Между жизнью и смертью
Кира лежала на больничной койке, подключенная к множеству аппаратов. Ее лицо было бледным и безмятежным, словно она уже покинула этот мир. Но хрупкая нить жизни все еще едва пульсировала в ее измученном теле. Раны были тяжелыми, потеря крови значительной, и врачи честно признавались, что ее состояние критическое. Она была на волосок от смерти, но им удалось стабилизировать ее состояние в операционной.
Известие о том, что Кира едва не умерла, стало для Дмитрия и Игоря ударом под дых. Дмитрий, обычно хладнокровный и невозмутимый, в тот момент почувствовал, как мир вокруг него рушится. Он сжал кулаки до побеления костяшек, его дыхание стало прерывистым, а в глазах плескалась такая ярость, что окружающие невольно отступали. Игорь, узнав о состоянии крестницы, схватился за сердце, его обычно румяное лицо побледнело, и его собственная охрана едва успела подхватить его, опасаясь сердечного приступа.
Дмитрий не мог оставаться в больнице, видеть Киру такой беспомощной. Ярость требовала выхода. Он сорвался с места и бросил своим людям короткий, ледяной приказ: найти и уничтожить всех, кто был причастен к похищению и пыткам Киры. Его гнев был слеп и безжалостен. Он выслеживал каждого, кто имел хоть малейшее отношение к этому преступлению, и расправлялся с ними без суда и следствия. Город захлестнула волна насилия, но Дмитрия это не волновало. Единственное, что имело значение, - это месть за Киру.
Игорь Литвин, оправившись от первого шока, тоже не сидел сложа руки. Он использовал все свои связи и ресурсы, чтобы выяснить, кто посмел поднять руку на его крестницу. Его гнев был тихим, но от этого не менее опасным. Он чувствовал личную ответственность за случившееся, ведь он обещал отцу Киры защищать ее.
Дни и ночи тянулись мучительно медленно. Дмитрий приходил в больницу каждый свободный час, молча сидел рядом с Кирой, держа ее холодную руку в своей. Он шептал ей слова любви и поддержки, умолял ее вернуться. Игорь тоже часто навещал ее, его взгляд был полон беспокойства и какой-то глубокой, невысказанной печали. Он молча стоял у ее кровати, словно пытаясь передать ей свою силу и волю к жизни.
Время шло, но состояние Киры оставалось тяжелым. Врачи делали все возможное, но исход оставался неясным. Дмитрий и Игорь жили в постоянном напряжении, каждый шорох в коридоре заставлял их вздрагивать. Они оба молились, каждый по-своему, о том, чтобы хрупкая нить жизни Киры не оборвалась.