паучья лилия;; haechan
ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤ
ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤ
ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤ
ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤмои чувства обернулись красным ликорисом. сети этой паучьей лилии с каждым днём мешали дышать и нормально функционировать, заполняя всю мою дыхательную систему от того, что я безответно влюблён в тебя. многие считали меня законченным астматиком, что еле дышал и хрипел при разговоре. а я всё это время пытался забыть твои черты лица, но вновь чувствовал прилив крови к горлу и щекам. хотел снять призму очков и взглянуть на это с другой стороны. забыть тебя, но я не мог просто выкинуть всё, что было между нами.
ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤ
ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤсейчас середина весны. весна — это пора любви, любой умник скажет. а я снова ухожу с последней пары, ты даже не просишь меня остаться, как раньше и просто смотришь на мою отдаляющуюся фигуру. мне захотелось напиться и забыться, что я и благополучно делаю, просиживая до вечера в местном баре на окраине города, где меня знал один из сотрудников. по совместительству бармен и мой единственный слушатель — чон джэхён. каждый раз, когда мне хочеться излить душу, он внимательно слушает и пытается помочь. я махаю рукой на него и его какие-то поучительные слова, уже чувствуя что с меня хватит. оставляю деньги на барной стойке, не смотря на лица людей, что тоже пришли в этот вечер после тяжёлого рабочего дня. бреду куда-то в непонятном направлении, покачиваясь из стороны в сторону, а прохожие спешат домой и не обращают на мою заваливующуюся тушу никакого внимания. я усмехаюсь, когда к горлу предательски подступают цветы, что терзают мои лёгкие. сгинаюсь пополам и пытаюсь избавиться от этих жгучих лилий, которые не дают мне покоя никогда. смеюсь через кашель, не переставая думать о тебе. где же ты? наверное, снова гуляешь с марком или же ты дома? всё равно. кровь вытекает тонкой струйкой из моего рта, стекая по подбородку и дальше, пачкая мою футболку, что ты подарила на нашу годовщину дружбы. бросаю в ближайший мусорный бак эти жалкие цветы, что ты так любила принимать от меня на праздники. осматриваюсь и вижу перед собой твой дом, мысленно ругаю себя, перебирая все ругательства. сплёвываю и переваливаюсь с ноги на ногу, направляясь к небольшому подъезду под козырьком. набираю номер чужой квартиры, перед глазами всё плывёт парафинновой свечёй, пытаюсь прочистить горло, потому что голос звучал вовсе не трезвым. вру, что забыл ключи от домофона и меня впускают. прохожу несколько лестничных пролётов с трудом передвигая ногами и снова я у твоей двери, хочу постучаться, но что-то не даёт мне это сделать, рука замирает в воздухе. и я просто сажусь на ступеньки, а после теряюсь во времени и засыпаю прямо там, наплевав на все правила морали и нравственности. мне было всё равно, что обо мне подумают, я пьян и мне одинаково начихать на всех, кроме тебя, конечно. я был трусом, знаю. боялся признаться в чувствах из-за банального отказа от тебя. я не хотел слышать слов о том, что ты не разделяешь мою любовь. поэтому я молча давился лепестками и смотрел смерти в лицо, усмехался, как последний самоубийца. я знаю, что мой срок будет окончен и я уйду. обо мне забудут, а может и будет кто-то вспоминать, приговоривая что я был неплохим человеком, так 50/50, однако.
ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤ
ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤ
ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤ
ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤ
ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤ
ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤсолнечные лучи пробираются через тонкую вуаль, что развивается от ветерка, что попал в комнату через открытый балкон. сквозит и я поёживаюсь, сворачиваюсь калачиком, обхватывая руками разбитые колени. чувствую теплоту одеяла, которым ты меня укрыла и не обращаю совсем на это внимания. но потом всё-таки я разлепляю глаза через силу и в голову ударяет резкая боль, которая, словно сверло делает дыру в висках. а после я вижу перед собой тебя, ты что-то писала, сидя сгорбившись за столом. слышишь краем уха копошение сзади и разворачиваешься ко мне на девяносто градусов, а на твоём лице играет привычная улыбка. как же я ненавижу её, она заставляет меня давиться и откашливать глупые бутоны растений. я хмурюсь и покашливаю, пытаясь выдавить из себя хоть слово, но в нос ударяет лишь запах свежего постельного белья.
ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤ
ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤ— донхёк, держи. выпей это, — ты улыбаешься и подаёшь мне стакан с водой, в котором уже растворилась шипучая таблетка. я ощущаю, что в лёгких расцветают белые ликорисы, что окрашиваются в алый от моей крови. я выпиваю залпом стакан и бегу в ванную под твой удивлённый взгляд, я изучил уголки твоего дома и знал всё наизусть. я закрываюсь на замок и обнимаю туалет, выплевывая всю эту мерзость, что выходила из меня. ты подойдёшь к двери, чтобы услышать хоть что-то и тихо спросишь «всё в порядке?», а я отвечу сухое «да». я загляну в зеркало и увижу другую версию себя, что никогда не встречал. вижу на себе какую-то футболку, что отдал тебе, когда остался у тебя на ночь в один из выходных. ты уйдёшь на кухню и снова наполнишь стакан холодной водой, протянешь мне без лишних слов, когда я уже вышел и смотрю в пол, закрывая лицо длинной чёлкой. а ты не задаёшь вопроса ни к месту, проявляя тактичность. в этом была вся ты.
ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤ— хёк-и, ты вчера приходил и...
ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤ— я пошёл домой, мне не здоровится, — я безучастно пожимаю плечами и шагаю к спасительному выходу, я не мог больше находиться в этой квартире, от неё веяло воспоминаниями, которые были кровоточащими ранами в моём сердце. пытаюсь нацепить кеды, а ты молчишь и это меня угнетает, я чувствую себя подлецом. но потом хватаешь меня за руку и твой взгляд пытается отыскать мои бесстыжие глаза, что я так умело прятал. я даже не могу обратить взор на тебя и лишь смотрю на твою тоненькую ручку, что сжала моё запястье до побеления костяшек. я ждал от тебя любого выпода и чего угодно, но не это я ожидал услышать.
ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤ— ли донхёк, вообще-то я думала мы позавтракаем вместе. а ты опять сбегаешь и я зря готовила всё это? я приготовила кое-что новенькое, ты должен попробовать! пожалуйста, — я вырываюсь из твоей хватки, но останавливаюсь, когда встречаюсь с твоими щенячьми глазами и острая боль пронзает трахею.
ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤ— ладно.
ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤ
ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤ
ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤ
ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤты всегда просила дегустировать свою стрепню только меня. разрешала стащить со стола какой-нибудь бисквит. я слизывал с твоих пальцев крем и улыбался под твои недовольные бурчания. а сейчас ты сидишь напротив меня и кормишь, как и в старые добрые. мне нравилось есть из твоих изящных рук, они были созданы для эстетики и для странствующих фотографов. я лишь давлюсь едой, хочется сбежать, чтобы не видеть твоих сияющих глаз, похожих на полумесяцы при смехе и россыпь веснушек, которые красиво обрамляли твои щёки. хочется спрятаться от твоих чар, действующих на меня, но я не мог, будто прирос к стулу. после завтрака я снова пытаюсь натянуть кеды, но руки дрожат, когда я понимаю, что сейчас из меня выйдут цветы. ты кашляешь, облокатившись о косяк двери и молчишь, закрывая рот руками и просто наблюдаешь за мной. я сдаюсь и падаю на колени, ты подбегаешь ко мне и садишься рядом, обеспокоенно бормоча что-то под нос. я ничего не слышу, а перед глазами пелена и я спасительно хватаю тебя за руку.
ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤ
ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤ— я выгляжу жалко, да, — из меня пробиваются наружу яркие цветки и в твоём голосе звучат нотки волнения, когда замечаешь, что нитка крови струится из моего рта.
ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤ— донхёк, почему ты не рассказывал, что у тебя ханахаки? — ты кашляешь снова и прячешь лепестки за спину, но я успеваю это заметить и тут же задумываюсь, кто же так заставил тебя страдать. снова ли марк? а может ли тэён с кафедры фармакологии? не важно. ты тоже страдаешь и это ужасно.
ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤ— а зачем тебе знать это?
ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤ— но я люблю тебя, — тихо произносишь и я удивляюсь твоим словам, сажусь напротив тебя, не отпуская твои спасительные руки. и стараюсь прочитать хоть что-то на твоём лице, но тщетно. я вижу, что твои глаза блестят от солёной жидкости, которую ты пыталась скрыть.
ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤ— что?! что ты сказала?! — мой голос звучит найстойчиво и ты вздрагиваешь. а я больше не ощущаю, что мои лёгкие сковывают цветы и улыбаюсь. я могу вдохнуть твой запах полной грудью. притягиваю тебя для объятий, из твоих глаз градом катятся слёзы. а я успокаиваю тебя, напевая слова знакомой песенки. ты приходишь в себя и тонешь в моих руках, я успокоивающе рисую узоры на твоей спине, а ты жмёшься ближе, словно замёрзший зверёк, ищущий тепла.
ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤ— и я тебя люблю, милая, — я слышу вздох облегчения, что вырвался из твоих уст. отрываешься от меня и я вижу на твоём лице улыбку, стираю с твоих щёк горькую реку и касаюсь желанных губ. во рту чувствуется металлический привкус крови, я всё также приобнимаю тебя за талию. ты обхватываешь руками мою шею, углубляя поцелуй. мы целуемся развязно и пошло причмокиваем. воздуха не хватает, но не от колючих лилий, а от взаимности, которая меня дурманит. я очень тебя люблю.
ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤ
ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤ
ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤ
ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤ
ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤау! в котором ли донхёк влюбляется в тебя, когда видит в библиотеке кампуса университета, поэтому он знакомится с тобой и становится твоим лучшим другом. из него выходят твои любимые цветы и он ненавидит себя за это. а ты понимаешь, что тоже влюбилась только тогда, когда лёгкие парня охватывает смерть. у тебя же начинают расцветать лунные цветы — энотера, что были так похожи на донхёка. с приходом сумерек и до утра из тебя выходят лепестки этих цветов.
ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