Обольститель

Этой ночью мне не удалось сомкнуть глаз. Тим стоял на задних лапках у дивана, опираясь передними на край, и скулил. Я предложил ему корм, но он брезгливо отвернул мордочку. Я бросил щенку тряпичную косточку, и его глаза загорелись. Тим схватил игрушку и принес мне, радостно виляя хвостом. Через два часа щенок поковылял в лежанку, и я спокойно вздохнул. Я закрыл глаза и провалился в тревожный сон, из которого меня вытащили знакомые звуки. Тим снова скулил. Я встал с дивана, чтобы поиграть с ним, и тут же наступил босой ногой на что-то мягкое. Олеся была права. Щенок требует колоссального внимания и ухода.

Утром я чувствовал себя словно зомби. Несмотря на то, что мне удалось проникнуться нежными чувствами к щенку, я не мог оставить его у себя на три дня. Мне нужно было работать.

Единственное, что пришло на ум, - попросить маму присмотреть за щенком три дня. После сокращения она сидела дома в одиночестве, а щенок мог составить ей компанию.

Я собрал вещи Тима, посадил его в переноску и отправился к матери, надеясь, что она меня поймет. Я был удивлен, когда матери дома не оказалось. Она редко выходила куда-то. Могла несколько дней подряд сидеть в пустой квартире, пялясь в телевизор. Хорошо, что в кармане джинсов валялся запасной ключ от ее квартиры. Я вошел в пустую квартиру и выпустил Тима на свободу. Он побежал в комнату. Не успел я поставить пакет с вещами Тима на пол, как щенок сделал на ковре небольшую лужицу. Я нашел в ванной тряпку и тщательно вытер следы преступления.

Не спеша, я распаковал вещи Тима. Щенок забегал по комнате кругами, держа в зубах заводную мышь за хвост. Мама все не возвращалась. Тем временем Тим рухнул на лежанку и моментально заснул. Я побродил по квартире, в которой прожил двадцать семь лет. Все казалось до боли знакомым и чужим одновременно. На комоде появилась шкатулка, сделанная из темного зеленого камня. Насколько я знаю, такие шкатулки стоят недешево, поэтому настроение у мамы должно было быть наипрекраснейшим в тот момент, в который она ее покупала. Украшений у матери не было, если не считать маленьких золотых сережек - колечек, которые она носила в ушах. Я не мог приложить ума, зачем матери понадобилась шкатулка, поэтому заглянул в нее несмотря на то, что не имею привычки лазить по чужим вещам.

В шкатулке лежали вырезки из газет. Я улыбнулся. Мама никогда не читала газет, но, сидя целыми днями в четырех стенах, можно прочитать не только все газеты, но и журналы о моде.

Присев на диван, я достал из шкатулки стопку вырезок. Сверху лежала вырезка с последней статьей, в которой говорится о том, что Обольститель покончил с собой. Заголовок статьи был выделен красным маркером. Также мама выделила абзац, в котором сообщается, что было найдено бездыханное тело мужчины, личность которого устанавливается.

Следующая вырезка была не из моей газеты, но также посвящена Обольстителю.

«В ПОГОНЕ ЗА УБИЙЦЕЙ

Убийца, которого называют Обольстителем, до сих пор не пойман. Задержан некий Светлов, но в редакцию газеты до сих пор приходят письма от настоящего преступника.

Обольститель смеется над следователем, который отказывается комментировать ситуацию. Убийца не оставил никаких улик, поэтому девушкам нужно быть осторожнее при знакомстве с парнями в интернете».

Статья оказалась короткой и несодержательной. Тот факт, что ее автор не уточнил, в какую именно редакцию приходят письма от убийцы, заставил улыбнуться. Кто-то убивает женщин, кто-то приписывает себе получение писем от преступника.

В третьей вырезке также содержалась статья об Обольстителе.

