ГЛАВА 8
~Тимур~
Несколько дней прошло за изучением документов Юлии Новиковой и Ренаты Юдиной. Все эти дни за Ренатой наблюдали, она не вела себя подозрительно. Сегодня я должен был допросить её брата.
Доехав до места жительства Арсения, я постучался. Дверь мне открыла женщина лет 40, в кухонном фартуке.
- Здравствуйте, Вам кого? – спросила женщина с добродушной улыбкой на лице.
- Здравствуйте, следователь Кирсанов Тимур Рустамович, - представился я, показав ей удостоверение, и на её лице отразился шок.
- Чем могу быть обязанной? – дрожащим голосом спросила она.
- Мне нужно поговорить с Юдиным Арсением.
Она шире приоткрыла дверь, пропуская меня в дом.
- Я Гордеева Виктория Александровна, мама Карины. Сеня встречается с моей дочерью. Он что-то натворил? – с подозрением в голосе спросила Виктория, садясь на диване в гостиной. Она указала мне на кресло, стоящее напротив дивана, и жестом пригласила сесть. Я направился к нему и приземлился на мягкую мебель.
- Он ничего. Мне нужно поговорить о его сестре, Ренате.
На её лице отразилось узнавание.
- Ах, Рената. Сеня с ней не особо общается после смерти родителей. Что-то у них произошло, он не хочет раскрывать.
- Так где Арсений?
- Он сейчас в школе. Скоро должен вернуться. Подождёте?
- Да пожалуй, - ответил я.
Она кивнула и удалилась из комнаты. Я начал изучать помещение глазами. Это был обычный дом среднестатистической семьи. Сразу при входе в дом слева располагалась гостиная с диваном, креслами, небольшим журнальным столиком и камином. Справа от входа в дом находилась лестница на второй этаж, а чуть дальше по коридору была столовая, как я предполагал.
Я заметил, что Арсений стал частью этой семьи: на камине стояли фотографии с его изображением, грамоты и различные награды.
Через пару минут Виктория вернулась с чашкой горячего кофе в руках.
- Вот, возьмите кофе. Думаю, Вы в нём нуждаетесь, - сказала она, с улыбкой протягивая кофе. Я был благодарен этой женщине, что она принесла мне именно его. Он действительно мне необходим.
- Благодарю, - я принял чашку с её рук, и продолжил изучать фотографии.
- Здесь ему 15 лет, он выиграл соревнования по футболу, - раздался голос Виктории, когда она вдавалась в воспоминания.
- Почему с вами не живёт Рената? – спросила я, делая глоток кофе. Горячая жидкость потекла по моему горлу, и я облегчённо вздохнул.
- Ей было 16, когда произошла чудовищная трагедия с их родителями. На тот момент она училась в 10 классе, уже работала. Родители завещали дом ей. Так как у неё было место жительство, постоянный доход от работы официанткой, она могла жить самостоятельной жизнью без опекунов.
- Она эмансипировалась? – подсказал я.
- Да. Но она не могла взять под опеку Сеню. А моя Карина очень сильно любит его. И уговорила меня взять его к нам. Как я могла отказать?
- А что с Ренатой?
- Рената осталась жить в родительском доме. С Сеней они не общаются. Я как-то раз я спросила, почему. Он отнекивался, но в итоге сказал, что они поругались.
Это плохо. Если брат с сестрой не общается, он ничего информативного не скажет. Я уже допил свой кофе, когда хлопнула входная дверь.
- Мам, я дома, - крикнул высокий парень, но затем заметил нас.
- Привет, Сенечка, - сказала Виктория Александровна. На её лице появилась добрая материнская улыбка.
- У нас гости? – он с подозрением уставился на меня.
- Это Тимур Рустамович, следователь. Он хочет с тобой побеседовать. Я пойду, - она уже собиралась уходить, но я её остановил.
- Вы должны остаться. Допрос несовершеннолетних проходит в присутствии законного представителя.
Она села обратно на диван, и посмотрела на Арсения.
- Что-то случилось? – спросил парень, бросая рюкзак на диван, после чего сел сам.
- Мне нужно поговорить с Вами о Вашей сестре.
- Она что-то натворила? – обеспокоенно спросил он. Было видно, что он переживает за сестру, несмотря на их конфликты.
- Пока что ничего. Но мы в этом разбираемся. Скажите, когда Вы в последний раз разговаривали с сестрой?
Я достал протокол, готовясь записывать.
- Последний раз мы общались с ней в середине лета.
- После этого вы не связывались друг с другом?
- Нет, - сказал он, и отвёл взгляд в сторону. Что-то тут не так.
- Почему Вы не общаетесь с сестрой?
- Послушайте, - начал он, - это не имеет значение. Скажите, что она натворила.
