Чёрная Вдова.

Вероника Розенберг со скучающим видом сидела на высоком стуле и наблюдала за парнем, который, напевая рождественскую песню, возился возле плиты. На завтрак он решил приготовить овсянку с сухофруктами, чтобы побаловать свою девушку, которая была его старше на восемнадцать лет. Но Гарри Стайлс не любил поднимать эту тему, считая, что «любви все возрасты покорны». Он был счастлив с этой женщиной. А разве это не главное? Только вот расставание с Ханной было не из приятных испытаний. В его памяти всплыло заплаканное лицо девушки. Как бы там ни было, Ханна не последний человек в жизни Гарри.

Помешивая в кастрюле кашу, Стайлс повернулся назад, широко улыбнувшись Веронике.

- Завтрак почти готов, любимая.

Миссис Розенберг вмиг улыбнулась и, развязав пояс, бросила на пол атласный халат, оставшись в короткой ночнушке. Вспоминая бурную ночь, Вероника прикусила нижнюю губу, любуясь телом своего любовника. Женщина, давая интервью, откровенно поделилась, что рада утереть нос молодым фанаткам своего бойфренда, чем вызвала ненависть к своей персоне. Но её это ни капли не смущало. Розенберг привыкла к предвзятому отношению к себе. Про неё и так ходили нехорошие слухи. Ну, конечно же... похоронив восемь мужей, она и не надеялась на что-то приятное. На мнение других людей ей было откровенно наплевать. Главное её красота не угасла, и на кухне стоял красивый молодой парень, готовя завтрак. А там и до свадьбы не далеко.

Бросив взгляд на стол, женщина едва не забыла о чашке чая, приготовленного по особому рецепту. На её красивом лице появилась слегка заметная улыбка. Спустя минуту, Гарри, разложив овсянку по тарелкам, и, сев за стол, благодарно кивнул, отпивая с чашки.

- Ты знаешь, что завтра мы приглашены в дом Бредфордов? - поинтересовался парень, посмотрев на Веронику. - Их дочери Николь исполняется восемнадцать лет.

- Какая прелесть, - равнодушно произнесла она, не поднимая глаз. - Меня никогда не интересовали вечеринки у малолеток.

Гарри удивлённо взглянул на неё.

- Но я подумал, что нам будет весело, - пробормотал он, расстроено вздохнув.

Заметив хмурый вид Гарри, Вероника смягчилась и погладила его руку.

- Ну, пупсик, не обижайся. Если ты хочешь, мы пойдём на ту вечеринку, - надула губки женщина, поднявшись с места.

Встав сзади Гарри, она поцеловала его в шею, шепча приятные слова. Забыв о завтраке, Стайлс усадил её себе на колени, погладив внутреннюю часть бедра, отчего она откинула голову назад, томно вздохнув. Требуя продолжения, Вероника оседлала парня, поцеловав его в губы. Это был страстный поцелуй, что Гарри и не усомнился в своей любви к Веронике. Посадив её на стол, при этом тарелка с овсянкой с треском разлетелась на осколки, парень расстегнул ширинку джинсов, пока Вероника снимала ночнушку, не отрывая глаз от возбуждённого любовника. Женщина похотливо усмехнулась, обвив торс парня, который провёл ладонью по плече, спускаясь ниже. Ощущая желание женщины получить наслаждение, Гарри взял её на руки и перенёс в спальню, уложив на кровать. Абсолютно обнажённые, они секунду смотрели друг другу в глаза. Рот Вероники приоткрылся, а по телу пробежали мурашки, когда она увидела в зелёных глазах блеск. Его рука опустилась, поглаживая плоский живот, ещё раз поцеловал её в губы. Стайлс оторвался от её припухших губ, поцеловав шею. Дыхание женщины участилось и раздался стон, когда пальцы Гарри сжали сосок.

- Не останавливайся, - рвано задышала она, лаская свою грудь. Её тело изнывало от желания. Она развела ноги, умоляя войти в неё. Гарри улыбнулся, решив помучить её. Прикоснувшись к внутренней стороне бедра, он заставил выгнуться Веронику. Проведя рукой по влажной промежности, лёгким толчком вошёл в её лоно, медленно двигаясь. Она тихо застонала, сжимая в руках простынь, уверенно двигалась бёдрами навстречу. Гарри быстрее задвигался, иногда целуя Веронику в шею и ключицы. От его быстрого темпа, её грудь подпрыгивала, ещё больше возбуждая мужчину. Громкие стоны наполнили комнату. Капли пота скатывались по лицу парня, который доходил до кульминации, резко вынул член с её лона. Вероника разочарованно застонала и приподнялась на локти. Она потянулась к парню, языком проводя по шее, опускаясь всё ниже. Её умелые пальчики обхватили напряжённый член и, медленно насаживаясь на него, широко развела ноги. Стайлс с обожанием посмотрел на неё, когда она полностью опустилась на член, начиная двигаться, наращивая темп. Двигаясь, Вероника закрыла глаза. Гарри руками сжимал её попу, приподнимая её вверх, то вниз. Приостановившись, она подарила ему поцелуй и, откинув голову назад, снова начала двигаться. Он едва сдерживался, чтобы не кончить. Но как только женщина закричала и замерла, Гарри бросил её на подушку, продолжая двигаться. Оргазм настиг их обоих, сливая воедино. Устало задышав, парень лёг возле неё, улыбаясь. Накрыв себя и Гарри простыней, Вероника прикоснулась к его щеке.

