Глава 26.
Ника широко распахнутыми глазами смотрела на Ульяну. Непередаваемый ужас отпечатался на её лице. Тогда оставшиеся два гопника вышли из оцепенения. Четвертый все ещё недоуменно переводил взгляд с девушки на нож, с ножа на младшего, а с младшего на среднего, со сломанным носом, и обратно. Второй в тот момент уже метнулся в сторону Ники.
«Нет. Нет. Нет! – в мыслях запаниковала девушка. – Даже не смей приближаться к ней.»
В этот момент Ульяна предупреждающе приблизила нож к горлу их товарища. Четвертый заметил это и сурово крикнул ему: «Стой!».
Гопник покорно замер на месте.
- Говорила же: если попытаетесь навредить моей сестре, я за свои действия не ручаюсь. – то, с каким угрожающим спокойствием и нежностью произнесла это Ульяна, действительно пугало, и не только гопников. – Сделаете хоть шаг в сторону – я перережу ему глотку.
Ход игры переменился. Старые правила уже не действуют. Теперь Ульяна создает здесь правила. Нет, она и есть правило. Они будут действовать так, как хочет она. Другого выбора нет.
Жизнь младшего находилась в опасности. Он не смел и с места сдвинуться: безропотно стоял с опущенными по швам ладонями и животным страхом в глазах, боясь пошевелиться, и постоянно сглатывал. Его кадык ходил ходуном, едва соприкасаясь с холодным металлом.
Она блефовала. Чертовски. Настолько, что руку, которая держала нож у горла, била мелкая дрожь.
Когда Ульяна незаметно залезла в сумку, то надеялась найти там перцовый баллончик, забрызгать лица двум гопникам и убежать вместе с Никой, но его там не оказалось. Зато оказался кухонный нож. Что ж, нужно было действовать по ситуации. Именно так она и сделала.
Девушка смогла отбиться от бандитов, однако удары были нечеткими и слабоватыми, а поза – неправильной. Если бы те действительно увлекались спортом, они бы с легкостью уложили Ульяну ещё в начале и не дали бы ей вырваться.
«Спасибо вам, ребят, что не занимаетесь физическими нагрузками, иначе у меня не было бы и шанса.»
Девушка когда-то хотела пойти по стопам матери и стать полицейским, из-за чего изучала разные боевые приемы и развивала выносливость. Но это было пару лет назад. Сейчас она и не думала промышлять подобным! То, что Ульяна вспомнила хоть что-то из того времени и смогла хотя бы отдаленно, но повторить – уже настоящее чудо.
«Пора мне в актрисы. – девушка была шокирована не меньше остальных и, естественно, не упускала момента поиронизировать над собой, пусть время было неподходящее: – Правдоподобно плакать умею, внешность на соточку, завораживающая харизма присутствует, таланты есть, а теперь ещё и дерусь, вон, не хуже дворовых! Ну я прям мастерица на все руки. Цирк уехал, а клоунесса осталась.»
Ульяна чуть расслабилась, а затем все её тело вдруг напряглось: опомнилась наконец.
«И вообще, сейчас как бы не тот момент, когда я могу вот так вот в свои мысли погружаться! У меня тут это... проблема вообще-то!!»
Проблемой девушка называла тот факт, что она прямо сейчас держала нож у горла какого-то гопника. Чего-чего, а этого Ульяна ещё никогда не делала в своей жизни! Что ж, все когда-то бывает в первый раз. Вчера ты пела вместе с чудесным пианистом, а сегодня уже угрожаешь зарезать человека. Нормально так. Вот это – настоящая эволюция, а не ваше «человек произошел от обезьяны».
Времени на дальнейшие глупые мысли не было: опрометчиво думать, что главарь шайки останется бездействовать и четыре бандита легко сдадутся какой-то хилой девчонке. Мужчина мог вот-вот понять всю комичность ситуации и придумать, как найти из неё выход. Ульяне оставалось только торопить события:
- Ника, твою энциклопедию, уходи, я сказала! – завопила она, в то время как четвертый был в замешательстве.