«ОБОЛЬСТИТЕЛЬ СОТРУДНИЧАЕТ С РЕДАКЦИЕЙ ГАЗЕТЫ «СВЕЖИЕ НОВОСТИ»

Ни для кого не секрет, что в городе появился маньяк, который знакомится с женщинами в интернете, а потом убивает их. Преступления планируются заранее, чтобы полиция не смогла обнаружить никаких улик.

Обольститель превратился в неуловимого мстителя, который истребляет незамужних женщин, а потом пишет письма в редакцию газеты «Свежие новости». Главный редактор данного издания пояснил, что в одном из своих посланий Обольститель сообщил, что выбрал именно эту газету, потому что в ней появилась первая статья о нем.

Стоит сообщить, что письма от Обольстителя кроме главного редактора «Свежих новостей» и следователя никто не читал, поэтому о том, какая информация содержится в них можно только догадываться. Кроме этого нет достоверных данных о том, что редакция «Свежих новостей» получает письма именно от убийцы. Быть может, никакие письма не приходят в нее вовсе?!. Возможно, что малоизвестная редакция просто пользуется случаем, чтобы привлечь к себе внимание.

Следователь, ведущий дело Обольстителя, отказывается сотрудничать с нашей редакцией. Он выглядит безнадежным неудачником, который сам не верит, что сможет поймать преступника. Редакция надеется, что следователь оглядится по сторонам и все-таки заметит Обольстителя среди людей, с которым он делится секретами.»

- Вот, суки! - воскликнул я.

Внутри все кипело. Эти твари решили, что я придумал историю о том, что убийца присылает письма в мою редакцию. Кроме этого в конце статьи содержится прозрачный намек на то, что убийцей могу быть и я. Слепцова также унизили, и за него было обиднее всего. Он не заслуживал насмешек.

Мама выделила желтым маркером абзац, в котором говорится, что редакция газеты «Свежие новости» пользуется появлением в городе маньяка, чтобы привлечь внимание к своему изданию.

Все статьи, содержащиеся в остальных вырезках, оказались также посвящены Обольстителю. Мама выделяла некоторые предложения или абзацы ярким цветом, но принцип, по которому она эта делала был непонятен. Возможно, она отмечала основные вехи в расследовании. Кроме этого поражало, зачем мама вообще затеяла коллекционирование статей о неизвестном преступнике. Весь город говорил о нем, но мама редко интересовалась тем, что происходит вокруг. Если и маму зацепило этой волной, значит, масштаб дела очень серьезен.

Я вернул стопку с вырезками в шкатулку, которую поставил на комод. Тим перевернулся на другой бок, и я ему позавидовал. Мне тоже хотелось растянуться на мягкой кровати, чтобы видеть красочные сны. Если бы я знал, что мама придет нескоро, то так бы и поступил. Конечно, следовало позвонить ей, чтобы выяснить, когда она вернется, но в спешке я забыл телефон дома.

Я лениво прошелся по комнате и коридору. Возле входной двери стояла коробка. Заглянув в нее, я обнаружил скомканную тряпку. В развернутом виде находка превратилась в розовое летнее платье с ярко-красными розами. Я не сразу заметил, что на бретельках платья и на груди были бардовые пятна, напоминающие кровь. Мама никогда не носила платья, потому что считала их неудобной одеждой. Кроме этого она была уверена, что голые ноги смотрятся неприлично и вульгарно. Я вернул платье на место. Возможно, что я многого не знал о своей матери.

После того, как я переехал в съемную квартиру, я совсем не интересовался жизнью матери. Встречи становились более редкими, и мне было стыдно за это. Из комнаты послышался знакомый звук. Тим проснулся и требовал внимания. Я завел мышь, и щенок побежал за ней, пытаясь притормозить кружащуюся игрушку лапой. Не знаю, сколько времени мы играли с Тимом, но, когда в квартиру вошла мама, на часах было около полудня.

- Что ты здесь делаешь? - спросила она.

