Божественные разборки
Верхушку Эмпайр Стейт Билдинг уже несколько месяцев закрывали облака. Они держались там и в дождь, и в солнечные дни. Явление это было исключительно странным, но по какой-то совершенно неясной причине на него решительно никто не обращал внимания. Никому не приходила в голову идея посмотреть в небо и удивиться, пилоты пролетавших там самолётов, даже не задумываясь, обходили облака и даже метеорологи и журналисты городских газет совершенно не уделяли внимания этому странному явлению. Даже то, что из-за этих облаков не работала смотровая площадка наверху здания, никому не мешало - этого просто никто не замечал.
Заметили это только в одном месте, находившемся за несколько тысяч километров от Нью-Йорка, в Колорадо. Называлось оно горой Шайенн. Вершину этой горы тоже покрывали облака, до которых тоже решительно никому не было дела. Разница была только в том, что вершину Шайенн облака покрывали уже далеко не первый год.
Даже если бы кто-нибудь заметил эти облака и решил проверить, что они скрывают, он бы решительно ничего не увидел.
Тем не менее, поверх облаков кипела жизнь. Если бы кто-нибудь всё же поднялся над ними и посмотрел вниз, то очень удивился бы, увидев несколько десятков коттеджей, соединённых аккуратными дорожками, посыпанными гравием. В середине этого странного посёлка стояло двухэтажное здание, напоминавшее мэрию.
Именно в этом здании собрались жители странного посёлка, чтобы обсудить тревожные вести. Собрались они в зале на первом этаже здания. Сам зал был круглым, вдоль его стены были расставлены стулья. Прямо напротив входа располагалось возвышение, на котором стояло обитое кожей офисное кресло. В нём сидел седобородый старик, одетый в джинсовый комбинезон, покрытый масляными и бензиновыми пятнами. В руке он держал громадный гаечный ключ.
Дождавшись, когда все пришедшие рассядутся и замолчат, он обвёл их взглядом и заговорил:
- Братья мои, по тревожному поводу собрал я вас. Раньше взору нашему была доступна вся Земля. Ничто из того, что на ней происходит, и ничто из того, что делают люди, не могло от нас укрыться. Но в последние месяцы произошло что-то необъяснимое. Мы не можем увидеть происходящее в центре большого города к востоку от нас. Ситуация это не просто проблематичная, а я бы сказал, нетерпимая, и нам надо обсудить её и решить, какие шаги следует предпринять.
Когда он закончил, с места встал среднего возраста крепкий мужчина в брезентовой рабочей спецовке. В руках он тоже держал гаечный ключ, но не обычный, а разводной:
- Дизелиус, ты первый среди нас. Когда в прошлом веке мы сражались со старыми богами, мы подчинялись твоим мудрым решениям и потому победили. Да и после твоя интуиция ни разу не подводила нас. Скажи, что нам надо сделать, и мы сделаем.
Договорив, он сел. Дизелиус, бог двигателей внутреннего сгорания и глава тех, кто именовал себя «молодыми богами», тяжелым взглядом посмотрел на него, потом обвёл взглядом присутствующих:
- Ну что же, если все согласны с моим троюродным братом Пламберусом, покровителем сантехников, то так и порешим. Прежде всего, нам надо выяснить, что же такое там происходит.
Сказав это, он ещё раз обвёл взглядом сидящих богов.
- Думаю, что лучше всего с этим справится наш кузен Сенсациус. Будучи покровителем газетных репортёров, он умеет разузнавать всё, что другие хотели бы скрыть.
