, только эти чёртовы шахты!
Бывший шахтер сплюнул на пол, скривив лицо от отвращения. Он сделал паузу, видимо, вспоминал прошлое.
- Что случилось дальше? - спросил герцог, видя, как мужчина застыл, погруженный в свои мысли. - Шахтёры добились своего?
- Те двое, что нашли жилу, завалили проход к ней и запечатали его. Если не знать точное место, то и никогда не догадаться, что там есть залежи золота. Тоннели шахт на протяжении многих километров, и просто так найти нужное место невозможно. Жадность и алчность графа погубила не одну жизнь. Он решил, что если эти двое нашли жилу, то и другие смогут, и захотел избавится от них, чтобы они не мнили из себя важных персон и не сеяли смуту среди работяг. Им не было суждено выйти из шахт тем днем. Граф хотел провернуть всё, как несчастный случай, тем самым прикончив всех одним махом. Я оказался жив только потому, что мне приспичило по нужде, а граф запрещал гадить где придется, и сидел в отходнике, когда рухнули своды. Мне пришлось нюхать испражнения до самой ночи, чтобы выйти незамеченным, и пройти мимо спящей охраны. Я хотел убраться из деревни как можно скорее, но Саре приспичило родить в тот день. Мне удалось разнести на всю деревню что я не ходил на работу, а сидел с ней во время родов, и пригрозил ей, что если она хоть пикнет, что это не так, то вырву ей язык. Подтвердить что я был там не мог никто, ведь в живых никого не осталось. Если бы не задержка с родами жены, я бы смотался той же ночью, и все бы думали, что я сгинул там со всеми. Чёртова Сара! Не могла родить в другой день! Я боялся что граф прознает о моём обмане и избавится от меня, как от тех бедолаг, поэтому смылся, как только Сара встала на ноги.
- Так ты знаешь где находится жила? - с предвкушением спросил герцог.
- Нет, господин, простите меня, те двое унесли эту тайну с собой в могилу. Они не успели ничего разболтать. - мужчина опустил голову, то ли сожалея, то ли скорбя.
- Значит ты ничем не можешь нам помочь. - разочарованно сказал Максимильян, поднимаясь и готовясь уйти. Но как только он сделал шаг в сторону, позади раздался голос несчастного шахтёра.
- Подождите! - мужчина вытянул руку, словно пытался схватить уходящего герцога. Максимельян вернулся к шахтеру и продолжал слушать.
- Та девчонка! Дочка графа! Она вечно ошивалась среди шахтёров. Совала свой нос, куда только ей вздумается! Она наверняка была там, когда эти двое нашли жилу! Уж я то знаю! С её любопытством, она ни за что не пропустила бы такое!
Детектив и герцог переглянулись, явно понимая о чем идёт речь.
- Её увел доктор, когда начались споры за повышение оплаты.
- Доктор? - в один голос удивленно переспросили мужчины.
- Да. Девочка была чем то больна, и этот доктор вечно таскался за ней по пятам.
Масимильян и Искандер снова переглянулись между собой, и на их лицах читалось недоумение.
- А ты случайно не помнишь имени этого доктора? - задал вопрос шахтёру детектив.
- Нет. Я и не знал его имени, чтобы помнить. - пожал плечами несчастный бедолага. - Помню только, что он не местный, а приехал из большого города и жил в доме графа.
- Хорошо. - кивнул Максимельян и стал подниматься. - Я распоряжусь, чтобы тебя поместили в местный госпиталь. Это подземелье не место для людей. Прощай.
- Прощайте господин, спасибо вам за доброту! - прокричал вслед удаляющемуся герцогу шахтёр. - Я буду молится за вас! Надеюсь, вы найдете эту жилу!
Мужчины вышли из подземелья и направились в местную гостиницу, в которой остановились.

- Ну и что вы об этом думаете, Искандер? - спросил герцог детектива за ужином. - Выходит Эмма знала об этой жиле с самого детства.
- Выходит так. - кивнул в знак согласия детектив. - Но почему не сказала об этом отцу?
- Боюсь, дорогой друг, что и мне будет стоить огромных усилий вытянуть из неё эту тайну.
- Почему ты так решил, Макс?
- Я запретил ей приближаться к шахтам. - погрустнев, опустил голову герцог. - И она тогда упомянула, что я совершаю роковую ошибку.
- Думаешь, она не простит тебе этого? - поинтересовался детектив.
- Я знаю, что не простит. И так мне об этом и сказала. Она с самого начала знала, что однажды настанет час, когда я спрошу её об этом.
- Тебе придется постараться, Макс. - насмешливо поддразнил герцога Искандер. - Если ты сведёшь её с ума, то она выложит тебе даже свою душу.
- Легко сказать. - герцог не разделял веселья детектива. - Я каждый вечер прихожу к ней в спальню, и за всё время, она даже не взглянула на меня.
Максимильян безнадежно развел руками. - Она просто сделает меня своей марионеткой, исполняющей любой её каприз.
- Да уж. - тяжело вздохнул детектив. - Нам нужен какой-то план.
- И что ты предлагаешь, Искандер?
- Для начала необходимо поговорить со стариком Фораманом. Узнать, почему девочка не рассказала отцу о местоположении жилы? И спросить про доктора.
- Решено! - воодушевился Максимельян, и оба мужчин пошли собираться в обратную дорогу.

В особняке графа Форамана не произошло абсолютно никаких изменений, кроме одного: дворецкий впустил герцога и провел в комнату к старому графу.
- Надеюсь, вы идете на поправку, тесть? - склонился в приветственном поклоне Максимильян.
- Чем обязан такой чести, Ваша Светлость? - старик приподнялся на подушках, не без помощи дворецкого.
- Я хотел бы спросить вас о вашей дочери.
Максимельян не хотел затягивать разговор, и сразу перешел к делу.