Ее лицо было встревоженным. Она никогда не выражала радости, когда я находил время, чтобы побаловать маму своим визитом, хотя уверен, что ей было приятно.

- Пришел в гости, - ответил я, обнимая маму.

- О, боже. Что это?! - воскликнула мама, заметив Тима, обнюхивающего ее ноги.

- Это щенок, - улыбнулся я.

- Я вижу, что это щенок. Что он здесь делает? - огрызнулась мама.

Я не знал, что ответить. Конечно, следовало подготовить речь для того, чтобы убедить маму понянчиться с Тимом до тех пор, пока заводчица не вернется, но я так и не сумел подобрать нужные слова.

Тим побежал в комнату и вернулся с тряпичной костью. Я попытался взять кость, чтобы продемонстрировать матери, как щенок исполняет апорт, но Тим крепко сжал челюсти и зарычал.

- Еще раз тебя спрашиваю: зачем ты притащил сюда щенка? - спросила мама.

Ее голос звучал твердо, и я понял, что получить ее согласие на то, чтобы Тим остался здесь на пару дней, будет еще сложнее, чем мне казалось.

- Мама, у меня есть небольшая просьба, - промямлил я.

Мне было почти тридцать лет, но я до сих пор робел перед матерью, словно сопливый школьник. Мама всегда была решительной и властной женщиной, поэтому я предпочитал держать при себе собственное мнение и желания.

- Ты хочешь, чтобы я ухаживала за щенком? - спросила она.

Она сократила мой рассказ до одного предложения, хотя было несложно догадаться, о чем именно я хочу ее попросить.

- Не совсем так. Я должен рассказать тебе одну историю, - сказал я.

Мы прошли в комнату и уселись на диван. Щенок свернулся клубочком у меня на коленях, нежно покусывая палец. Мама многозначительно смотрела на меня, а я не знал с чего начать.

- Говори скорее. У меня еще много дел, - приказала мама.

- Ты знаешь, что Олеся мечтала завести собаку? - поинтересовался я.

- Да, знаю, но эта вертихвостка не имеет права заводить даже аквариумных рыбок. Она слишком безалаберна, чтобы нести ответственность за того, кого приручила, - кивнула мама.

- Ты права, но я пошел у нее на поводу. Я принес ей щенка, как будто бы решил сделать неожиданный подарок. Ее матери ничего не оставалось, как смириться с тем, что у Олеси появится собака.

- Эта вертихвостка заставила тебя сделать это?

- Да, можно сказать и так. Ты хорошо знаешь Олесю. Если она что-то задумала, то очень сложно отговорить ее от этого. Она упряма, словно стадо ослов.

- Я думала, что вы с Олесей расстались после того случая, когда она объявила себя беременной.

- Да. Мы расстались, но у Олеси была последняя просьба, которую я не мог не выполнить.

Мама покачала головой. Она недолюбливала Олесю, а после того, как Олеся придумала историю о беременности, чтобы выйти за меня замуж, и вовсе возненавидела ее.

- Наверное, ее план не сработал. Она никогда не отличалась незаурядным интеллектом, - ехидно произнесла мама.

- План сработал, и Наталья разрешила оставить щенка, но Олеся на следующий день принесла его обратно. Ей надоело ухаживать за ним. Она призналась, что возненавидела его до такой степени, что готова придушить это крохотное создание.

Мама аккуратно приподняла щенка, и он лизнул ее в губы. Она улыбнулась.

- Была бы моя воля, я бы сама придушила Олесю, - огрызнулась мама.

Я опустил глаза. Почему-то мне стало стыдно. Три года я встречался с девушкой, которая думала только о себе. Она воровала деньги у матери. Она врала всем вокруг. Она хотела обеспеченной жизни, но не делала ничего, чтобы заработать лишнюю копейку. Она считала, что все окружающие должны исполнять ее прихоти. Она относилась к людям, как к тряпичным куклам, которые нужны только для того, чтобы играть определенные роли в поставленном ею спектакле.