При этих словах присутствующие закивали. Сенсациус был покровителем газетных репортёров и отличался умением разузнавать то, что другие как раз хотели скрыть. Все помнили, как полвека назад он выяснил, чем занимается жена Дизелиуса, богиня высокой моды Кутюрэ в то время, когда улетает на отдалённую гору, чтобы, по её словам, подумать о вечном. Для неё самой и её любовника бога контрацепции Спиралуса это закончилось изгнанием в Гималаи, а фотографии, сделанные Сенсациусом и его приятелем, богом фотографии Гидрохиноном, ещё долго ходили по рукам и забавляли прочих богов. Правда, вскоре выяснилось, что ссылка Спиралуса оставила без какого-либо контроля ту сферу деятельности, за которую он был ответствен, и прочим богам пришлось, тихо матерясь, разгребать последствия совершенно бесконтрольного бэби-бума.
С одного из дальних мест поднялся Сенсациус. Выглядел он как молодой мужчина, одетый в вельветовые штаны и кожаную куртку, на ногах же его были сильно потёртые кроссовки с крылышками, благодаря которым он всегда максимально быстро оказывался там, где происходило что-то интересное и - что не менее важно - мог быстро исчезнуть, когда заинтересовавшие Сенсациуса фигуры обнаруживали его присутствие. Из заднего кармана его джинсов торчал блокнот, на который присутствующие посмотрели с некоторой опаской - всем было известно, что то, что он записывает в этом блокноте, тут же появляется на всех небесных досках объявлений.
- Сделаем, шеф, - сказал он развязным тоном. - Вот только дополнительное снаряжение потребуется.
- И что же тебе нужно? - поинтересовался Дизелиус.
- Да помнится, есть у тебя каска-невидимка, - сказал Сенсациус. - Судя по тому, что мы там ничего разглядеть не можем, пахнет чем-то весьма серьёзным. А потому неплохо было бы правила техники безопасности соблюсти.
Дизелиус вздохнул и задумчиво посмотрел на Сенсациуса. Давать тому каску-невидимку ему откровенно не хотелось, так как было совершенно не ясно, для чего ещё он сможет её использовать, но выбора, похоже, не было.
- Так и быть, каску получишь — но если поклянёшься, что пакостить с её помощью не будешь.
- Конечно, конечно, шеф, самым дорогим клянусь!
Так как вопрос был срочный, а клятвам Сенсациуса Дизелиус всё равно не очень верил, он не стал выяснять, что является для того самым дорогим, а ударил гаечным ключом об пол и перед Сенсациусом возникла жёлтая пластиковая строительная каска. Сенсациус взял её в руки, повертел надел на голову и исчез. Через пару минут он появился снова, держа каску в руках над головой.
- Ну что же, шеф... Каска работает. Ждите известий, - с этими словами кроссовки Сенсациуса взмахнули крыльями, немного подняли его над полом и вынесли в окно.
Вылетев из здания, Сенсациус надел каску и, став невидимым, поднялся высоко над облаком и взял курс на восток. Летел он почти всё время по прямой, иногда уходя в сторону, чтобы облететь встречный самолёт, и вскоре приблизился к Нью-Йорку. Увидев нависающее над Манхэттеном громадное облако, он сбросил скорость и свернул на юго-восток, намереваясь, для начала, облететь облако по кругу. Летел он медленно, внимательно разглядывая облако и стараясь не упустить ни одной детали.
Первое, что он увидел, это то, что это облако, наподобие облака над горой Шайенн, было застроено. Разница состояла в том, что застройка нью-йоркского облака была весьма эклектичной. Часть построек были из стекла и бетона, часть же напоминали полуразваленные деревянные домики, которые Сенсациус видел однажды на пляже в Мексике, куда привёз музу-покровительницу авторов женских романов, которую как-то пытался соблазнить. Как и на его родном облаке, все здания были невысокими, и только в центре облака было видно пятиэтажное здание, сверкающее зеркальными оконными стёклами. Над входом в здание красовалась большая вывеска, на которой было написано «Коворкинг».