Темноволосая словно очнулась ото сна: она растерянно моргнула, нерасторопно подхватила на руки черного котенка, а затем рванула в сторону детской площадки. Ульяна сосредоточенно следила за тем, чтобы её сестра убежала как можно дальше. Но она не успела даже метра преодолеть, как врезалась во что-то. Наггетс в её руках возмущенно мяукнул.
Ульяна стиснула нож в ладони с ещё большей силой. Она старалась не упускать из угла обзора бандитов и одновременно всматривалась в темноту, но не могла ничего разглядеть: человек находился далеко от фонарного света, во мраке ночи.
«Лишь бы не ещё одна проблема...» – молилась всем богам девушка.
Вдруг в тени блеснули миндальные глаза. Такие надоедливые и до ужаса раздражающие. В них чувствовалась некая надменность и грубость. Ульяна замерла: взгляд «спасителя» был направлен на неё. Перед Никой стоял Кощеев. Не сдерживаемый бешеный огонь отражался в его зрачках, готовый вот-вот вырваться наружу и спалить все вокруг; кулаки были стиснуты, словно они сами напрашиваются на драку; брови нахмурены, а на лице проступали желваки.
«О нет. Это ещё одна проблема... – девушка усилием воли подавила желание прямо сейчас проклясть свою судьбу, удачу, жизнь – всё и грязно выругаться. – Ладно! Если эта проблема поможет мне решить другую, – более серьезную, – то потерпеть вполне можно будет. Наверное. Надеюсь. Не знаю я!»
Путь Ульяна и не переносила этого придурка на дух, но сейчас она была горячо благодарна его появлению и, судя по его реакции, немедленному вмешательству в происходящее. С таким «шкафом» сестры уже в безопасности.
Кощеев грубо схватил Нику за плечи и отодвинул от себя. Затем он прошел дальше, переведя свой яростный взгляд на гопников. Выглядело действительно угрожающе. Ульяна на мгновение даже дар речи потеряла.
«Эпично!» – справедливо заметила она. Все-таки миллионы просмотренных любовных дорам дают о себе знать.
Один из хулиганов тут же икнул.
С плохо скрываемой агрессией Кощеев злобно процедил сквозь зубы:
- Я не терплю, когда трогают то, что принадлежит мне. Даю вам пять секунд на то, чтобы взять ноги в руки и убежать. В противном случае вашим лицам будет очень больно от знакомства с моими кулаками. Поняли? Пять... Четыре...
Второй раз никому повторять не нужно: все трое тут же, как по команде, подорвались со своих мест и рванули в рассыпную. Четвертый, хоть и являлся главным, даже не удосужился забрать своего товарища, у чьего горла был приставлен нож. В целом, он самым первым и убежал, действительно сверкая пятками.
- Три...
«Эх-х-х... А я надеялась на драку взглянуть хотя бы одним глазком. Трусы!» – Ульяна убрала холодное оружие от горла младшего и грубо толкнула его вперед. Головой она указала направление, куда убежали его «товарищи», напоследок одарив гопника презрительным взглядом. Для пущей «крутости». Тот со страхом в глазах и, видимо, мокрыми штанами, побежал вслед за ними, громко скуля и умоляя подождать его.
- Два и один. – закончила за него Ульяна. Она проводила гопников напряженным взглядом, пока те не скрылись за домами, а затем облегченно выдохнула и усталыми, медленными движениями убрала нож обратно в сумку.
Только сейчас девушка почувствовала, как кровь пульсировала в голове и эхом раздавалась в ушах, а усталость навалилась всей своей тяжестью. Она перевела взгляд на свои руки: их все ещё била мелкая дрожь.
