Глава VII. Средь бела дня.
Уныло. Уныло и скучно. Младшим офицерам не дают бумажной работы, только одни расследования.
— Скука смертная! - Воскликнула Молли. Её голос эхом раздался по всему кабинету и коридору, который вёл к выходу. На её голос открылась дверь 246-ого кабинета и из него выглянула Нэнси. Но нет, она вышла не для того чтобы отчитать девочку, а за ещё одной порцией кофе, раз стояла со своей фирменной кружкой.
— Вы чего тут стоите? - и брови той нахмурились.
— А вот скучаем мы! - надулась её подруга. Почти сразу она добавила. — Капитан Алан не даёт младшим офицерам бумажную работу, но и на расследование без остальных мы поехать не можем.
— Вот именно. - подтвердил её слова Мачико, стоящий поодаль.
— Ладно-ладно, успокойтесь. Знаешь что, Молли... А сходите-ка вы к Николаю, другу моему. Адрес же ты помнишь? - на лице Нэнси заиграла улыбка. Она была так увлечена своей речью, что забыла о том, за чем она вообще пришла. — Ах, и да. Возьми у него пару конфет, уж больно вкусные они.
Только вот, большое глазки Молли расширились только больше при упоминании имени того.
— Н-Николай? Не помню такого!
— Ну-ну, детки. - она провела своей сильной рукой по их головкам. — Николай очень хороший человек, и я уверена, что вы найдёте с ним общий язык. Молли помнит дорогу. Будьте паиньками и проведайте его.
С тихим вздохом младшие офицеры поняли, что все равно делать в офисе им нечего. И раз уж это было единственное их занятие, почему бы не прогуляться?
— Э-э, ладно.... - смирилась Молли. Хотя её лицо явно показывало, что она не хотела идти к Николаю.
На часах примерно десять часов утра. На улицах было пусто, снова. Два младших офицера отправлялись на очень малознакомую всем улицу - Сент-Сатидж. Если можно было верить словам Молли, там, на окраине города был небольшой домик, где живёт тот самый "неизвестный" Николай.
— Что за Николай вообще?
— Николай Райнер, ещё один лучший друг Нэнси. Живёт на конце этой улице, и как люди говорят - он отшельник.
—.. Звучит как начало страшной истории. - усмехнулся Мачико. - раз он такой хорошенький, чего ты так испугалась?
— Меня ругают его родители. У него же ещё этот есть... старший брат. Но вот так получилось, что не хотели их родители двух мальчиков. В Германии же это... Особей мужского пола больше, чем женского, вот они и злились. - Молли выдохнула и из её рта вылетел холодный пар. Та пару раз ещё оглянулась на друга, который шёл с ней рядом, почти прижимаясь к плечу, и только после продолжила.
—... И все же, это не причина так обращаться с ними.
— Подожди, что ты сказала? - удивился Мачико. - это тип как... Мужчин больше?
— Точно, а ты что, не знал? Только из-за этого весь народ так тепло приветствует тех самых иностранок в дорогих одеждах.
— Ого, а ты не такая и тупая, как я думал, хе! - посмеялся Мачико.
Молли фыркнула и ударила того плечу, да настолько сильно, что у того точно останется синяк...
— А я не тупая! Думаешь, раз я богатенькая, то сразу глупая?!
Но Мачико решил не продолжать дальше этот спор, мало ли, он получил бы ещё...
Тихо шоркая подошвой своей обуви, Мачико почувствовал лёгкую тяжесть на собственной голове. Его рука вытянулась точно на один уровень с волосами и провел по ним ладонью. То, что приземлилось ему на голову было чрезмерно влажным, что и заставило Мачико забеспокоиться. Дрожащей ладонью он снял то или иное чудо и уж собирался выкинуть, но ненароком взглянул и обомлел
— Чт—! - резко он поскользнулся и выронил объект из рук. - Фу, блин!
— Что такое, Мачико? - девочке захотелось повернуть голову и посмотреть что случилось с её другом, но что-то ей подсказывало, что лучше всего делать этого не стоит... Но Молли было до жути интересно, что там такое.
Её голова немедленно повернулся и узрела ту картину. Но вот только вид, который ей открылся, вызвал одно отвращение и чувство скорого рвотного рефлекс. Лицо блондина в принципе, выражало те самые чувства.
В руках того лежала мертвая птица с разодранным настежь брюхом. Все его внутренности вывалились с неприятным звуком и остались лежать и руках Мачико. Ранее белоснежная куртка обрела яркие красные и багровые пятна, которые въелись в ткань без какой-либо возможности отстираться. Глаза Молли расширились и она быстро надела на себя перчатки, немедленно откинув мёртвую тушу птицы прочь. Даже вблизи было непонятно, что это за птица этакая - её брюхо, да и вся голова была в крови, не было видно ни окраса, ни буквально ничего чтобы определить кто она.