«Что-то тут странно, - подумал Сенсациус. - У нас, конечно, некоторые отдельно живут, но про целые поселения, да ещё и с такой уродливой архитектурой, я что-то не слышал». Вытащив из заднего кармана блокнот и шариковую ручку, он кратко записал свои впечатления. По мере того, как он писал, текст появлялся на досках объявлений, развешанных по всему облаку над горой Шайенн, сами же доски начали дико визжать, привлекая к себе внимание.
Закончив писать, он убрал письменные принадлежности обратно в задний карман и подлетел поближе. На улицах странного посёлка никого не было. Сенсациус осторожно приблизился к центральному зданию и заглянул в окно первого этажа.
Стекло было зеркальным, но это проблемы не составило - при необходимости Сенсациус мог видеть даже сквозь бетонные стены. Сосредоточившись и заглянув внутрь, он увидел большой зал - весьма похожий на тот, из которого он недавно улетел, но заставленный, в основном, пуфиками и низкими диванами. На них сидело несколько десятков молодых людей, одетых, на его взгляд, весьма странно - особенно же выделялись на них всех носки разных кричащих цветов. У большинства мужчин были причудливо завитые бороды.
Сенсациус обратил внимание на их лица и аж присвистнул от удивления - они все были ему знакомы. Собственно, большинство были детьми или Дизелиуса или его старших братьев Модуляциуса - бога радиосвязи и телеграфа и Роторуса - бога паровых машин, родившимися от многочисленных любовных связей трёх братьев. Когда Дизелиусу стало ясно, что он и его родные и двоюродные братья и сёстры не успевают покровительствовать различным новым сферам человеческой деятельности, множившимся как грибы после дождя, он стал назначать младших богов из числа своих детей и племянников, до того бивших баклуши. Главными среди них были бог программистов Операторус и бог техников по ремонту компьютеров Платус.
В тот момент, когда Сенсациус заглянул в окно, Операторус, заложив руки за спину, расхаживал по залу и что-то говорил. Сосредоточившись, Сенсациус начал улавливать слова:
- Итак, братья и сёстры, пришло время изменить ситуацию. Мы уже много лет терпим то, что Дизелиус и прочие держат нас в подчинённом положении. Они, видите ли, старшие. По-моему, он уже выжил из ума и не понимает, что и он сам, и его братья, и то, чем они занимаются, давно устарело. Кому нужны его дизельные двигатели? А паровые машины Роторуса, это старьё? Конечно, когда они скинули этих старых маразматиков - Зевса, Одина и прочих - это было очень к месту. Но сейчас они сами претендуют на владение миром, совершенно не представляя, что в нём творится.
- И что ты предлагаешь? - крикнул с места молодой тощий парень с длинными рыжими волосами, одетый в потёртые джинсы и ярко-красную футболку.
- Ты, Постус, меня вообще не понял, - ответил Операторус. - Я же ясно объяснил - я, как бог программистов, и ты, как бог соцсетей, держим руку на пульсе современного мира? А кому нужен Роторус? Сейчас их всех - и Роторуса, и Модуляциуса, и Дизелиуса - можно сделать богами музеев истории техники, которые так любят люди. Или Сенсациус, этот самовлюблённый сноб... До сих пор в блокноте пишет. Постус, ты не считаешь, что вполне мог бы занять его место?
Слушая это, Сенсациус наливался злобой, и в тексте, который он писал в блокноте, количество ругательств всё росло и росло. Он уже понял, что тут происходит, и надеялся, что Дизелиус с братьями уже прочли его отчёт и смогут вовремя принять меры. Сам же он решил остаться вблизи Нью-Йорка, чтобы вовремя определить, что собирается делать этот молодняк и, если понадобится, принять меры ещё до вмешательства старших.
В тот момент, когда он уже собрался отлететь от облака, чтобы наблюдать за ним с некоторого расстояния, он вдруг почувствовал, что на него накинули верёвку, которая тут же затянулась вокруг его торса. После этого у него из рук вырвали блокнот, с головы сняли каску невидимку и куда-то потащили его самого. Сенсациус попытался повертеть головой, но ничего не увидел. Дело принимало серьёзный оборот - похоже, младшие родственники отнеслись к вопросу безопасности гораздо более ответственно, чем ему показалось.