Ульяна неверяще смотрела на свои ладони и с трудом осознавала, что она сейчас вообще делала. Мозг просто отказывался воспринимать и переваривать произошедшие события. Рука сама собой потянулась к кулону, но не успела нащупать его: тут же подлетел Кощеев. Он схватил Ульяну за плечи и чуть растряс, в бешенстве заголосив:
- Ты вообще умеешь жить спокойно? Кто так поздно ходит по темным переулкам, без взрослых и с ножом в сумке?!
Девушка поморщилась от громкости парня.
«Заклейте кто-нибудь ему рот или купите мне беруши, а. Где там у него кнопочка «сделать потише»? Или она не предусмотрена производителем?»
- Не кричи, ничего непоправимого не случилось. – с трудом и наигранной беспечностью произнесла она и лучезарно улыбнулась. Лицо Кощея перекосило от гнева.
- Ты адекватная, или как? А если бы я не появился? Что было бы?!
Ульяна глубоко вздохнула носом. Очень глубоко. Потому что она уже была готова поколотить этого придурка:
«Кто он такой, чтобы поучать меня? Нашелся спаситель! Не разобрался толком в ситуации, а уже лезет читать нотации, так ещё и на повышенных тонах! Каков наглец! Идиот! Поганец! Что за обращение? Такими пафосными речами разбрасывался! Назвал меня своей вещью! Да он совсем последние капли стыда потерял!» – её лицо постепенно приобрело жесткие черты. Ульяна довольно быстро возвращала себе контроль над телом, а после оттолкнула Кощея подальше от себя.
- Ну извините, мистер-защитник-слабых-и-обездоленных, что у меня попа приключения приманивает к себе, что я тут поделаю? – съязвила девушка, устало потирая переносицу. – И вообще, иди к черту, не до тебя сейчас.
- Конечно, не до меня! – издевательски хохотнул Кощей. – Ты же гопникам убийством мальчугана угрожала! Ты соображаешь, что́ творишь?
- Потому что руки свои распускать не надо! – повысила голос на парня Ульяна, а затем пригрозила ему пальцем. – Кощеев, ещё одно слово и, ей богу, ты станешь следующим, кому я приставлю нож к горлу. Ты уже видел: я неадекватная и вполне способна на подобное. На меня даже собственный отец не кричит, ты и подавно не имеешь на это права. Приди ты на пару минут позже или вовсе не пройди мимо, я или Ника могли бы закончить свою жизнь очень рано и очень трагично, поэтому будь добр, закрой свой рот и дай переосмыслить происходящее. Я сделала то, что считала нужным. Благодаря этому мы целы и невредимы. А орать будешь на своих друзей, на меня же даже не думай и на полтона голос повышать: я уже говорила, чем это грозит. Переживаешь? Вырази свои переживания нормально. Спокойным тоном. Как подобает нормальным людям. Не можешь – молчи. Поумерь наконец свой пыл. Тебе никто не говорил, что агрессией ты ничего не добьешься?
Ульяна прекрасно видела, как вздулись вены на лице и кулаках Кощеева. Ещё она заметила, что её руки затряслись сильнее.
«Вот же... Черт... – девушка явно не желала показывать себя в подобном состоянии, особенно этому придурку, поэтому она тут же опустила ладони в карманы куртки и принялась с интересом рассматривать деревья, будто бы впервые видела их: – Вау-у-у, какая интересная растительность, оказывается, тут во дворе живет... Главное, чтобы на меня какой-нибудь жук не сел. И птица не накакала. Хотя это вроде бы к деньгам... Ну нет! Никакие деньги не стоят моих нервов и испорченной курточки!»
Парень ещё долго прожигал Ульянину спину яростным взглядом, пока мимо не прошла какая-то девчонка. Она весело и с энтузиазмом поздоровалась с Кощеевым, однако тот грозно зыркнул на неё, чем заставил бедняжку стушеваться и зашагать быстрее. После этого Кощей опустил голову. Он дышал так громко, что Ульяна слышала это. От осознания, что она все-таки разозлила его в ответ, на душе полегчало. Гнев, вырвавшийся, словно извержение вулкана, тут же поутих и отступил. Ульяна свободно вдохнула полной грудью, но на всякий случай осторожно покосилась на Кощея: он отвернулся в сторону и направился за пакетами девушек. Те все ещё валялись на дороге.
