3 глава
На улице второй день идёт проливной дождь. Утихает на тридцать минут, а после вновь, с новой силой стучит по крышам домов. Ветер игриво трепет мои чёрные волосы, небрежно раскиданные по плечам. Даже при такой погоде они остаются идеально прямыми. Я подхожу к дому, где меня ожидает не самый приятный разговор. Если Жанна Андреевна меня узнаёт, то точно не откроет. В подъезде неприятно пахнет. Как семь лет назад: ярко-зелёные стены, много дворовых кошек, на верхних этажах соседи выясняют отношения. Пятиэтажка в неблагополучном районе совсем не поменялась, но я любила это место, по-своему конечно, ведь тут провёл свои годы тот, которого так сильно люблю. Стараюсь сдерживат слезы, не плакать, но на душе кошки скребут. Мерзко с себя. Я бросила его в самый сложный момент, предала, даже не написала ему ни одного письма. А как только он умер, сразу вспомнила о нём. Дура. Пыталась оправдать себя, что я была глупой, что нельзя было по-другому. Но по-другому можно всегда. Кроме смерти, кончено.
Глубокий вдох. Выдох. Пару секунд я гипнотизирую дверь, а после собираюсь с мыслями, всё же решаясь постучать. Три глухих стука. В ожидании сердце замирает.
— Кто там? - раздаётся уставший женский голос по ту сторону квартиры.
— Из полиции, нужно поговорить про вашего сына - невозмутимо отвечаю я, но на последнем слова мой голос предательски дрогнул.
Дверь распахивается. На пороге стоит старушка не высокого роста, в огромных круглый очках, с седым пучком на голове. Кажется, она не узнала. За семь лет женщина сильно постарела, прибавились морщины, седые волосы. Показав удостоверение, она не стала вчитываться в ФИО, а может просто плохо видит.
Я зашла, с интересом оглядываясь по сторонам. Ничего не поменялась с тех пор. Квартира так и нуждается в ремонте. Помню, как Антон обещал сделать его, но через неделю попал за решётку. Не успел. Мать совсем одна осталась.
— Вон туда проходите - Жанна Андреевна показывает рукой на комнату справа, где находилась гостиная.
Все стены увешаны фотографиями Антона. Один снимок я узнала. Фоткала я, за несколько секунд до нашего первого поцелуя. Он такой радостный был там. Улыбался во все 32. Летний, знойный вечер, мы на окраине города, возле какого-то леса, стоим счастливые. Уголки моих губ дрогнули в улыбке.
Я присела на потертое кресло, на подлокотнике торчала пружина. Женщина села напротив. Было трудно решить, говорить ей, что я Руслана, или нет. Нет, в начале разговора точно нет, тогда она мне ничего не скажет.
— Скажите, вы знаете, что делал Антон рано утром на другом конце города. От дома ему ехать полтора часа. - начала я
— Он поехал встретиться со своим старым другом - Никитой Лаптевым. Месяц назад вышел из тюрьмы, ну вот, отрывался как мог. Вышел из дома в семь вечера, больше назад не вернулся - на глазах женщины наворачивались слезы. Она аккуратно их промокнула небольшим платочком, который крепко сжимала в руке. Я подметила, что в квартире, как раньше, пахнет вкусной выпечкой.
— Примите мои соболезнования. Были ли у него какие-нибудь враги? Может пока он сидел что-то происходило? Постарайтесь вспомнить хотя бы какую-нибудь зацепку, которая может помочь расследованию
— Деточка, ну какие враги!! Тоша всегда был добрым и отзывчивым. Если бы не одна, извините, шаболда, то он бы и не сел на семь лет - женщина покривилась.
— О какой девушке идёт речь? - я прекрасно знала, о ком она говорит.
— Руслана Сфинкс! Ну и фамилия у неё дурацкая. Сразу мне не понравилась!! - Жанна Андреевна поморщилась. - девка запудрила моему мальчику мозги! если бы он тогда не подрался, не сел бы!! Она может и не виновата в его смерти, но виновата в его жизни! - возмущалась женщина, а я застыла. Мои глаза налились слезами. Я старалась их сдержать, но они предательски начали скатываться по щекам. Она была полностью права. Во всём.