Вскоре его оттащили от облака и опустили на землю.
Сенсациус попытался освободиться от верёвки, но у него ничего не получилось. Ситуация складывалась серьёзная.
- Ты бы тут не дёргался, - раздался вдруг рядом насмешливый голос. - Попался ты, ничего с этим не поделаешь.
Рядом с ним вдруг материализовался относительно молодой мужчина. Из одежды на нём не было ничего, кроме сандалий с крыльями. В руки он держал жезл, вокруг которого обвились две змеи, а с головы снимал видавшую виды шляпу.
- Ты кто? - удивлённо поинтересовался Сенсациус.
- Ну и безграмотен же ты, - ответил человек насмешливо. - Тебе твои кузены ничего не рассказывали? Про то, например, как они власть узурпировали?
- А это тут при чём? - удивлённо спросил Сенсациус.
- Как при чём? Ты про Гермеса никогда не слышал?
- Про Гермеса? Слышал. Главный жулик среди Древних богов был.
- Ага, - мерзко усмехнулся человек. - Слышал, уже хорошо. А теперь ещё и видишь.
Сенсациус почти потерял дар речи от удивления.
- Гермес? А здесь-то ты как оказался? Вас же всех сослали. На этот... как его... остров Буян.
- Ага, сослали. И занялись своими делами. А мы там сидели и думали - все вместе. Мы, может, подревнее вас будем, но знаешь ли, божественное бессмертие предполагает и то, что маразм нам не грозит.
С этими словами Гермес взмахнул жезлом, и рядом с ним возникли ещё двое - женщина с большими крыльями за спиной и чашей в руке и собака с птичьими крыльями.
- Здесь мы, здесь, - произнесла собака.
- Отлично, - сказал Гермес. - Ты, Ирида, давай дуй к папаше и передай, что можно начинать, а ты, Симаргл, сообщи Аресу, что молодых надо нейтрализовать побыстрее.
Оба взмахнули крыльями и взвились в воздух, причём за Иридой потянулась радуга.
- Эй, ты, - прокричал ей вслед Гермес. - Поосторожнее, без демаскирующих признаков!
Ирида обернулась и показала ему кулак с отогнутым средним пальцем, но радуга тут же исчезла.
Вскоре над облаком, закрывавшим Манхэттен, появился некий молодой человек. Он завис над центральным зданием и сделал несколько пассов руками. Немного подождав, он подлетел к зданию и заглянул в окно. Все собравшиеся там, во главе с Опературосом, спали. Молодой человек удовлетворённо хмыкнул, порадовавшись, что его способность мгновенно погружать в сон смертных никуда не исчезла, и хлопнул в ладоши. Через несколько мгновений послышалось хлопанье крыльев, и вдали показались три крылатых коня, на которых сидели девушки, вооружённые копьями. За ними летел восьминогий конь, на котором сидел седой одноглазый громила с копьём. На каждом плече громилы сидело по ворону. Следом летел белый слон, на котором сидели изящный молодой человек со смуглой кожей и со сверкающей булавой в руке, чернобородый мужчина с копьём и круглым щитом и мужчина в летах, одетый в набедренную повязку и держащий в руках громадный лук. Самым примечательным в нём было то, что вместо одного лица у него было два.
Когда они приземлились, одноглазый громила соскочил с коня, огляделся и рявкнул:
- Хильд, Гейр, Рандгрид, вы в карауле! Чтобы ни один дух сюда не проскользнул! Ашшур и Индра - внутрь и свяжите этих, пока спят. Арес - пройдёшь по прочим зданиям, если кого найдёшь - не церемониться! И быстро!