- Это имеет значение, если я спрашиваю. Ваша сестра подозревается в убийстве. Помогите расследование и расскажите всё, что знаете.
В их глазах промелькнуло удивление. Виктория ахнула, прикрыв рот рукой. Юдин, сидящий рядом с ней, нахмурился.
- Она не могла этого сделать, только если это не Давид.
Я озадаченно посмотрел на него.
- Кто такой Давид?
- Гронский Давид, хахаль её, - выплюнул он его имя, словно это был самый горький продукт на планете. По виду Арсения было видно, что парень сестры ей не импонирует.
- Какие у них взаимоотношения?
- Взаимоотношение, - усмехнулся он. – Какие у них могут быть взаимоотношения? Этот козёл абьюзит её, ноги об неё вытирает, а она довольная и счастливая продолжает находиться с ним.
- Он её избивает? – кровь внутри меня закипела. Я не приветствую, когда парень поднимает руку на девушку, на кого-то, кто слабее его.
- Всё возможно, - пожал плечами Арсений. Я взял себя в руки, чтобы не сорваться на нём.
Я никогда не понимал, и не собирался понимать, почему парни поднимаю руку на своих девушек. Чтобы самоутвердиться за их счёт? Это очень низкий и подлый поступок от маленьких, обиженных мальчиков.
- Так почему Вы с ней не общаетесь?
- Именно поэтому. Мы поругались с ней в последний раз, когда разговаривали по телефону. Она снова позвонила мне в слезах. Сказала, что они поругались из-за его подружки. Я ей сразу сказал бросать этого оленя, а она твердит: «Люблю, люблю». Ну я и психанул. Сказал ей всё, что думаю о ней. Скажите, что она его грохнула. Потому что по-другому она от него не избавится.
- Нет, была убита её одногруппница.
- Вот дела, - протянула Виктория Александровна, схватит Арсения за руку. Парень хотел было отстраниться, но позволил матери проявить сочувствие к нему.
- Как Вы можете описать Ренату? – обратился я к Юдину.
- Она очень спокойная. Если ей что-то не нравится, она будет это терпеть. Рената никогда не выходит на конфликт с людьми, как бы сильно они её не раздражали. Если её кто-то обижал, я всегда заступался за неё. Даже, когда она начала встречаться с этим придурком. Он не в состоянии её защитить, заступиться за неё.
Я кивнул, записал всё в документ и дал на подпись. Арсений его взял, подписал и напоследок сказал мне:
- Рената не могла убить. Она не такой человек.
Я кивнул, Виктория Александровна проводила меня до выхода. Как только я оказался на улице, я достал телефон и позвонил Руслану.
- Да, Тимур Рустамович? – услышал я голос в динамике.
- Ты выяснил причину смерти Юдиных?
- Так точно. Их убили… - начал он, но не успел договорить, как я перебил его:
- Сейчас приеду в отдел, доложишь обо всём, - с этими словами я сбросил звонок.
Я вдохнул свежий осенний воздух. Мне определённо нужен выходной. Я направился в отдел и уже через полчаса был в своём кабинете. Там меня ждал Руслан.
- Добрый день, Тимур Рустамович.
- Добрый, выкладывай, - сказал я, опускаясь в кресло за столом.
- Игорь Викторович Юдин, 1965 года рождения, 60 лет, работал судьёй 32 года. Его жена Юдина Эвелина Егоровна, 1985 года, 40 лет. Она секретарём в суде работала. Игорь Викторович выносил приговор двум насильникам, которые были не согласны с его мнением. Муж с женой возвращались домой после совместного времяпрепровождения. Преступники сбежали из следственного изолятора, отключив надзирателя. Выследили судью и отомстили.
- Убив их?
- Почти, - он протянул мне документы по этому делу. Я начал их изучать, а Руслан продолжил:
- Они избили Игоря Викторовича и его жену. Жену изнасиловали прям на его глазах, а затем убили. После они расправились и с самим судьёй.
- Жестоко, - заключил я. Было даже страшно подумать, что судья ощущал в тот момент, когда насильники надругались над его женой. Я поставил себя на его место, и меня тут же охватил гнев. В этих животных нет ничего святого. Даже думать не хочу, что чувствовали дети, когда узнали, как умерли их родители.
- Я допросил Юдина Арсения. Он не общается с сестрой. Нужно провести обыск у неё дома, и провести повторный допрос, но уже в качестве подозреваемой.
- Я подготовлю все документы, - с этими словами, он удалился из моего кабинета.
Я прикрыл глаза, обдумывая последние несколько дней. Если Юдина является убийцей – я даже не удивлюсь. Если убитая в разговоре с Юдиной оскорбляла её родителей — у девочки могло снести крышу.