ванна
Казалось бы, он сидит в пенной ванной, окружённый мягким запахом свечей, в компании самого красивого мужчины, которого любит, и который безумно любит в ответ, который предлагает ему целый мир, и новую жизнь... И Чонгук уже давно всё решил, но...
– Это так странно, – младший играется с пеной для ванны.
– У тебя всё ещё есть время отказаться, – Чимин сидит на бортике ванной, наблюдая за своим любимым. – Если ты сомневаешься или передумал, в этом нет ничего за...
– Нет! – парень перебивает, хлопая ладонью по воде, отчего брызги летят на белоснежную рубашку вампира. – Чимин, я не передумал, и не передумаю! Просто, это мой последний вечер в качестве человека, и я немного... растерян?
– Ох, детка... – Пак наклоняется, чтобы оставить лёгкий поцелуй в волосах. – Всё будет в порядке, мы обсуждали это тысячу раз, но если у тебя остался хоть один вопрос, то я здесь, – холодная ладонь бессмертного нежно оглаживает румяную щёку. – Я с тобой.
– Навсегда? – глаза младшего, с мокрыми ресницами, как никогда похожи на глаза лани. Он смотрит с надеждой, выглядит до невозможности ранимым и уязвимым.
– Навсегда, – Чимин отвечает уверенно. – И в нашем случае, это действительно так.
– Хён, – робко обращается, хотя они давно решили оставить формальности позади, – можешь сделать это здесь? Тут тепло, и я расслаблен из-за воды и...
– Тсс, любовь моя, – Чимин прикладывает палец к манящим губам. – Всё, что пожелаешь.
– И можешь меня обнять? – бормочет, отведя взгляд.
– Конечно. Хочешь, чтобы я залез к тебе? – Чон кивает в знак согласия. – В одежде или без? – Пак усмехается, расстёгивая одну из пуговиц на рубашке.
– Без, – Чонгук сглатывает, – И я читал, что во время оргазма боль притупляется, – зажмурившись тараторит, а когда открывает глаза, Чимин уже полностью обнажён и готов присоединиться к купанию.
– Иди ко мне, детка. Я подарю тебе маленькую смерть и бесконечную жизнь...