«Правильно, займись делом, а то уже достал кричать, как курица-наседка какая-то.»
Тогда Ульяна перевела взгляд на Нику: она одиноко стояла в стороне. Её лицо, как и всегда, не выражало эмоций и больше походило на каменную глыбу. Глубокие темные глаза смотрели словно сквозь пространство, в пустоту. Сестра все ещё держала Наггетса. Тот, видимо, уже уснул: котенок сладко примостился на чужих руках и мордочкой уткнулся в куртку.
Ульяна подошла ближе и нежно улыбнулась, как обычно старшие сестры улыбаются младшим.
- Ты как? – обеспокоенно, с лаской в голосе спросила она.
- Нормально. – в привычной манере ответила Ника.
Ульяна ясными глазами взглянула в её лицо. Яркая кровь виднелась на без того растерзанных губах: она тонкой струйкой вытекала из раны. Сестра тут же отвела взгляд в сторону.
«Ника снова кусала их.»
- Возьми Наггетса. Я понесу свои пакеты.
Ульяна тактично промолчала, она взяла в руки черного малыша: тот проснулся и своими сонными серыми огромными глазками уставился на девушку, явно возмущенный тем, что его сон прервали.
Стоило сестрам повернуться к многоэтажному дому, как перед ними уже предстал Кощеев. Только сейчас Ульяна действительно смогла отчетливо разглядеть его: парень был в расстегнутой кожаной куртке черного цвета – в той самой, в которой он целовался с какой-то светловолосой девушкой первого сентября в коридоре школы, – а из-под неё виднелась темная толстовка с капюшоном. Джинсы такого же тусклого цвета, как и вся остальная одежда, поддерживал пояс. Казалось, Кощеев не то, что скрывался в темноте – он сам был этой темнотой, которую отличить от настоящей можно только по кедам: те были черно-белые. Обе его руки оказались заняты: в них находились все пакеты, которые девушки до этого несли вдвоем. Ульяна невольно обратила внимание на слабо проступающие синие вены на его напряженных руках.
- Я провожу вас. – скорее утверждал парень, чем спрашивал.
Девушка в ответ ему лишь кивнула, а Ника тихо поблагодарила:
- Спасибо.
***
Шли подростки в полном молчании. Мысли каждого были о своем. И никто из них не хотел делиться ими с остальными. Приятную ночную тишину нарушали разве что шелест листьев, редкие птичьи крики, тихие отголоски работающих телевизоров, находящихся в квартирах с распахнутыми окнами, да размерными шагами ребят и простых прохожих.
«Почему этот придурок идет так быстро?! – в собственных мыслях возмущалась Ульяна. – Вот же Эйфелева башня! Вымахал он, а страдаю я!»
Люди, которые привыкли быстро передвигаться на своих длинных ногах, ходите и оглядывайтесь: Ульяна уже готова проклинать вас.
«После такого насыщенного дня единственное, что я хочу – плюхнуться в кроватку и сладко засопеть, а не километр бежать!»
- Почти пришли. – сухо заметил Кощей.
«А мы как будто и не знали.» – хотела съязвить девушка, но промолчала.
- А ты откуда ты знаешь? – в замешательстве спросила у него Ника.
- Уже доводилось как-то провожать Сладкую. – пожал плечами парень, окидывая Ульяну издевательским взглядом. Она в ответ лишь натянуто улыбнулась. Он снова исковеркал её фамилию. – Ты, кстати, где живешь? Тебя тоже отведу. Если эта хотя бы боевая с ножом наперевес, то ты даже ответить толком не можешь. Не хватало ещё, чтобы опять на кого-нибудь нарвалась.