- Милый, как ты думаешь, что мне завтра надеть на вечеринку?

***
Эмили стояла перед массивной дубовой дверью с серебряной табличкой, на которой была надпись «Луис Уильям Томлинсон». Прижимая к своей груди испорченный отчёт, она заметно нервничала. Как вчера сказал Томлинсон? Чтобы отчёт сегодня утром лежал на его столе. Вот он и будет лежать. Он не уточнял подробностей. Уотерс понимала, что идёт на самоубийство, но игра стоила свечей, а в её случае - места работы. Если её уволят, то завтра на ужине увольнение Эмили станет главной темой для обсуждения. Чем меньше времени оставалось до посиделок, тем больше туда не хотелось идти, и смотреть на ухмыляющееся лицо Изабель. Единственное, что тянуло домой - это родители и её кузен Дэниал.

Осмотрев своё чёрное платье, Эмили усмехнулась, как раз идеальный наряд для такого дня. Собравшись с силами, девушка постучала в дверь.

- Входите, - прозвучал на удивление мягкий голос её начальника. Ну, ничего, как только он увидит отчёт, настроение его сразу испортится.

Она медленно дотронулась к ручке, одновременно пытаясь унять дрожь. За большим письменным столом сидел Томлинсон, перебирая какие-то бумаги, он не посмотрел кто пришёл, продолжая заниматься своими делами.

- Доброе утро, - тихо поздоровалась Эмили, привлекая к себе внимание. Луи поднял глаза и сухо кивнул.

- Я принесла отчёт, - не своим голосом сказала она, упав на стул. Под его равнодушным взглядом, её сердце ушло в пятки. Всё. С сегодняшнего дня она безработная.

- Давай я посмотрю, - протянул он руку и, внимательно всмотревшись в листок, скривился.

- Что это? - процедил мужчина, сверля напуганную девушку взглядом.

- Отчёт, - пискнула она, теребя подол платья. Неожиданно Эмили почувствовала прилив смелости. Перед ней сидит не только её начальник, а и враг.

- Ты сам говорил, чтобы отчёт был у тебя на столе, - твёрдо произнесла она. - А сегодня я случайно разлила кофе.

Внимательно прослушав её, он бросил отчёт в сторону.

- Уотерс! Ты безмозглая курица! Кофе значит? А почему не чай? Надо было и джемом намазать, чтобы я мог скормить его тебе! - воскликнул Луи.

- Я уволена? - отчаянно зашептала она, сдерживая слёзы.

- Считай тебе повезло, Уотерс, - надменно сообщил Томлинсон, - ты сообразила, а я люблю сообразительных людей. А теперь проваливай, пока я не передумал, - он сразу переключился на свои дела, что-то печатая на ноутбуке. - В понедельник я надеюсь увидеть нормальный отчёт. Без кофе. И ещё. Заруби себе на носу, Уотерс, ни одна секретарша не будет мне тыкать. Свободна, Уотерс.

Эмили, словно не услышав его последних слов, со счастливой улыбкой вылетела из кабинета. Положив в сумку старый отчёт, она подошла к автомату с кофе, заказав латте. Пока кофе медленно лилось в стаканчик, Уотерс нахмурилась. Она же не секретарша! У неё даже есть свой кабинет... она страховой агент!

Забрав кофе, Эмили пошла в свой кабинет. Это удалось пережить. Переживёт ли она завтрашний день?

***

Статья в газете «Daily Mail». 12 июня 2013 год:

«С грустью сообщаем о кончине уважаемого Генриха Розенберга, который ушёл из жизни 11 июня. Наследник династии графов Розенбергов оставил двух жён и сына - Рудольфа Розенберга, которому в сентябре исполнится 25 лет. Вторая жена мистера Розенберга - Вероника, сообщила нашим журналистам, что причиной смерти стал инфаркт. Напоминаем, Генриху Розенбергу было 56 лет...».