Мама сразу же распознала сущность Олеси. Она хорошо разбиралась в людях. Ей достаточно было пообщаться с человеком пару минут, чтобы понять, что он из себя представляет.

Не прошло и месяца с момента нашего первого свидания, как Олеся настояла на знакомстве с моими родными. Мама смотрела на нее оценивающим взглядом, а Олеся тараторила о планах на будущее:

- Через пять лет я планирую жить с мужем в собственной квартире. Наш ребенок должен обязательно закончить частную английскую школу. Я мечтаю, чтобы мой сын стал переводчиком. Я где-то читала, что переводчик - прибыльная профессия. Мой сын не будет ни в чем нуждаться, а также сможет помогать деньгами родителям. В каждой приличной семье должна быть собака. Я присмотрела для себя папильона. Это маленькие неприхотливые собачки с забавными кисточками на ушах. Изначально эти собачки разводились только королевскими семьями, поэтому папильон подчеркнет статус моей семьи. Все прохожие будут завидовать нам, ведь не каждый может себе позволить завести именно такую собаку.

- Ты хочешь, чтобы тебе все завидовали? - переспросила мама.

- Кто же этого не хочет? Зависть - признак успеха. Тем, кто ничего не добился в жизни, редко завидуют, - кивнула Олеся.

- Насколько я понимаю, единственное, чего ты хочешь добиться в жизни, - это обзавестись обеспеченным мужем, - парировала мама.

Олеся сочла ее слова оскорбительными, но согласилась, что их суть верна. После этого Олеся высказала, что мое воспитание оставляет желать лучшего. Мама должна была предвидеть, что профессия журналиста не сделает из меня богатого и влиятельного человека. Мама должна была запихнуть меня в экономический или юридический институт. Олеся где-то слышала, что экономисты и юристы неплохо зарабатывают.

Мама возразила, что не поддерживала меня, когда я поступал на журналиста, но смирилась с выбором сына. Олеся надула губки и сообщила, что мать должна стоять на своем, а не соглашаться с мнением подростка, эго которого зашкаливает. Я попытался вмешаться в разговор, но Олеся попросила не лезть. Она, видите ли, умела находить общий язык со взрослыми.

- Моя мама - склочная и неприятная женщина, но мне удалось прожить с ней больше двадцати лет. Вы бы знали, как тяжело каждые день слышать придирки. Она считает, что я должна превратиться в домохозяйку, не умеющую ничего кроме готовки, стирки и уборки. Жизнь слишком коротка, чтобы тратить ее на это, - сказала Олеся.

Мама ответила, что нехорошо отзываться о матери плохо, какой бы она не была, но Олеся не дала закончить мысль. Она завизжала, что мама всегда была для нее человеком, который мешает ей жить, поэтому она откроет шампанское, когда переедет в отдельную квартиру.

- Я больше не хочу терпеть эту наглую девицу в своем доме, - заявила мама, и нам с Олесей пришлось уйти.

Позже мама просила меня расстаться с Олесей, пока не поздно. Она боялась, что эта глупая девка забеременеет, и мне не останется ничего, кроме как мучиться с ней до конца жизни. Мама называла Олесю безалаберной и беспечной, но я не придавал этому значения. Мне было хорошо с ней, и я не думал о будущем.

Кстати и моя сестра была об Олесе не лучшего мнения, хотя и сама отличалась крайней легкомысленностью. Несколько раз я подрывался разорвать отношения с Олесей раз и навсегда, но мои попытки были неудачными. Олеся всегда находила способ начать все сначала. Мама говорила, что Олеся прилипла ко мне, словно пиявка, и мне становилось смешно.