Даже не смотря на защиту, Молли было очень противно и мерзко трогать тушу птички. С Мачико же они встретились взглядом и смотрели так примерно сорок пять секунд, не отрываясь.
— Меня сейчас стошнит. - произнёс Мачико, сняв окровавленные перчатки и откинув их на снег, голой и худой рукой прикрыв рот. Он больше не намеревался трогать те перчатки...
— Потерпи, мы почти пришли.
Молли помогла тому встать и опереться на неё, ведь дрожащие ноги парня не придавали уверенности, что тот будет ходить прямо. Спустя минут пять, по пустой дороге они ещё несколько раз встречали подобные туши, но старались не заострять внимание на них.
По прошествии ещё некоторого времени Молли заметила вдали знакомые ворота. Потресканная, местами обломанная кусками калитка, но зато рядом покоились красивые красные розы. На особенно "толстых" пенках спали и грелись на солнышке дворовые кошки. У какой-то одной нет ушка, у второй - правой лапки, а у третьей нет хвостика. Возможно здесь ходили злые дворовые собаки, которые вот так обошлись с бедным кошечками, а возможно и с птицами.
Замерзший от холода красный указательный пальчик, которым Молли дотронулась до дверного звонка.
Тишина... Ещё раз... Снова тихо. Надежды на старый, потрёпанной жизнью звонок, который вряд-ли работал не было, особенно в такой-то мороз. Девушка уж хотела постучать в дверь, но та неожиданно открылась с очень громким скрипом. Из-за неё показался чересчур высокий мужчина средних лет. Его образ напугал Мачико... Но Молли чувствовала себя более-менее нормально.
— Привет, Николай. Нэнси сказала проведать тебя. - улыбнувшись, Молли немного, совсем чуть-чуть отошла, показав напуганного Мачико.
— Хорошо, очень хорошо... А кто это?
— Мачико Сугияма, он тоже младший офицер Гончих. Со мной на задании.
Николай чуть шире приоткрыл дверь. Из коридора, кажется со второго этажа послышался низкий мужской голос. Из него Коля смог разобрать только "закрой дверь, холод пускаешь!", и судя по этому, это был его отец. Но на это он лишь неловко улыбнулся, тихо прошептав.
— Заходите, побыстрее. Молли... Располагайся где хочешь.
И все трое человек зашли в небольшой домик. Внутри он выглядел гораздо богаче, чем снаружи: плинтусы, обшитые светло-желтым материалом, по цвету напоминающий золото. Высокие белые потолки, дорогие на вид диваны, камин и много чего ещё... Молли ещё спросит об этом.
Когда они вошли, их встретил уютный небольшой коридор. Если идти вперёд то можно было попасть на кухню, слева - гостиная. А вот справа от входной двери лестница на второй этаж. Но Николай же провел их вперёд - на кухню, где на тёплой батареи лежал огромный чёрный кот. Его звали Гоша. Он был единственным любимым питомцем Николая, и тот, которому он доверял больше всех. На столе стояла стеклянная чаша, до верха заполненная различными конфетами в ярких обертках.
—... Угощайтесь. И Нэнси возьми, они ей нравятся, я уверен. - и то было абсолютной правдой. Девушка обожала эти конфеты, особенно со вкусом ванили в черно-розовой обертке.
Далее разговор Молли и Райнера был максимально дружелюбным, иногда к ним даже подключался Мачико, но все же, что-то казалось ему странным до сих пор.
— Ах, моя родная Молли! - воскликнул тихий женский голос. - Коль, отойди.
Именно эта женщина была матерью Николая.
—... Ага, слушаю и повинуюсь. - голос младшего Райнера резко стал каким-то скучающим. Но вообще, ему стоило сказать спасибо, что его не выгнали с кухни пинком, добавляя к этому различную брань, которая только есть на белом свете. И только благодаря Молли и её другу, этот день мог закончиться менее скандально.
— Что же ты так давно к нам не заходила? Я скучала по тебе, дорогуша... - мать Николая любила называть Молли такими сладкими словечками, по типу "дорогуша", а то бывало и "доченька". Пока Ангелина трепетно ходил вокруг да около девочки, Мачико умудрился тихо расспрашивать её.
— В каком смысле "дорогуша"? Я конечно знал, что ты ребёнок богатеньких родителей, но разве твоя мама так выглядела?
— Ха-ха... - незаметно посмеялась она. — Я же рассказывала, что родители Николая хотели девочку, а то и девочек, но что-то не вышло..... А я подруга Коли, вот она и начала меня так называть.