- Э-э-э... – Ника замешкалась и повернула голову в сторону. Она по природе своей врать не умела: Ульяна знала это как никто другой. Ей оставалось только брать все в свои руки:
- Она у меня остается на ночь, так что избавь нас от своей надоедливой компании.
Кощеев цокнул языком, а затем самодовольно заявил:
- Чем тебе моя компания не угодила? Знаешь, сколько девушек готовы на все, лишь бы оказаться на вашем месте?
- Ну так иди к этим девушкам, чего ты к нам прицепился? – фыркнула Ульяна.
- Чувствую ответственность за вашу безопасность.
«Пф-ф-ф, павлин надутый! Распушил свой хвост.»
- А опасность не чувствуешь? Могу достать нож, чтобы почувствовал.
- Нет, спасибо. Пожалуй, я откажусь от твоего заманчивого предложения. – невозмутимо произнес парень.
- Ах! Какая досада. – наигранно всплакнула девушка. – Ну ничего, не переживай, у меня дома есть ещё пара вещичек! Они поинтереснее ножа будут. Я тебе как-нибудь покажу. Потом. Но обещать того, что не опробую их на тебе впоследствии, не буду. – а затем вернула Кощееву его наглую ухмылочку.
Брови парня поползли вверх от подобного высказывания. Но он не растерялся и с ослепительной улыбкой – да такой, что Ульяне захотелось отвернуться, – смиренно согласился:
- Что ж, раз печальной участи мне не избежать, то буду с нетерпением и трепетом ждать этого, Сладкая! Только ты выбери место для встречи поприятнее. Желательно, парк аттракционов или кафе... Куда там ещё парочки на свидания ходят-то?.. В кино тоже можно! На последний ряд.
Ульяна стиснула зубы. Её лицо говорило все само за себя.
«Держи себя в руках, ты не можешь его ударить об асфальт.»
- Ой-ой-ой, какие мы злые! – вновь захихикал Кощей. Он явно был доволен тем, что вышел победителем в их словесной холодной войне.
- Мы уже пришли. – с огромной радостью заметила девушка, головой кивая в сторону их подъезда. – Давай сюда пакеты. Дальше ты не пойдешь. У нас родители дома.
- А чай в знак благодарности? – обиженно спросил парень, округлив глаза.
- А чай ты попьешь дома. – любезно улыбнулась Ульяна.
- Но мне же надо познакомиться с будущими тестем и тещей!
- Я за тебя безумно рада, можешь прямо сейчас направляться к ним, а мы пойдем домой. К родителям. Без тебя. – девушка шустро передала маленького Наггетса Кощею в руки, а сама взяла все пакеты. Те всей своей тяжестью сразу напомнили ей, как же сложно быть сильной и независимой, но другого выбора не было. По крайне мере с Кощеевым.
- Ты такая жестокая! – во вздохом театрально произнес парень. – Попала в самое сердце! Только вот я показать этого не могу. Блохастый мешает.
Ульяна на это закатила глаза, а на лице Кощеева расцвела злосчастная ухмылочка. Его любимая.
«Вот гад ползучий! Знает же, как меня бесит это, и все равно улыбается!» – негодовала девушка.
Ника же молча забрала свои пакеты из рук сестры и поплелась к домофону. Она, видимо, игнорировала все в этом мире. Конечно, когда ты хочешь спать, забьешь даже на саму Смерть с косой, если та будет стоять рядом.
- Ой, ну тебя, все, мы пошли. – бросила Кощею Ульяна и помчалась к Нике. Она нагнала её у самого входа. И не только она: Кощеев в несколько огромных шагов оказался рядом и очень по-джентльменски открыл, так ещё и придержал им железную дверь свободной рукой.
- Прекрасным леди не нужно самим открывать двери. – самодовольно заявил он.