Олеся иногда звонила моей матери, чтобы рассказать о том, как я выпил лишнего или отменил встречу с ней. Олеся наивно полагала, что моя мама станет для нее союзницей, но все было наоборот. Я был готов бежать на край света, потому что мама не упускала случая, чтобы перемыть кости Олеси, и лишний раз напомнить, что она мне не пара.

Олеся пыталась подружиться с Юлей, но та отказывалась от совместных прогулок, ссылаясь на занятость. Олеся была слишком уверена в себе, чтобы понять, что моя сестра просто не хочет общаться с ней.

На похоронах Олеся изображала убитую горем подругу, которая потеряла самого близкого человека. Мне пришлось отвести ее в другую сторону, чтобы мама не видела лицемерия, которое так и кружило вокруг моей девушки.

Сейчас я чувствовал себя глупым ослом, который потратил три года жизни на девчонку, которая не умеет любить и принимать любовь других. Мама потратила столько нервов, чтобы объяснить нерадивому сыну, что внутри Олеси живет монстр, который готов на что угодно, чтобы добиться своего, а я отмахивался от нее словно от назойливой мухи. Тогда мне казалось, что мама пытается управлять моей жизнью, и старался делать все наоборот. Как жаль, что ценность маминых советов осознается слишком поздно. В такие моменты хочется прижаться к ее груди и молить о прощении сквозь слезы.

Моя сестра не раз наступала на эти же грабли. Мама говорила, что опасно гулять ночами одной, но Юля не слушала. Она считала, что мама мыслит несовременно, поэтому предпочитала пользоваться только собственными мозгами. Уверен, что, зная наперед, что случится в одну из ночей, сестра относилась к советам матери совершенно по-другому.

Иногда мне кажется, что мы созданы для того, чтобы совершать ошибки, а потом расплачиваться за них. Мы часто живем одним днем, не думая о том, что может произойти завтра, через месяц, через год. Сколько бы нам ни было лет, мы остаемся детьми, пока не обзаведемся своими собственными. Нам никогда не понять, что мама не может уснуть, зная, что ее дочь или сын болтается ночью по городу. Нам никогда не понять, почему мама против отношений ее ребенка с каким-то человеком. Часто материнское сердце чувствует, что этот человек принесет только страдания. Она пытается донести это до ребенка, но тот воспринимает советы в штыки. Детям свойственно отвергать советы родителей. Мы хотим повзрослеть как можно раньше, чтобы самостоятельно принимать решения, а, когда взрослеем, не знаем, куда бежать от свободы, которая превращается в петлю, затягивающуюся все туже и туже вокруг шеи. Мы хотим обратиться за помощью к маме, но порой не решаемся. Мы хотим, чтобы родители гордились нами, поэтому скрываем от них неудачи. Мы боимся неодобрения со стороны родителей, поэтому не советуемся с ними.

- Мама, прости меня, - прошептал я.

- Ты хочешь, чтобы я оставила у себя этого щенка, потому что Олесе надоело за ним ухаживать? - спросила мама.

- Да. Всего на пару дней. Я договорился с заводчицей, и она заберет щенка в питомник, чтобы найти для него более достойных хозяев. Но сейчас она находится на выставке, поэтому просила подождать. Мама, помоги мне, пожалуйста. Щенок требует ухода, который я не могу обеспечить. Если щенок останется у Олеси, страшно подумать, что она может совершить в порыве бешенства. Ты знаешь Олесю. Она способна на что угодно, - сказал я.

- С щенком очень хлопотно, - вздохнула мама.

Ее недовольство было понятно. Мама не планировала возложить на свои плечи обязанности по уходу за щенком. Ситуация была нелепая, и ее создала Олеся, хотя, чего греха таить, я тоже был виноват. Мне следовало выставить ее за двери, а не соглашаться на помощь легкомысленной девчонке. Совесть сгрызла все внутренности, но так и не успокоилась. Я поступил как идиот, который делает все, что ему скажут. На тот момент, когда Олеся озвучила свою последнюю просьбу перед тем, как мы расстанемся навсегда, у меня было сформированное мнение о ней. Я должен был ожидать, что Олеся не продержится в роли счастливой хозяйки собаки и недели. Я должен был отказать, но не умел этого. Мне всегда было проще оказать услугу, чем объяснить, почему я не могу этого сделать. Мама часто ругала меня за это, но тогда я не принимал ее слова всерьез, заставляя расплачиваться за свои ошибки.

