Глава 4
Открытие дверей закончилось, и группа последовала в свою аудиторию. Там уже присутствовали и остальные учащиеся. В кабинет зашел пожилой мужчина в военной форме и обратился к ребятам:
— Граждане присутствующие! Поздравляю вас с началом учебного года. К моему сожалению, вы уже пятый курс. Для меня вы всё ещё остаетесь теми ребятами, стоящими перед дверью в экзаменаторскую. Желаю вырасти вам порядочными полицейскими. Что же, начнем пересчет. — И педагог открыл журнал.
Но внезапный стук в дверь, нарушил тишину ожидания, и в кабинет зашел мужчина. Подойдя к преподавателю и шепнув ему на ухо, они вдвоем вышли из кабинета. По аудитории прошел шепоток. Подобных вещей раньше ни разу не происходило, поэтому всех насторожила эта ситуация.
Их педагог, Петр Васильевич, занимал высокую должность в этой профессии, и у него часто просили помощи в каких-либо делах по расследованиям. Он был из тех, кто считал, что жизнь после пятидесяти только начинается. И, не желая сидеть погрузившись в бумажные работы, он решил преподавать в полицейской академии. Его долго отговаривали, ведь занимаемая им должность, намного выше подобных вещей, но Петр Васильевич, человек достаточно своенравный. Так он и стал преподавателем. Несмотря на его должность, студенты относились к нему как к отцу, он всегда мог поддержать и помочь.
Дверь открылась и в аудиторию зашел потерянный Петр Васильевич, а за ним тот мужчина в костюме. Подойдя к своему столу, преподаватель снял фуражку и протер лоб платком. Набрав воздух, он произнёс: разве можно им участвовать именно в этом деле? Они же ещё дети.
— Это для Вас они дети, Петр Васильевич, а для граждан — их защита. Вы готовите лучших ребят, разве сами этого не понимаете? Отберите мне тройку лучших, введите их в курс дела, а затем получите указания. Это дело особой важности. До встречи. — И мужчина в костюме удалился из аудитории.
Преподаватель захлопнул за ним дверь и начал нервно перебирать в руках фуражку. Курсантам были повторены правила безопасности и дано расписание занятий. После окончания, учащие с шумом покинули аудиторию, все, кроме оставшихся по просьбе Петра Васильевича.
— Нас ждет серьезный разговор.