- Как галантно. – буркнула в ответ Ульяна, а затем остановилась и весело заявила: – Не знала, что ты в швейцары вступил. Решил начать свою карьеру в сфере услуг?
- Только для девушек.
- А для мужчин?
- А мужчины сами смогут.
- Ну это дискриминация по половому признаку. Статься 136 УК РФ, дорогой.
Кощей прыснул, а затем склонился ближе к Ульяне, не прерывая зрительного контакта. Та твердо осталась на месте, настороженно наблюдая за действиями парня. Девушка в любой момент была готова ударить его ногой в пах или сумкой по голове.
- Если садиться в тюрьму, то только с такой очаровательной соседкой.
- Я, в отличии от тебя, законы не нарушаю. – Ульяна резко повернула голову в бок, ударяя Кощея своими длинными волосами по лицу, а затем для большего пафоса модельной походкой направилась к лестнице, где стояла Ника, у которой по глазам можно было прочитать «ты не могла бы поторопиться?» – Пока, Кощеев! Надеюсь, завтра в школе мы не увидимся!
- Ульяна! – неожиданно окликнул её он.
«Ну что ещё?! – в мыслях возмутилась она. – Дай ты мне уже домой свалить!»
Девушка медленно повернулась и натянуто улыбнулась. Кощеев впервые в жизни назвал её по имени – это что-то новенькое!
- Я тебя о-о-очень внимательно слушаю.
Парень молчал. Он сначала опустил глаза вниз, разглядывая свою обувь, а затем поднял и серьезно посмотрел на Ульяну. Настолько серьезно, что та аж поежилась.
«Бр-р-р... Холодок по спине пробежал. Чего это он такую мину скукурузил? Заболел?»
Стоило им установить прямой зрительный контакт, как Кощеев не выдержал и тут же прервал его, отведя взгляд в сторону. Он поднял свободную руку и коснулся ею своей шеи.
Терпение Ульяны было на исходе.
- Кощеев, – вновь раздраженно повторила она, – ты что-то хотел сказать мне или я могу идти?
Вновь тишина. Девушка тяжело перевела дыхание и уже развернулась, занося ногу, чтобы продолжить подниматься по лестнице, как парень не слишком громко, но искренне произнес:
- Будьте... аккуратнее в следующий раз. Если возвращаетесь поздно, просите кого-то из родителей проводить вас...
Ульяна замерла, приятно пораженная таким нестандартным поведением для Кощеева.
«Ого! Он ещё и такую сторону имеет? – она повернулась к парню и с изумлением уставилась на него, а затем чуть прикрыла лицо рукой с пакетами, сдерживая озорную улыбочку. – Миленько! Не могу удержаться от того, чтобы подразнить его!»
В глазах, по цвету напоминающих хвою ели, блеснул огонек. Время для матч-реванша!
- О-о-о, ну что за прелесть. – пухлые губы девушки растянулись в опасно умиляющейся улыбочке. – Мы можем теперь звонить тебе каждый раз, когда идем гулять поздно вечером?
Кощеев тотчас хмыкнул, возвращая прежнего себя. Жалко. А ведь Ульяне он так понравился! Похож на маленького щеночка.
- Хочешь, чтобы я подрабатывал охранником по ночам?
- Почему сразу «подрабатывал»? Будешь волонтерством заниматься. – лукаво произнесла девушка и подмигнула. – На небе тебе зачтется.
- Хитрая. – парень скрестил руки на груди. – Я так понимаю, кроме как охранником, придется ещё и вешалкой быть?
- В яблочко, Коща! – хихикнула она.
От такого «имечка» Кощеев тут же выгнул бровь вверх и посерьезнел. Он уперся спиной в угол, находящийся рядом с металлической дверью, а затем, прищурив ореховые глаза, прожигал Ульяну испытывающим взглядом, словно давал ей время исправиться. Парень
«Чтоб меня Чацкий каретой переехал... – шокированная своими же словами девушка ошарашенно глядела на парня в ответ. Она сама не ожидала, что выкинет подобное. – Язык – враг мой!»