Когда Олеся с выпученными глазами слушала наставления заводчицы, мне нужно было постараться отговорить ее от затеи приобрести собаку. Я не имел права участвовать финансово в покупке вещей, необходимых для роста и развития щенка. Если бы тогда я не пообещал, что куплю все, что сказала заводчица, возможно, Олеся передумала бы забирать щенка из питомника.

Теперь мне оставалось только перебирать варианты, как нужно было поступить, и надеяться, что мама согласится выручить меня.

- Я была у Олеси, - сказала мама.

- Зачем ты ходила к ней? - спросил я.

- Она позвонила и попросила прийти.

- Тебе не нужно было разговаривать с ней.

- Знаю. Олеся сказала, что ты ее бросил, а также оскорбил. Из ее глаз лились крокодильи слезы. Как же она эгоистична!

Меня словно молнией ударило. Мы договорились расстаться по-хорошему, хотя и обменялись любезностями. Каждый говорит, что думает, когда терять нечего.

- Олеся не рассказала тебе об истории с щенком? - спросил я.

- Нет. Она сообщила, что ее беременность не подтвердилась, после чего ты словно собрался с цепи. Она сказала, что ты оскорблял ее и даже пытался ударить. Она умоляла заставить тебя попросить прощения и клялась, что не хотела обманывать тебя, - ответила мама.

Олесе жутко повезло, потому что я не слышал, что именно она говорила матери, потому что в противном случае ей не пришлось бы лгать. Я наплевал бы на принципы, которые мама закладывала в мою пустую голову, и отвесил бы ей такую оплеуху, что на ее щеке долго бы цвела красная роза.

Если честно, я думал, что после случая с щенком, Олеся образумится. Даже, если бы этот случай не преподнес никакого урока, любому уважающему себя человеку было бы стыдно рассказывать небылицы, чтобы вернуть человека, который испытывает только отвращение.

- Это неправда, - тихо сказал я.

- Я знаю, что неправда. Олеся - изворотливая и эгоистичная пигалица, готовая идти по трупам, чтобы достичь цели. Не понимаю, почему она прицепилась именно к тебе, ведь ты - не богатый мужчина, способный обеспечить безбедное существование. Наверное, кроме тебя она никому не нужна, - сказала мама.

- Мне она тоже не нужна, - возразил я.

- Я буду счастлива, если ты не передумаешь, - улыбнулась мама.

Я пообещал, что не передумаю, и мама недоверчиво покачала головой. Она знала, что я всегда был слишком мягким, чтобы придерживаться одного мнения. Сейчас все было по-другому. Насчет Олеси я принял решение, в верности которого не сомневался. Единственное, что я должен был делать - не позволять Олесе помыкать собой и выставлять ее за дверь, как только она появится.

- Я попросила Олесю забыть о тебе, - добавила мама.

Я был удивлен, что мы можем разговаривать спокойно, не прибегая к взаимным упрекам. Я ждал, когда мама скажет: «А я же говорила, что Олеся тебе не пара», но она не сказала, за что я был готов расцеловать ее, но сдержался. Мама не любила, когда кто-то нарушает ее личное пространство.

- Можно щенок на пару дней останется у тебя? Я не справлюсь с ним, - робко спросил я.

- Можно, если ты поклянешься, что больше никогда не возобновишь отношения с Олесей, - ответила мама.

Я поклялся, но мать смотрела на меня так, как будто не верила. Щенок спал у нее на коленях.

- Кстати его зовут Тим, - сказал я.

Мама кивнула.