— Вот как... Понял. - таким же шёпотом ответил ей Мачико. Фуше же, решила больше ничего не говорить. Осталось слышать только лёгкий и тихий трепет матери Ангелины, а так нередкое шуршание фантиков. Молли же воспользовалась этим моментом и накладывала несколько десятков конфет в целлофановый пакетик.
Чёрный кот Гоша спрыгнул с батареи и направился на второй этаж. Небольшие ступеньки лестницы скрипели даже под весом одного лишь кота... Возможно у них просто не было времени отремонтировать их.
Дверь в комнату Николая была открыта. Неудивительно, ведь она даже не запиралась и не умела дверной ручки. Райнер сидел на плохо заправленной кровати в окружении одного мусора и гор вещей. Напротив находилась комната родителей. Сейчас там спал отец. Коле приходилось вести себя как можно тише, как он только мог, лишь бы он не дай бог разбудил мужчину. Но его пушистый питомец так не думал. Зайдя в комнату, он начал всячески опрокидывать горы с мусором, вещей и другой всякой всячины, а так же кружки в которых по словам матери "завелась новая жизнь". Коля слишком уставал и даже не замечал, что вытворяет его животное, но ровно до того момента, пока его не вывел из транса грубый голос отца. От одного его упоминания Николая бросало в дрожь.
— Успокой свою дрянь, пока я её из дома не вышвырнул. - и он послушался.
Юноша знал, что шутки со злым отцом плохи, и он всегда будет выполнять данное им обещание. Одни лишь мысли о том, что Гоша останется совсем один на улице без возможности вернуться домой до ужаса пугала юношу. Тем более, что тот мог попасться под горячую руку дворовым собакам, и те безжалостно растерзают его... Нет, он не допустит этого. Он не допустит этого снова.
—... Сейчас успокою. - воскликнул Николай, забрав черную тушу в свои руки. Гоша - ласковый котейка, и вёл себя он прилежно и смиренно, как самый благородный кот. Коля положил тушку на кровать, прикрыл окна и лёг рядом. Тишина. Даже нудные передачи отца про политику, а тем более про спорт наконец-то прервались. Слышно было только голоса Молли и Мачико, а так же и мамы Ангелина.
— Неужели я совсем ничего не могу изменить? - тихо обратился Николай к своему коту. Но а тот лишь поудобнее улегся на простынях и замяукал. - Только ты меня можешь понять, да, Гош?
Тишина.
— Гоша-а. - протянул Николай. — мяукни, хотя-бы.
Послышался тихий "мяу".
— Значит всё-таки любишь. - Коля довольно заулыбался. Точно, его по прежнему любит Молли и та же Нэнси, но... Это все-таки не так любовь, что ему была нужна.
— Эй, Николай! Спасибо за конфеты! Нэнси тоже передам, пока-пока! - громкий тембр голоса Молли заставил Колю "проснуться" и отреагировать на это заявление. Быстро спустившись по скрипучим ступеням, он ответил.
— А, уже уходите? Что ж, спасибо, что зашли. Передавайте Нэнси привет.
* * *
— Как думаешь, что за туши у Николая во дворе?
— А ты чего не спросила? Только что же дома у него были.
— Ну знаешь... - начала она. — Коля не переносит темы по поводу расчлененки и всего подобного.
— Думаю, ты права. - согласился Мачико. — Но в любом случае я д— ай! Вот же!
В отличии от улицы Сент-Сатиджа, с которой они вот-вот вышли, то на главной и торговой улице был жуткий гололед. Может, люди не выходили из дома только по этой причине? Хотя, нет. Каждый год одно и то же, и никакая погода не повлияла на людей.... До первого убийства.
Под звонкий смех Молли Сугияма смог подняться, отряхнулся от среза и пойти дальше. Смех девочки медленно утих.
— Слушай, ты бы так не разгуливал по улицам, не дай боже подумают что ты ещё убийца.
А ведь её слова были чистой правдой. Багровых пятна на белой куртке давали о себе знать и отчетливо выделялись.
—.... Приду домой - помоюсь полностью. Меня до сих пор воротит от этого.
— И все-таки, это странно. Типо, ладно кошки да пару птиц, но такое количество, что мы видели... Это же почти нереально! Моё шестое чувство подсказывает, что что-то здесь не так. Вот не чисто что-то тут!
Но рука Мачико быстро заткнула её рот.
— Замолчи, а.. На улице мороз лютый, а ты тут распинаешься два часа. Идём уже, у тебя вон, щеки красные уже.
— Ничего не красные! - воскликнула Молли.
— Красные-красные!
Конец VII главы.