Часть 11. Эфер'кайл.
Мужчина подошел чуть ближе.
– Ты здесь оказался не случайно, – произнес он, пристально наблюдая за моей реакцией.
– Ты ищешь ответы, но ты должен быть готов к тому, что ответы не всегда приносят утешение.
Я молчал, не зная, что сказать. Его слова звучали как предостережение.
– Тебе не стоит задерживаться здесь слишком долго. Твое время на исходе.
– Тебе нужно найти Эфер'кайла, – продолжил он.
– Он гораздо старше твоего мира, древнее, чем сама память.
– Он знает все имена и судьбы, помнит то, что ускользает из твоих воспоминаний.
– Он поможет тебе.
– Где мне его искать? – спросил я, хотя холодок пробежал по спине при мысли о том, что я, возможно, в самом деле отправлюсь за чем-то столь... неестественным.
Мужчина чуть улыбнулся, и я разглядел в его улыбке что-то странное... недоброе.
– Твой путь ляжет через Песчаные Пустоши. Это место существует везде и одновременно нигде.
– Мир Духов – это то место, где места и люди находят тебя сами, если ты действительно этого желаешь.
– Пески начнут шептать твое имя и именно тогда, тебе нужно будет идти.
– Ночью... глубокой ночью, в полнолуние ты найдешь его, и он поможет тебе.
– Но помни, что Эфер'кайл обязательно возьмет то, что пожелает и не спросит твоего разрешения.
– Что он может взять? – поинтересовался я, чувствуя, как голос мой слегка дрогнул.
– Всё, что дорого тебе. Или то, что ты ещё не успел понять, как важно. Поэтому будь осторожен. Когда будешь задавать вопросы – задавай их с умом.
– А если я не смогу найти его, то, что мне делать?
– Тогда ты останешься в том месте, куда оно тебя приведёт, – сказал он.
– Это место не отпустит.
– Эфер'кайл – единственная твоя надежда.
Мужчина сделал пару шагов в сторону.
– Мне пора, – произнес он и его силуэт стал тускнеть, растворяясь в воздухе. Перед тем как исчезнуть окончательно, он прошептал:
– У всего есть своя цена. Помни об этом.
Я двинулся вперед и постепенно покинул то место, ощущая, как слова незнакомца пульсируют в моих мыслях.
Песчаная пустошь. Шёпот песков. Полная луна. Эти образы становились всё более реальными, словно подчиняясь какой-то невидимой воле.
Когда луна встала полной и осветила бескрайние пески, я почувствовал, как воздух вокруг меня изменился. Мир наполнился едва уловимым звуком – будто кто-то шептал сквозь волны ветра. Пески начали двигаться, но не под ветром – они словно дышали, как живое существо.
И вот я стоял перед входом, который не мог бы увидеть просто так.
Две огромные колонны из песчаника, покрытые древними знаками, возвышались среди пустыни. Между ними зиял проём, ведущий вниз, куда-то в глубину земли. Казалось, что вход шептал, как и пески вокруг. Это было приглашение, но вместе с тем – предупреждение.
Я на мгновение замер. Внутри была темнота, но из неё струился слабый, голубоватый свет – словно лунный свет проникал в самую суть этого места.
С каждым шагом вниз шёпот становился громче, меняя свою тональность. Теперь он звучал как тысячи голосов, переплетающихся в единую песню. Проход расширился, и я оказался в огромной пещере, её стены светились слабым светом, а в центре зияло озеро, чья поверхность была неподвижной, как стекло. Над ним парил силуэт – из песка, света и тени. Это был Эфер'кайл.
Его голос раздался во мне, не через уши, а внутри сознания.
Когда я впервые увидел Эфер'кайла, меня охватил всепоглощающий ужас, такой, какого я не испытывал никогда раньше. Силуэт, парящий над землей, был одновременно прекрасен и жуток. Это не была плоть, не был даже свет в привычном смысле. Эфер'кайл представлял собой поток песка и света, вращающийся в вечной, непостижимой гармонии. Его форма непрерывно менялась: от человеческого силуэта до чего-то нечеловеческого, древнего, словно его суть пыталась показать все свои облики одновременно.
го глаза – если это можно было так назвать – были двумя пульсирующими точками из ослепительного света, которые смотрели прямо на меня. Но этот взгляд не был просто взглядом. Я чувствовал, как он проникает в меня, проходит через мои мысли, вскрывая их слой за слоем, будто листает страницы книги.
Холод пробежал по позвоночнику, и я инстинктивно сделал шаг назад, но тотчас понял: показывать страх – это проиграть. Дыхание стало тяжёлым, ноги подкашивались, но я собрал все силы, чтобы сделать шаг вперёд. Казалось, даже воздух в этой пещере сопротивляется моему движению, давя на грудь, замедляя шаги.
Эфер'кайл медленно приблизился, хотя его движения не были обычными. Он словно скользил, а его очертания удлинялись и скручивались, когда он подходил ближе. Звук раздавался не из его "рта", которого, кажется, у него не было, а прямо из пространства вокруг меня.
– Ты храбр, – прогремел его голос внутри моей головы, но в этом звучании я различил едва уловимое насмешливое удовольствие. – Или отчаян. Храбрость и страх – одно и то же, просто окрашенные разным светом.
Я сделал глубокий вдох, стараясь не выдать дрожь, охватившую всё тело. Моё сердце колотилось так, что казалось, оно вот-вот взорвётся. Я посмотрел прямо на его "глаза", хотя внутренний голос кричал: "Не смотри!". Но я знал: если я отведу взгляд, то потеряю шанс. Шанс узнать правду – и, возможно, шанс выжить.
– Я не боюсь, – солгал я, и сам почувствовал, насколько жалко это прозвучало.
Эфер'кайл чуть подался вперёд, его свет озарил всё вокруг, и пещера исчезла – остались только он и я, стоящие в безграничной пустоте.
– Ложь здесь бесполезна, – произнёс он, и я почувствовал, как его слова пронизывают моё сознание, словно ледяной ветер. – Я вижу твой страх. Но это хорошо. Страх удержит тебя от глупых вопросов.
Его голос затих, а тишина, последовавшая за ним, была ещё ужаснее.
– Я... – начал я, голос дрогнул, и я заставил себя говорить чётче. – Я пришёл за ответами, но мне нужно знать. Если я получу то, что ищу, я смогу вернуться? Существует ли путь назад в мой мир?
Эфер'кайл остался неподвижным, но я почувствовал, как его внимание стало ещё более сосредоточенным. Воздух вокруг меня потяжелел, словно каждая молекула пространства начала давить, тестируя моё терпение.
– Твоё возвращение... возможно, – ответил он наконец, его голос эхом разнёсся в моём сознании, будто звучал из всех направлений одновременно.
– Но мир, в который ты вернёшься, уже не будет прежним.
– Что это значит? – спросил я, с трудом подавляя дрожь. – Как не будет прежним?
Эфер'кайл сдвинулся – или, скорее, песок и свет его сущности начали вращаться быстрее, а его фигура вытянулась, принимая более пугающую форму.
– Когда ты ищешь правду, ты меняешь её природу, – пояснил он.
– Твой вопрос – это всегда выбор. Когда ты покинешь это место, ты увидишь результат того, что решишь здесь. Возвращение возможно, но оно зависит от того, каким ты его себе представишь.
– И какова цена?
– Она будет той, что я выберу, – ответил он, приближаясь.
– И тебе придётся принять её. Убежать – значит потеряться в пустоте навечно. Остаться – значит встретить свой страх лицом к лицу.
Теперь мой выбор действительно становился единственным ключом к возвращению – или к моему концу.