10
Мальчишка бездвижно лежит на сырой земле, в то время, как Роуз изо всех сил кричит, борясь одновременно со слезами и с паникой. А я лишь стою и смотрю на тело Шона, не веря в то, что я не смог его защитить. Тогда какой смысл быть лучшим сыщиком, если я элементарно не могу уберечь жизни?!
Подмога успевает как раз вовремя, наставив на психа несколько дул пистолетов и окружив его со всех сторон. Ему бежать некуда, но, тем не менее, он остается спокоен, словно ничего такого не происходит. Словно это его вовсе не волнует, словно его и не поймали. Он ехидно ухмыляется, отбросив свой пистолет в сторону и подняв руки за голову.
— Неплохо, — губами произносит, смотря четко на меня.
А я лишь удивляюсь его способности воспринимать все как игру.
В суде он продолжает вести себя так, словно ничего не произошло, а Роуз сидит в черном траурном платье и держится, как может, чтобы вновь не начать плакать. Утрата слишком велика, но желания показывать ему свою слабость у девушки также не имеется. Но все же опухшие от слез глаза говорят сами за себя, выдавая не самое лучшее состояние девушки.
— Лиам Джеймс Пейн, Вы обвинены в убийстве шести детей, помимо этого, Вы нарушили еще пару статей, — медленно проговаривает судья. — Все улики против Вас.
— Я не отрицаю, — ухмыляется Лиам.
— По какой причине Вы совершили эти убийства?
— Месть? — спрашивает одна из подчиненных.
— Не угадали. Еще варианты? — отвечает псих. — Что может быть лучше, чем чувствовать власть, силу над другими? Скажите же, господа! — кричит, вставая с места и обращаясь к залу, где сидят люди. Охрана тут же хватает того за плечи, усаживая назад. — Вам не понять это чувство. Чувство совершенства, превосходства. Спешу сообщить, что не сожалею о том, что произошло. Я убивал с наслаждением, мучая ваших детей. Да, мисс Визард, я прекрасно помню, как сжимал руки вокруг шеи Вашей дочери, и как приставил дуло к её виску. Помню её дикий страх в глазах. А что насчет, Эшли Маккаллистер? Одна из первых жертв... — тягуче произносит, будто смакуя, вспоминая каждую деталь. — Она молила о пощаде. Кричала, что есть силы, которая имеется у маленькой девочки. А что насчет тебя, Роуз... — его голова оборачивается в сторону девушки. — Шон, он был...
— Достаточно! — не выдерживаю.
У Роуз начинают дрожать руки, она ногтями впивается в свое черное платье, закусывает губу, терпит и молчит.
— Поведаешь ли нам историю, как тебя запекли в психиатрическую больницу? — теперь моя очередь раздражать его. — Тогда, у тебя, верно, не было чувства величия?
— Что же, это я оставляю Вам. Когда потребуется — информация дойдет до Вас. Вернее, Вы сами её найдете. Уверен, то, что написано в моем досье, немного приукрашено или же наоборот, недосказано.
— В чем тогда суть? Ты сядешь и вряд ли снова увидишь мир за бетонными стенами и решеткой, где ты будешь находиться.
— Вы меня недооцениваете, мистер Стайлс.
Я лишь хмыкаю, он сумел разжечь во мне огонек любопытства. Что он может скрывать?
— Ну, как ты там, Роуз? — ядовито говорит. — Снятся кошмары, ведь так? Можешь не отвечать. Готова к похоронам единственного человека, который был рядом с тобой?
Девушка резко встает, через пару секунд она находится слишком близко к Лиаму. Хватает его за воротник и тянет на себя.
— Ты забрал у меня самого дорогого человека в моей жизни. Ты лишил меня жизни, и я сделаю все, чтобы уничтожить твою. Ты будешь гнить здесь до конца своих гребанных дней. Познай одиночество вновь, урод, — когда она пытается открыть рот, чтобы продолжить, я оттаскиваю её, и в зале все затихают, ожидая выговор судьи.
Настолько тихо, что слышно тиканье часов. Иногда слышатся шорохи — это родители жертв, достают из сумок салфетки, не переставая вытирать лица. Они слишком подавлены горем и словами психа.
Патриция Джонсон стоит в углу с микрофоном и небольшой съемочной группой, в готовности снять новый репортаж о том, что Треморный псих схвачен и посажен в тюрьму.
Коллин стоит справа от меня, скрестив руки на груди и все время вздыхая.
— Серьезно, я не знаю, как ты это делаешь, — бубнит он.
— Прости?
— Имею в виду, что ты, наверное, действительно Шерлок Холмс.
— Ох, тогда, сколько еще Мариарти мне нужно найти и посадить? — усмехаюсь.
Он не успевает ответить, когда по залу проходит стук и все встают, в ожидании.
— Лиама Джеймса Пейна решено приговорить к лишению свободы до конца своей жизни. Приговор окончательный и обжалованию не подлежит.
— У каждого Шерлока есть свой Ватсон, — смотря на темноволосую Пастер, вставляю я.
Пейна уводят охрана, а я вижу то, с каким гневом смотрит на него Роуз. Но псих продолжает коварно ухмыляться:
— Еще встретимся, милая, — шепчет, скрываясь за дверью.
Примечание:
Спасибо всем за поддержку, я очень вас люблю хх
Писать ли продолжение? Сборник историй с Гарри и Роуз? Макси или (много) мини?
Жду ваших отзывов!:) Мне нужно по-скорее прийти в себя, чтобы БЛИН чаще выкладывать главы, а то неудобно.