Если бы Ульяна могла, она бы прикрыла рот рукой в данную минуту. А ещё лучше отвернулась и сгорела от стыда, но такой функции, увы, в этой жизни не существует, поэтому ей оставалось лишь обворожительно улыбнуться парню и ласковым, словно у ангелочка, сладким голосочком попытаться спасти свою жизнь:
- Не нравится?
- Неплохо. – невозмутимо ответил ей Кощеев. – Сначала я становлюсь «Кощеем», потом «Кощей»... Очень интересно.
- Ну а что? Мило же!
- Ага, только вот у меня складывается ощущение, что самого страшного сказочного героя так могла называть только Баба Яга. Не хочешь стать ею для меня?
- Не-е-е, – поморщила носик Ульяна, в мыслях ликуя, что тот не разозлился, – Баба Яга хоть и умная, но дама не очень красивая, так ещё и в самой глуши живет с избушкой-мутантом на курьих ножках, мне такое не подходит.
- Почему же? – прыснул Кощеев. – Подходит даже ничего!
- Я слишком люблю наслаждаться симпотными мордашками мальчишек. У неё такой возможности нет.
- Зато у неё есть возможность кушать эти «симпотные мордашки». На завтрак, обед и ужин. Подумай только! Это о-о-очень заманчивое предложение!
Ульяна звонко рассмеялась, а затем отсалютировала парню.
- Тебя съем в первую очередь, иди готовься! – а затем продолжила подниматься по лестнице за бедной Никой, которая все ещё стояла и ждала её на пару ступенек выше.
Кощеев на это ничего не ответил. Он, не сводя глаз, смотрел, как две девушки медленно исчезают из его поля зрения. Мягкие шаги медленно отдалялись и затихали, эхом раздаваясь по всему подъезду, а Кощеев все никак не мог отвести зачарованных глаз от блестящих светлых волос, пока те окончательно не скрылись в тени.
- Тебе больше подходит роль ведьмы, Сладкая. – прошептал он скорее себе, чем кому-либо ещё, а затем развернулся и ушел.
***
- Что он тебе сказал? – зевая, спросила Ника.
- Да так, опять глупо шутил. – отмахнулась Ульяна, а затем тоже зевнула. Все-таки это ужасно заразительно!
- Он... довольно милый. – робко заметила она.
Девушка чуть воздухом не подавилась от такого.
«Он?! Милый?! Хотя... Что-то такое в нем есть. Отдаленное, правда, но есть. На дворняжку похож.»
Ульяна широко распахнула глаза и удивленно взглянула ими на сестру.
- Ну и вкусы у тебя...– сдерживая смешок, хихикнула она.
- Какие?
- Специфические.
«Очень.»
***
Когда сестры вошли в квартиру, везде царили темнота и тишина, словно дома никого и не было. Тогда Ульяна, на свой страх и риск, не издавая ни звука, прошлась в обуви по паркету и заглянула в комнату родителей: те сладко спали перед включенным телевизором в кроватке, о чем она сразу же сообщила Нике. Девушки решили не беспокоить их и остались во мраке ночи. Они быстренько разулись, сняли куртки, все поставили и повесили на свои места, а затем на цыпочках юркнули в их общую комнату.
Ульяна, будучи профессионалом, аккуратно и без лишнего шума закрыла за собой дверь, а затем с облегченным выдохом включила свет и бросила пакеты с одеждой у шкафа. Буквально через пару минуток она уже щеголяла в белой широкой футболке, прекрасно прикрывающей пятую точку, с надписью: «План – говно, на то и расчет» – на груди и в коротких черных шортиках.
Цепко схватив пакеты с книжками, девушка бесцеремонно плюхнулась на кровать Ники и принялась распаковывать новинки. Её сестра в то время аккуратно складывала недавно купленные вещи и убирала их на полки, одетая в светло-лимонные свитшот и обтягивающие штаны. Закончив с мини-уборкой, она обернулась к Ульяне.