Когда все начали исполнять приказ, громила обернулся к молодому человеку:
- Ну что же, Гипнос, хорошо отработал. По окончании операции - отметим в приказе. А теперь - давай внутрь, проследи, чтобы никто не проснулся, пока эти двое их вяжут.
В то же время на облаке над горой Шайенн нарастало беспокойство. Дизелиус и Роторус стояли у доски объявлений и ожидали появления нового текста. Текст не появлялся.
- Что там с Сенсациусом? - озабоченно произнёс Дизелиус.
- Даже не знаю... Надеюсь, что не напился по своему обыкновению, - ответил Роторус.
- Напился? - прорычал Дизелиус. - Надеюсь, что нет. Хотя, непохоже на это - если бы напился, то вообще бы никакой информации не было. Надо что-то делать... Модуляциус!
На крик прибежал Модуляциус. В одной руке он держал рацию, в другой - портативный телеграфный аппарат.
- Быстро дуй в Нью-Йорк. Похоже, с Сенсациусом что-то случилось. Разберись и телеграфируй.
Но не успел Модуляциус взлететь, как прямо рядом с ними ударила молния. Все трое остолбенели и почувствовали, что не могут сделать ни движения. Затем раздался сильный гром, после чего рядом с ничего не понимающей троицей опустилась колесница, в которую были запряжены два козла. С неё сошла весьма живописная группа - гигант в рогатом шлеме и с молотом в руке, бородатый воин в кольчуге и с дубовой палицей, изящный бородатый мужчина в хитоне и с пылающим трезубцем и трёхликий четырёхрукий юноша, держащий в руках булаву и лотос.
- Ну что, доигрались? - мрачно спросил юноша.
- Вишну, может мы их без разговоров, того... - сказал гигант и выразительно помахал молотом.
- Тор, я тебе разве не говорил, что немного изящества тебе бы не помешало? - раздражённо сказал юноша. - Они, конечно, те ещё идиоты, но, всё же, некоторе время были, так сказать, в божественном статусе, так что имеет место проблема их бессмертия. И поэтому перед нами стоит вопрос - что с ними делать?
- А в чём вопрос-то? - удивлённо спросил воин в кольчуге.
- У тебя, Перун, есть решение? - поинтересовался юноша.
- Да сослать их, и всё, - ответил Перун.
- Сослать - это хорошо. А куда? - спросил Вишну. - Вот сослали они нас, на этот самый остров Буян. Это что, помешало нам договориться и решить, как из этих неприятностей выпутываться? Я второй раз рисковать не готов.
- А зачем рисковать? - подал голос мужчина в хитоне. - Они пока землю реформировали, про подземный мир подзабыли. Яму с Аидом они, конечно, прогнали, но вот глубже не забирались. Так что Тартар - к нашим услугам. Оттуда они точно не выберутся, за ними там Гекатонхейры присмотрят.
С этими словами Зевс поднял трезубец, направил на обездвиженную троицу и слегка им потряс. Из трезубца вылетела молния, и Дизелиус, Роторус и Модуляциус почувствовали, что куда-то проваливаются.
- Так, с этими разобрались, - сказал Зевс. - Индра, вяжите пока прочих - без Дизелиуса они ничего сделать не смогут, а потом всех скопом в Тартар и отправим.
Тут рядом с ними приземлился Гермес.
- Ну что там в Нью-Йорке? - поинтересовался Вишну.
- Всё хорошо, повязали всех.
- Прекрасно, - отозвался Зевс. - Тогда пока вы здешних вяжите, я слетаю в Нью-Йорк, тамошних в Тартар отправлю. Потом вернусь и с этими разберёмся. И, кстати, не забудьте у них всё снаряжение конфисковать - потом разберёмся, что нам пригодится, а что уничтожим.
- Колесницу возьми, для быстроты! - крикнул Тор. - Козлы к тебе привыкли, артачиться не будут. А как вернёшься и с этими разберемся - займёмся обустройством мира. По-моему, эти самозванцы его очень уж загадили...