- Ульян, свои вещи не уберешь?
- Потом! – отмахнулась девушка. Она уже успела снять пленку со всех книг и с наслаждением перелистывала странички, вдыхая древесный аромат и иногда закатывая глаза от удовольствия. – М-м-м, свежая!
- Ты её есть собралась, что ли?
Ульяна хихикнула.
- Нет! Когда книга совсем недавно выходит из печати, запах более сильный и резкий. Обожаю его!
«Нет, ну у каждого же должны быть свои причуды!» – справедливо рассуждала она.
Ника слабо покачала головой и уселась за стол, включая настольную лампу. Не прошло и пяти минут, как Ульяна негромком голосом заговорила:
- Кстати, Ник... – начала девушка и замолчала. Она встала с книгами в руках, подошла к своему стеллажу и принялась ставить их на свободные места. – Давай мы не будем рассказывать родителям о произошедшем?..
- Почему? – обернулась сестра.
«Потому что потом я буду два часа выслушивать нотации от папы о том, насколько необдуманным и рискованным был мой поступок, а потом дополнительным, но не самым приятным бонусом огребу от твоей матери, потому что не смогла защитить тебя, ведь из-за своей «детской гордости» не позвонила им, чтобы нас встретили!»
- Ну... Это лишние волнения для них. Папа потом будет очень переживать за нас. Я хочу... как лучше, окей? Мы ведь можем сохранить это в тайне?
Ульяна взглянула на Нику. Сейчас её лицо, голос, тон и просьба – все было максимально серьезным, что было настоящей редкостью для вечно улыбающейся и смеющейся девушки. Сестра опустила глаза в пол и кивнула.
- Если ты думаешь, что так будет лучше... хорошо. Постараюсь.
***
Уголки губ Ульяны слегка изогнулись, образуя полуулыбку. От неё веяло теплом и лаской, как и всегда. Ника вновь невольно улыбнулась ей в ответ, а затем тут же опомнилась и расслабила лицо. К тому моменту сестра уже развернулась и все также тихо, как и раньше, вышла из комнаты.
Ника же вернулась обратно к своему рабочему столу. Она аккуратно достала тетрадь по химии и пенал. Вытащив ручку с синими чернилами и сняв с неё колпачок, девушка уже хотела написать привычное «Домашняя работа», но неожиданно для себя остановила носик в миллиметре от страницы: её рука не прекращала дрожать.
Ника тяжело сглотнула. Губы ныли и зудели. Она продолжила писать, а затем перед глазами все поплыло. Рвано дыша, девушка отложила ручку, сняла очки и прикрыла лицо руками. Тут же всплыло перекошенное лицо бандита и сестра с ножом в руках, приставленным к его горлу. Во рту почувствовался отвратительный металлический вкус.
«Как Ульяне удается подобное? – искренне не понимала Ника. Она чувствовала себя подавленно из-за того, что не сделала ничего, когда сестре нужна была защита. – Почему она такая бесстрашная?.. Хотела бы и я иметь хоть капельку её храбрости...»
Но, кроме вины за свое бездействие, в сердце её отдаленно заголосило что-то новое и непонятное. Оно заставляло Нику чувствовать себя менее никчемной. Говорило, что она не неудачница, рвало и метало и все шептало девушке на ухо своим змеиным тихим голоском: «Ульяне просто повезло. Если бы её схватил другой хулиган, она бы не вырвалась так просто. И тогда бы именно ты спасла её, а не она – тебя. Ей просто повезло. Так бывает. Не огорчайся...»
Ника затрясла головой в попытке избавиться от навязчивого голоса. Она убрала руки от лица и, устало взглянув в окно, снова взялась за ручку. Лучший способ избавиться ото всех лишних мыслей в голове – сесть за подготовку к ОГЭ по химии.